Чтение онлайн

Время шло, стена вокруг города росла, а Тинольд постоянно приносил мне все новые и новые вести о своем обожаемом Вильдане, происках ведьм, новых нападениях или новых сражениях. У него глаза загорались фанатичным блеском, стоило только произнести имя главного инквизитора, у меня же просто зубы сводило, словно я наелась чего-то кислого. В конце концов, Шенна попросила своего любимого поменьше распространяться при мне о Вильдане, и парень честно пытался себя сдерживать.

У них двоих тоже не все шло гладко. Шенне вскоре должно было исполниться шестнадцать лет, и тогда родители собирались выдать дочку замуж. Однажды девушка пробралась днем ко мне на чердак и, разбудив и обняв за плечи, стала беззвучно плакать. Я гладила ее по голове, стряхивая остатки дремы и пытаясь понять, что же произошло.

— Алира, — ухватила она меня за руки, серые глаза ее горели каким-то отчаянным блеском, — можешь заколдовать моего жениха, чтобы он от меня отказался?

— Шенна, — ответила я подруге, — прости меня, но если я начну вмешиваться в мысли и чувства людей, изменять их, то сама стану меняться не в лучшую сторону. Нельзя навязывать людям свою волю, это может сгубить ведьму. Пойми меня, прошу. Сестра вынуждена была пойти на подобный шаг много лет назад, а потом… потом это привело ее к гибели.

— Но что мне делать, что делать, Алира? Мне плохо, я не знаю, как поступить. У меня, меня… были даже мысли утопиться.

— Ты с ума сошла!

— Я просто в отчаянии.

— Но как же Тинольд?

— Я желаю сохранить свою чистоту для него, не хочу, чтобы меня отдали другому мужчине. Он ведь приходил к нам сегодня. Такой важный весь, такой самодовольный! Пока родители оставили нас в комнате наедине, он поцеловал меня против воли, и это было ужасно противно! Понимаешь, каково это?

— Могу понять…

— С тобой хоть раз случалось такое?

— Это очень сложный вопрос. Я ведь не до конца человек, у меня есть две сущности, и то, что противно человеку, может нравиться ведьме.

— Разве так бывает?

— У меня бывает.

— А у тебя был мужчина?

— Да, — тихо ответила я.

— И как это?

— И хорошо, и плохо.

— А он тебе нравился?

— Я его ненавижу и боюсь!

Шенна села, задумчиво уставившись на меня, и сказала:

— Тогда я ничего не понимаю. Он тебя заставил?

— И да, и нет.

— Алира, хватить юлить, ты меня вконец запутала. Тебе было приятно? Как это вообще?

— Шенна, одно могу сказать. С любимым человеком наверняка это будет очень приятно, а с таким… с таким как он, это было… Ну как если бы тебя разделили пополам, и одной половине все безумно нравится, а вторая бессильно наблюдает, словно со стороны, а потом потихоньку ее мысли и эмоции уплывают куда-то, все затмевает страсть. Понимаешь? Я даже не могу этого описать, поэтому не спрашивай меня больше, мне неприятны эти воспоминания.

— Хорошо, не буду спрашивать. Но скажи только, кто это был, кто-то из твоих знакомых?

— Шенна!

— Я никому не скажу, честное слово, даже Тинюше.

Я горько вздохнула, но почему-то захотелось выговориться.

— Это был Вильдан. — Шенна в удивлении раскрыла глаза. — Он увез меня в заброшенный дом в лесу, а потом соблазнил, пробудил ведьминскую сущность и я была не властна над собой, я позабыла обо всем. Еще он в тот миг показался совсем другим, ласковым что ли, не знаю, как будто холод ушел и осталось только желание мной обладать. Это было очень приятно, только я не могла сдаться, я все надеялась на что-то, что смогу перебороть это и вырваться, а он в какой-то миг взял и…

— И что? — Шенна слушала, затаив дыхание и позабыв о собственных неприятностях.

— Просто взял что хотел, и все.

— Так ты ему понравилась?

— Нет. Ему нужна была одна вещь, которую можно было получить только таким образом. Он меня ненавидит, как и всех ведьм, и потом решил меня казнить, а я прыгнула в реку.

— Не может быть!

— Может.

— Ужас какой! — вскочила на ноги Шенна.

— Тише, не кричи, нас могут услышать.

— Да разве так можно? Значит, он с тобой… а потом… А Тинюша еще им восхищается!

— Он восхищается его силой и мужеством.

— А он и правда сильный?

— Сильный, — вздохнула я, вспоминая, как инквизитор вытаскивал меня из-под дуба, а потом легко взвалил себе на плечо.

— А какой он вообще? Красивый?

— Мне сложно судить, — задумалась я, вспоминая свое первое впечатление, — Хотя с первого взгляда может показаться красивым. Я как только увидела, подумала, что не похож на инквизитора. Только красота живой должна быть, а Вильдан — словно глыба льда, и сердце у него каменное.

— Все понятно, — подвела итог Шенна. — Значит, он действительно такой, как о нем говорят.

— Какой?

— Безжалостный и беспощадный. Я даже не представляю, насколько нужно ненавидеть ведьм, чтобы вот такую как ты потащить на казнь.

— Он не разбирался, какая я. Для него все ведьмы на одно лицо. Он искренне считает, что все мы рано или поздно приходим к тому, чтобы убивать других людей.

— Знаешь, — задумчиво проговорила подруга, — если бы моего любимого Тинюшу кто-то убил, я бы тоже ненавидела.

— Шенна, давай больше не будем говорить о Вильдане, мне неприятно все вспоминать.

— Совсем-совсем неприятно?

— Да!

— Хорошо, Алира, я обещаю! Больше ни единого слова.

Пока я столь успешно скрывалась в Деринтоне, меня не раз посещала мысль навестить своего старого знакомого, господина Донталя — хозяина магазинчика диковинных чудес. Очень любопытно было взглянуть на новые игрушки и просто поболтать с приятным старичком. Ужасно хотелось хотя бы на минутку вернуться в то время, когда я приходила к нему, еще будучи маленькой младшей сестренкой, уверенной в том, что старшая и мудрая Арика обо всем позаботится.