Чтение онлайн

Не падай духом, не падай духом,

Жизнь то взлетает, то падает, как на батуте.

Когда я доберусь туда, куда направляюсь, я заставлю тебя дрожать от страха.

Кажется, эти строчки и атмосфера вгонят меня в чертов экстаз. Как давно я так не танцевала, среди горячих тел? В этом мини. В…

— Он здесь. — Голос Элизабет прозвучал рядом со мной, почти в ухо. Я нехотя открыла глаза, выныривая из магии музыки. Мой взгляд безошибочно сфокусировался на парне, смотрящем на нас с высокого барного стула. Томас Кейн.

Пристальные зеленые глаза смотрели прямо на меня. Не будем строить из себя скромность, за нашим горячим танцем следили многие. Но меня интересовал лишь один. И далеко не в романтичном смысле. Я чуть приоткрыла губы, плавно повела головой, позволяя волосам, убранным в высокий хвост, описать в воздухе собственный плавный танец. Скользнула руками по бедрам и отвернулась от барной стойки, продолжая отдаваться музыке без остатка, но на этот раз, не от восторга, а от переполняющей меня жгучей ненависти.

Песня оборвалась, на ее смену пришла другая. А на моей талии оказались мужские руки. Я еле сдержалась, чтобы не выдать победную ухмылку. Как по нотам. Чувствую себя кукловодом. Но на торжество из-за такой мелочи не было времени, мне еще надо было справиться с отвращением. Столько дел — столько дел… Я повернулась в руках парня, прижимающего меня к себе. Мои глаза встретились с глазами цвета листвы на идеальном лице. Этот парень был бы потрясающе, восхитительно красив, если бы каждое его прикосновение не обжигало меня. Отнюдь не в эротическом подтексте.

Я чуть отстранилась от него, но это не заставило его отпустить руки с моей талии, задевая спину. Места, которых пальцы касались обнаженной кожи, начинали зудеть. Но моя мимика безропотно выдала заигрывающую усмешку, а черная полупрозрачная маска на глазах сделала все остальное.

— Не помню, чтобы приходила сюда с кавалером. — Крикнула я парню с улыбкой.

— Я просто сам не смог стоять в стороне, тебя пожирали глазами. Пришлось спасать.

Так, только не закатывай глаза, девочка, пожалуйста.

— Вообще-то, я довольно сильная девушка и вполне могу о себе позаботиться.

— Я знаю. Но зачем принцессе утруждать себя, когда есть принц?

— Затем, что я из тех принцесс, которые вполне способны начистить морду дракона.

Я, не переставая улыбаться, медленно стянула руки парня со своей талии, затем наклонилась близко-близко к его лицу, заглядывая в глаза. Прошептала, у самых губ:

— Значит, слушай сюда, принц. Еще раз распустишь руки без моего письменного согласия, и я ударю тебя по самому ценному! — Он выразительно посмотрел на меня, пришлось уточнить: — По лицу, актеришко.

Надо отдать парню должное, за лицо он не переживал. А зря. На губах Беркута заиграла улыбка:

— Что же, шрамы украшают мужчину. Тем более рок-исполнителя. А кино… Попрошусь на роль разбойника или лихого пирата.

— Тогда начинай репетировать. Любое протягивание ручек — плюс балл в твоей внешности, «мужчина».

Я развернулась, чтобы уйти с танцпола, оставив парня исполнять сольный номер. В конце концов, обычно звезды так и делают. Но он схватил меня за запястье, посылая этим движением буквально зов для всех моих рефлексов: развернуться и вмазать ему в челюсть. Второй раз за один день. По тонкому льду ходишь, Томас.

— Тебе понравилось твое новое имя, Шот?

Встала к нему в пол оборота, вскинув одну бровь. Выразительно посмотрела на него руку, сжимающую мое запястье. Он разжал хватку. Умный мальчик.

— Очень понравилось. Но ты не боишься, что мое имя может определить твою судьбу?

— Я думаю, что оно уже это сделало.

— Неужели?

— Определенно. Я получил выстрел в самое сердце.

Я ухмыльнулась:

— Осторожнее, как бы я не совершила контрольный выстрел в голову.

— С тобой я не против даже на автоматную очередь, Саманта Хэйс. — Сказал парень как можно более проникновенно, смотря мне прямо в глаза и делая акцент на имени. Не буду скрывать, он впечатлял. Хотя бы потому, что его красота обезоруживала. Сегодня Беркут примерил на себя образ потрепанного жизнью красавчика: черная одежда и грим в виде шрамов на лице лишь добавляли ему брутальности и шика. Но именно сейчас, под взглядами окружающих, это местное достояние плотоядно рассматривало именно меня. Я улыбнулась уголком губы и, наклонившись к нему, прошептала:

— Ловлю на слове, Томас Кейн. — Затем я очень медленно поднесла руку к его лицу и аккуратно обтерла большим пальцем нижнюю губу, мучительно медленно для нас обоих. — В следующий раз, когда будешь меня рассматривать, возьми салфетку. Слюна капает.

Пояснила я свой жест. С усмешкой, покачивая бедрами в такт музыке, я, подцепив на ходу Лизабет, отчалила к барной стойке. Его взгляд я чувствовала каждым оголенным участком спины, он будто пробирался между моих лопаток по шее, заставляя меня покрыться испариной.

— Все нормально? — Лизабет как всегда чувствовала меня на особом уровне. Как… Как близнец.

Я кивнула, немного покривив душой.

— Все прошло как надо.

— Не зря ты его отшила?

— Нет. Ему это понравится. Я все узнала. Ему никто тут ни разу не говорил «нет». Укрощение строптивой — та игра, на которую Кейн подпишется.

Поэта и Ведьмы нигде не было видно, зато наши рюмки стояли на прежнем месте, надеюсь, более никем не целованные. Не успели мы очнуться от третьего круга шотов, как к нам подплыла свита женского пола. К слову, по сравнению с центральной блондинкой я выглядела в своем черном платье как в монашеской рясе. Я же говорила, не о чем волноваться.

Я повернулась к девушкам, явно пришедшим по нашу душу, лицом, лениво облокотившись о стойку:

— Чем-то обязаны? Или вы — местный приветственный комитет?

Две блондинки, и одна шатенка — всех я видела краем глаза в школе за круглым столом. Очевидно, местечко для особенных. Я внимательно смотрела на ближестоящую ко мне особу в костюме Красной шапочки. Честно слово, если бы моя бабушка увидела меня в таком костюме, она бы не только не пустила меня в темный лес с пирожками, но и посадила под домашний арест. Или пришила сверху еще несколько слоев одежды. Да уж, таких сказок нам в детстве не читали…