Чтение онлайн

— Нет, но он нас обманул…

— В общем, спасибо тебе!

— Он был подонком!

— Спасибо, Саманта!

— Это все, что мы хотели сказать.

С этими словами девушки ретировались, разве что не кланяясь на отходе.

— И что это было? — Проводила их взглядом сероглазая.

— Очевидно, ты местный Супер Герой. Скоро выстроится очередь жаждущих справедливости.

— Ой, нет. Мне не идет обтягивающее трико. Да и плащи — тоже не мое. Можно я буду Доном Карлеоне? Ну, знаешь, сижу я такая в столовой, а ко мне люди на поклон подходят… А я им: «Ты просишь меня о помощи, но ты просишь без уважения… Ты даже не называешь меня Крестным»…

Девушка так верно изобразила Крестного Отца, что я захохотал.

— Саманта, вот ты где! Мне нужна твоя помощь! — К нам подбежала Китти и упала на скамейку рядом со мной. Это было настолько в тему, что я снова засмеялся.

— О, я же говорил. — Усмехнулся я и погладил не понимающую такой реакции подругу по блондинистой макушке. Та кротко улыбнулась и легла мне на плечо.

— Я помогаю униженным и оскорбленным по понедельникам. Благотворительность — по средам. А сегодня вторник. Дважды мимо и не судьба. Завтра приходи. — Бросила Саманта. Мы с Китти удивленно переглянулись.

— Ты чего?

Саманта смотрела на нас из-за прищуренных глаз, сейчас ее серый взгляд показался мне холодным, как темный ледник. Я посмотрел на Китти, расположившуюся близко ко мне, на свою руку, по привычке обнявшую подругу за плечо, и, кажется, понял. Девушка же, выглядевшая секунду назад обозленной, неожиданно тряхнула головой, будто сбрасывая с себя что-то, либо дурные мысли. Пару раз хлопнула своими длинными ресницами и, когда она снова сфокусировалась на нас, ее взгляд был радушно-обаятельным, а на губах была приветливая улыбка.

— Прости, Кит-Кат. Встала не стой ноги. Потом села не на ту метлу. Ну, знаешь, как это бывает. Что ты хотела?

— Я… Я хочу тоже измениться!

— Дэниэл, ты на нее не чихал? — Улыбнулась Хэйс. — Думаю, тебе стоит обратиться к Лизабет. Она любит играть в стилиста.

Китти заерзала:

— Да, но ее не найти, она все время проводит с Питером! Готовятся к конкурсу, наверное. А я тоже собираюсь участвовать. Вдруг пройду прослушивание… Хотя я не знаю… Там такая конкуренция. Но я неплохо пою, так что… — Китти выхватила из подставки белую салфетку и начала ее накручивать на палец.

Саманта перегнулась через стол и взяла руки Китти в свои. Ее пухлые губы растянулись в добрую улыбку. Давно я не видел такого выражения на ее лице. По крайней мере, не по обращению к кому-то кроме Элизабет. Как будто передо мной сидит другой человек.

— Эй. Я слышала, как ты поешь. У тебя Талант с заглавной буквы «т». А еще, ты очень красивая. И всякие Барби тебе в подметки не годятся. Но, если уверенности не хватает, то почему бы тебе не обрезать волосы? Говорят, что это может жизнь изменить. Бред, конечно, но я вообще-то люблю бред. — Девушка еще сильнее улыбнулась, обнажая зубки и слегка прищуривая красивые глаза, отчего в уголках образовались морщинки.

В груди защемило. Пол царства за фотоаппарат! Мне кажется, если я упущу момент, то уже не увижу такую Саманту.

Китти улыбнулась Сэм в ответ, явно растроганная ее словами. Да что там, я бы сам слезу пустил, не будь я мужиком. Шучу. Не пустил бы. Девушка отстранилась от меня и, взяв прядь длинных волос, задумчиво на нее посмотрела. Но не успела высказать свое мнение на тему, готова ли она прощаться с шевелюрой, как из школьных динамиков, понатыканных в каждый возможный угол, донесся голос нашего диджея — Брауни. Странно, обычно его допускают в радиорубку только по праздникам.

— Привет-привет, красавчики и красавицы академии «stART», а также учителя, конечно. Не то чтобы наши учителя не были красавчиками, и я относил их в отдельную категорию, просто это дань уважения! С вами я, ваш любимый Брауни. А если вы меня не любите — у вас явно проблемы с чувством прекрасного! На календаре вторник, до главного события осталось две недели, а если быть точным — 13 дней! А если вычеркнуть сегодня, то и все 12! Отборочные уже в следующий понедельник! Вы готовы? Я — да! Битва в этом году обещает быть жаркой!

— Его посадили нагнетать обстановку, да? — Кажется, Староста позеленела и стала одного оттенка со своими глазами. Брауни, будто услышав ее вопрос, продолжил:

— И если вы думаете, что я вам здесь за календарь — ошибаетесь! Я выполняю просьбу моего хорошего друга, замаскированную под сводку новостей. Итак, Беркут передает пламенный привет красотке-Шот, и говорит вам: Начинайте!

С этим призывом слова парня сменила музыка, один из треков группы «Шторм», в котором солист, он же Беркут, клялся в вечной любви «своей детке»*. Очевидно, роль последней досталась Саманте. Мне досталась роль парня, у которого сжимаются кулаки и начинается дергаться правое веко. Стоит кое-что объяснить, я по природе пацифист, и когда в моем сознании отчетливо возникают картинки убиения нашего школьного идола — для меня это как минимум, странно. А может, у каждого человека действительно есть своя темная сторона? Ну, тогда мой демон-искуситель имеет пару серебристо-серых глаз.

С первыми звуками музыки в зал начали стекаться ученики, в руках у каждого была ярко-красная роза. По очереди они подходили к нашему столику и пытались вручить цветок Сэм. Та смотрела на происходящее без тени улыбки и цветы не брала. Розы начали класть на стол, и к концу песни перед нами выросла цветочный гора.

— Ого! — Китти взяла один цветок и с улыбкой втянула в себя его аромат. Мне же захотелось сплюнуть. — Кажется, Беркут действительно запал на тебя! Не помню, чтобы он за кем-то так ухаживал… Я не помню, чтобы он вообще за кем-то ухаживал!

Саманта аккуратно подвинула цветы на столе, освобождая место для своих локтей. Приняв удобную позу и положив подбородок на скрещенные пальцы, она задумчиво смотрела на эту охапку. Если сложить все эти цветы в одну ровную кучу, то за ней нашей подруги не будет и вовсе видно. Мне показалось, что, несмотря на напускное равнодушие, ее щеки слегка порозовели. И это чертовски бесило.

Затем девушка, вздохнув, взяла с соседнего стула свой рюкзак, закинула его на одно плечо и, бросив нам с Китти: