Чтение онлайн

Опричники заулыбались, увидев мою реакцию, а я присмотрелся и вообще охренел: над воротами весело развевался на ветру «Веселый Роджер» — черное полотнище с черепом и костями!

Когда мы подъехали, ворота отворились, а сверху кто-то поздоровался, а потом крикнул:

— Эй, Руденко! Ты мне мармелад привез?!

— А жопа у тебя не слипнется? — заржал Руденко, но потом полез в переметную сумку и достал оттуда пакетик жевательного мармелада «Червяки». — Лови, Серега!

Пакетик с мармеладом взлетел в воздух и был пойман цепкими лапами рыжеволосого опричника.

— Спасибо, чувак!

Перед воротами мы спешились, и Сан Саныч повел свою и мою лошадей в поводу. А мне оставалось только башкой вертеть во все стороны.

Увиденное впечатляло. Все было чисто, аккуратно, и продуманно.

Как я понял, население замка — это в основном опричники и их семьи, и всего их тут было человек пятьсот-шестьсот. Удивляло то, что все строения были явно новые! Знаете, в последнее время стали популярны эти «евросрубы», или «евроизбы», как их там еще называют? Короче, большинство зданий, за исключением каких-то складских помещений вдоль стен, были из дерева. Двух — и трехэтажные, с крышами из металлочерепицы и окнами-ПВХ.

Тут явно было электричество, такую вещь как фонари сложно не заметить, и прочие удобства. Например, несколько артезианских скважин и даже небольшая церковь — тоже деревянная.

— И куда меня теперь? — спросил я.

— Сейчас бросим твои вещи куда-нибудь, а потом я схожу узнаю, может тебя главный примет.

— Главный?

— Ну Тиран наш, — улыбнулся Сан Саныч.

— Ну понятно…

Хотя ничего понятно не было.

Меня провели в один из домов, во вполне уютную комнату в мансарде и сказали что она пока будет моя. Ружье, кстати, поставили в угол, к моему огромному удивлению. Надо же какие тут либеральные порядки!

Перед тем как меня позвали на аудиенцию, я успел умыться и вообще — привести себя в порядок. Для этого тут была раковина с рукомойником, ведро воды, кусок мыла и полотенце. Очень даже неплохо!

Я проследовал за блондинистой шевелюрой Руденко к главному зданию. Не знаю, как оно тут у них называлось, но выглядело точно так же как и все остальные: деревянный сруб с черепичной крышей. Разве что этажей было три, над крыльцом нависал балкон, который удерживали деревянные колонны, а с балкона свисал огромный черный флаг с черепом и костями.

Руденко оставил меня в какой-то комнате, гд кроме круглого стола и стульев вокруг него ничего и не было. Я подошел к столу и принялся разглядывать карту. На ней был изображен Припятский Национальный парк и окрестные территории: Зубровский и Павликовский районы. Черным маркером была обведена часть названий деревень, в том числе — Беличи. И на берегу реки, как раз там, где я сейчас находился, была нарисована жирная звездочка и подписано это было как «Замок».

— Уже шесть д-деревень под нами. Работают опричники! — сказал кто-то за моей спиной.

Я обернулся и оглядел его с головы до ног. Высокий, чуть пониже меня, крепкий мужчины лет сорока пяти. Темные с проседью волосы коротко острижены, темно-карие глаза на смуглом лице смотрят уверенно и иронично. Вообще, такое лицо принято называть волевым — массивные подбородок и нижняя челюсть, четкая линия рта. За собой явно следит — гладко выбрит, черная рубашка выглажена и выстирана. Рукава закатаны по локоть, предплечья мощные, как у армрестлера. Обручальное золотое кольцо на правой руке… Жена за ним следит, по всей видимости…

— Здрасте, — сказал я.

— П-приветствую, — говорил он размеренно и неторопливо, слегка заикаясь, но это наоборот заставляло прислушиваться к его словам.

— Меня эти… Опричники сюда доставили. Вроде как на аудиенцию, — я подозревал, кто передо мной, но раньше времени свои догадки высказывать не стал.

— А вы вообще откуда? Чьих будете? — спросил мужчина.

— Вообще я из Берегового. Ничьих не буду… В Народной Дружине состою, повязку правда посеял где-то… На полковника Вайсарова работал, экспедитором. Грузы сопровождал в караванах…

— И какими судьбами в нашу глушь?

— Хотите верьте, хотите нет — не помню. Ехали с караваном в Скупин из Дубровского — это помню. А потом — как будто вырезал кто-то!

Он посмотрел на меня внимательно, а потом сказал:

— Да вы просто кладезь п-полезной информации…. То есть в Скупине, Береговом и Дубровском — действующие анклавы?

— Ну да, не анклавы, а города Республики Беларусь, все как положено… Армия, коммунальные службы, медицина…

Он вздохнул глубоко, а потом произнес:

— Нет никакой республики. У же п-полторы недели как. У вас на самом деле амнезия, по всей видимости..

Я ошарашено посмотрел на него а потом спросил:

— А вы кто, собственно такой? Откуда вы это знаете?

— Да тираню тут окрестности в меру своих скромных возможностей… П-поверьте, я знаю о чем говорю.

— Так это вы — Тиран?

Он глянул мне в глаза, а потом слегка поклонился:

— Именно. Собственной п-персоной.

У меня в голове проносилось множество мыслей, но повторялась почему-то одна: «А похож, похож! Этот может быть тираном…»

— Раз такое дело, представьтесь хотя бы, а я вам расскажу, что вы пропустили… А п-потом мы уже разберемся, что с вами делать…

— Женя меня звать. А то вам ваши опричники не сказали?

Он мой последний вопрос проигнорировал и заговорил:

— Так вот что, Женя. Я изначально предвидел что-то п-подобное. Все-таки у нас не военная диктатура, что бы там не говорила западная пресса… В общем, Браславские озера перестали выходить на связь две недели назад. Ближайшей точкой, из которой поступала информация, была военная часть — кажется, танковые войска, километров пятьдесят оттуда. Сказали, что-то здорово там громыхало… Потом сказали, что пошлют туда разведчиков. И все, ни слова больше. Не п-прошло и недели, как все пошло к ч-черту, — он, вроде как, даже проявил эмоции.