Чтение онлайн

— Не будь таким скучным! И не смей сбрасывать скорость!

Девушка показала мне язык, придерживая себя в нереальном положении.

— Скучным?! Или адекватным?!

— Иногда это почти синонимы!

Она закрыла глаза и, забив на мои причитания, все-таки снова высунулась из окна автомобиля. По ту сторону раздался ее смех и крик, который я лишь чудом услышал:

— Повторяю: не смей сбрасывать скорость! — И снова захохотала, таким счастливым, искренним, беззаботным смехом, что я не смог ее ослушаться. Я продолжал ехать вперед, по ночной трассе. Мимо нас пролетали деревья и дорожные знаки, из динамиков слышался инди-рок от британцев, а самая удивительная девушка в моей жизни, которую я знал всего три дня (четыре, если считать, что уже суббота), сидела на окне моей машины и каким-то чудом еще не выпала из окна. Более того, она стала выкрикивать в ночь слова песни, смешивая их со счастливыми полукриками.

— Ух-ху! У-у! И я схожу с ума! Потому что здесь — это не то место, где я хочу быть.*

При всем том, что я действительно переживал за сероглазую девушку, я не смог не обратить внимание на ее ноги в моем салоне. На ее стройные, длинные, загорелые ноги, которые совершенно не прикрывала юбка платья. Кажется, я никогда не видел таких потрясающих ног, тем более так близко.

Сэм снова сменила смех на строчки из песен, подпевая солисту. Я не заметил, что тоже стал произносить слова и рифмы, сначала тихо, а потом все громче, будто поддаваясь безумию моей спутницы. Ее заразному сумасшествию. Ее всепоглощающему счастью.

— Все, что я хочу от нее услышать, это "Ты мой?" Ну так, ты мой? Ты мой? Ты мой?*

Мои плечи расслабились, губы растянулись в непроизвольной улыбке. Черт возьми, что она со мной делает?

Девушка ловко нырнула обратно в салон. Запустив тонкие пальцы в спутавшиеся темно-карамельные пряди, застилающие ее плечи, грудь, лицо, она принялась поправлять волосы. Дыхание слегка сбилось, а когда она повернулась ко мне, то улыбнулась самой необыкновенной улыбкой, какую мне приходилось видеть. И я не говорю о людях, знакомых или незнакомых мне. Мелькающих лицах в моей жизни. Я говорю о всех улыбках: с рекламных плакатов, со сцен и экранов, из снов и реальности, из книг, когда наша фантазия рисует образы главных героев и героинь. Она не сравнивалась ни с чем и ни с кем. Она — воплощение безграничного счастья, свободного, яркого, влюбленного в жизнь.

«Ты прекрасна» — Пронеслось в моей голове, и слова эти почти сорвались с губ, но глаза Сэм возбужденно расширились, заприметив что-то за окном. Она повернулась, отвлекая меня от странных мыслей, и указала в лобовое стекло.

— Поверни, вот здесь, направо! Вот, сейчас!

— И куда мы едем? Там нет ничего.

Рядом со мной девушка неопределенно хмыкнула, всматриваясь в темную дорогу. Она заставила повернуть меня в место без опознавательных знаков. Свет фар не выхватил ни одной прибитой доски с надписью «До города N — 1 километр», «До озера B — 500 метров» или хотя бы «Разворачивайся, придурок!». По бокам были только деревья и кустарники. Дорога, хоть и знавшая следы машин, явно не часто пользовалась спросом водителей.

— Не хочу показаться странным, но закон любого фильма ужасов гласит: если ночью вам приспичило завернуть в какой-то темный поворот, то гоните от себя эти мысли. Обычно именно такие решения приводят людей к домику с каннибалами и, конечно, к летальному исходу.

Саманта снова фыркнула:

— Ты серьезно ни разу здесь не был?

— Эм… Прости? А когда ты успела найти все самые злачные места нашего Броудер-Сити?

Девушка кинула на меня быстрый взгляд, как будто мой вопрос был неправильным, и, пожевав губу, все же ответила:

— Мы приехали чуть раньше, чем прийти в школу. Я нашла это местечко случайно.

Я лишь пожал плечами и ехал в неведомом направлении. Спрашивается: почему я делал все, что говорила эта девушка? Отвечается: не имею ни малейшего понятия. Но каждый раз, когда ее хорошенький ротик просил о чем-то, мне казалось, что это самое необходимое и верное действие в моей жизни.

«— Может ты заведешь кобру в качестве домашнего питомца, Дэниэл?

— Конечно, Сэм, что за вопрос?

— Как на счет сброситься со скалы, Поэт?

— Отличная идея, Саманта, как я сам до этого не додумался?».

Внутренний диалог в моей голове внезапно представился мне очень реальным, когда я притормозил, по просьбе девушки, и увидел пункт нашего назначения. Мы остановились на открытой площадке перед скалистым обрывом. За ним раскинулось бескрайнее море, омывавшее западные берега нашего города.

Не комментируя ничего, Саманта выскочила из машины. Я заглушил мотор и последовал за ней. Прохладный осенний воздух стал еще ощутимее на этом куске природы. Стоит отметить, что наш город славился чрезмерно жарким климатом в летнее время, заставляя нас молиться на кондиционеры и менять рубашки пять раз на день. Осень и зима здесь тоже не самые холодные, но все же ощутимы. Но это не помешало Саманте босиком побежать к обрыву по траве и земле. Ее обнаженная спина в темноте смотрелась как манящий светлячок. И я пошел за ним.

Подойдя ближе, я невольно замер от открывающегося вида. Обрыв оказался не большим, море билось о его скалистые и землистые выступы, а клочки пены и соленые брызги, казалось, могли долететь до нас. Горизонт впереди совершенно не просматривался. Казалось, вся темнота города спустилась туда, закрывая его собой. Зато небо… Звезды. Бескрайнее число ярких звезд, которые нельзя увидеть в центре из-за огней мегаполиса. Здесь они были как на ладони и контрастировали с темной водой. Отражаясь в ней, как-будто спрятанные в ее глубинах драгоценные камни… И главное сокровище, дополняющее эту сказочную картину, стояло рядом со мной.

Глаза Саманты были прикрыты, на губах играла счастливая, расслабленная улыбка. Грудь вздымалась, потому что она с наслаждением вдыхала в себя холодный морской воздух. Ветер, гуляющий на возвышенности, трепал ее распущенные длинные волосы. Стройные босые ноги, точеная фигура в черном платье, почти обнаженная… И ее лицо в сумраке, с играющими на нем тенями, казалось неотъемлемой частью этой природы. Она сама была — стихия. Свободный ветер, бурная, таинственная вода, и, конечно, огонь. Фамилия ее, Хэйс, означает пожар, пламя. И она была словно пламя. Спокойное и согревающее в один миг, а в другой — ярко вспыхивающее. Способное поглотить все. Я знал ее там мало, но чувствовал все это каждой клеточкой тела.

Девушка сделала еще один глубокий вдох и медленно открыла глаза. Ее рука неожиданно потянулась к молнии платья на юбке.

— Не одолжишь мне свою рубашку, пожалуйста?

Я, следивший за ней, как за нимфой, лишь сглотнул, непонимающе посмотрев на ее махинации. Молния съехала вниз, она же взялась руками за платье спереди, повернувшись ко мне лицом и заглядывая в глаза.

— Что? — Переспросил я.

— Рубашку, Дэниэл… Я могу и вовсе без одежды, но тогда тебе придется отвернуться.