Чтение онлайн

Тук – тук… Тук – тук! … Тук- тук!!! … Бум – бум!!!!! – Это я уже ногой. Но двери мне так никто и не открыл. «Что за нафиг! Я что зря корячился?» – Попытался толкнуть дверь. Ни с места. Тогда взялся за ручку и потянул на себя. – Опа! Да тут не заперто.

Смело открыв дверь, я заглянул в тёмную комнату. Весящий над моей головой светляк моментально осветил всё пространство. Мне даже не потребовалось кричать: Ау! Есть кто дома?

Всё и так было понятно… Хижина пуста.

«Да что за напасть, опять облом». – Подумал я, переступая через порог.

Само пространство не выглядело заброшенным, и это давало мне надежду. Может Кент просто спустился вниз за продуктами или скажем за дровами? Сам домик хоть и состоит частично из камня, частично из кривых брёвен, а например задняя стена вообще является частью скалы, он явно построен умелыми руками. Камни плотно прилегают друг к другу и если прикрыть дверь, – что я, собственно говоря, и сделал, – то и дуть перестанет или точнее уже перестало. Здесь даже есть слюдяное окно слева от двери, а под ним стол, точнее столик с небольшим стульчиком. Видать этот Кент не высокого роста будет. – Я сел на стул и убедился, что моё предположение недалеко ушло от истины. – Хозяин этой хижины если и выше меня, то не на много. На голову или полторы. С другой стороны от двери у стены кровать из камня, покрытая шкурами. – Я сделал три шага и приподнял шкуру. – Матраса или соломенного мешка нет. – Спартанец блин. На камнях спит. – Я представил, что оставшись здесь мне, тоже придётся привыкнуть спать на твёрдом, и потянулся. В спине сразу что-то глухо хрустнуло. «Спальный мешок барс порвал. Хорошо если Мастер Кент мне как ученику, хотя бы шкуру выделит». Придётся ждать его здесь. Должен же он вернуться.

Наглости лазить по его горшкам и искать продукты у меня не хватило. Да и очаг хоть и был, но дров для его розжига я не заметил. Так что, посчитав, что верхом наглости будет завалиться спать в кровати хозяина, я вынул из сумки плащ, расстелил его перед давно погасшим очагом и устроился на ночлег.

***

Проснулся я от странного чувства. Как будто что-то холодное коснулось моего горла. Я резко открыл один глаз и сразу же его закрыл. Картинка, которую я увидел, меня очень расстроила.

Надо мной склонился какой-то бородатый мужик и приставил к моему горлу лезвие боевого топора. Почему боевого? Да потому, что обычные топоры для колки дров не бывают такими широкими. Нет, может это конечно топор для рубки мяса, но думаю его и как боевой можно использовать.

– Открывай уж глаза. – Раздался чуть хрипловатый голос. – Я ж видал, как ты моргнул.

Я открыл глаза и уставился в рожу этого мужика. Лицом это можно было назвать только с огромной натяжкой. Борода. Нет, БОРОДА! Она росла даже на щеках, практически до глаз. Кустистые брови и нос картошкой. Да… ещё глубоко посаженные глаза и мясистые поломанные уши, едва выглядывающие из волос. Вот практически точный портрет этого красавца.

Тут он слегка повёл головой и свет до того момента бьющий ему в спину осветил край его шевелюры.

«Да он рыжий! Даже скорее красный! Шутку Ани я понял… а не этот ли тип отец паренька? Тоже странный цвет волос. Я вчера его ещё удивить боялся, да он сам кого хочешь – удивит».

– Чего молчишь? Кто тебя послал? Сколько дали за мою голову? – С каждым последующим вопросом голос этого бородача становился всё жёстче и жёстче. – Отвечай!

Он слегка ослабил нажатие топора, и я почувствовал, что у меня по шее что-то потекло.

«Кровь. Шею мне порезал. Гад!» – Подумал я, а вслух спокойным, но слегка дрожащим голосом произнёс. – Что вы дяденька. Мне не нужна ваша голова. Я вчера по горам лазил и на эту избушку наткнулся. Просто переночевать зашёл. У меня и оружия-то нет. Разве что дедов нож.

– А это что? – Он показал мне ледоруб.

– Так это инструмент чтобы по горам лазить – ледоруб называется. Втыкаешь его в лёд и подтягиваешься вверх.

Мужик покрутил его в руке, рассматривая со всех сторон. А я подумал: «Вот я дурак, пристегнул его к обвязке и забыл, а её вместо того что бы в рюкзак убрать рядом с собой положил».

– Ха-м. – Хмыкнул мужик. – На оружие больше похоже. Давай я этой штукой тебе в лоб тюкну заодно и проверим оружие это или нет? Если пробьёт – значит, оружие. А? – Мужик коротко размахнулся. – Хех – Ледоруб остановился буквально в паре миллиметров от моей переносицы. – Надо же даже не вздрогнул. Мо-ло-дец.

Я даже не успел додумать и произнести фразу: «Не надо ледорубом мне по голове бить у меня там самое больное место». – Тихо… Тихо… Дяденька. – Ответил я, встревоженным голосом косясь в область переносицы. – Я один у деда остался.

– Один говоришь? А что ты в горах делаешь?

– Так это у нас коза сбежала, и я значит за ней пошёл, и заблудился. Потом на меня вчера барс хотел напасть чуть не загрыз, а у меня ледоруб и нож есть, и я по леднику залез и ваш дом увидел. Ну, я к нему до ночи по скале забирался, а здесь никого. Я спать лёг, а тут вы утром. – Выдал я практически на одном выдохе.

– Ну как ты ко мне вчера вечером лез, я слышал. Думал уже скинуть камушек тебе на голову, но ты песню хорошую, но на непонятном языке запел, я аж заслушался. Только слова там часто одни и те же повторяются. О чём хоть в песне поётся?

– Если на наш язык перевести то получится примерно:

Я не могу быть без тебя

Без тебя

С тобой я тоже одинок

Без тебя

(Без тебя) прошептал я.

– Душевно. – Сказал мужик и убрал топор от моего горла. – Какой бард сочинил? Я такой песни раньше не слышал.

«Бард?», а… – Это классическая рок группа Раммштайн её пели… Сто лет назад. – Проведя рукой по шее и ощупав порез, ответил я. – Мне брат послушать давал.

– Что ты там сказал классическая? – Переспросил мужик, ещё раз взглянув на ледоруб в правой руке и при этом покачивая топором в левой. – Судьба что ли?

– Рок. Это переводится как камень или скала. – Приподнимаясь, ответил я.

– Стало быть, из нашего подгорного народа – группа была. Из гномов… Да… – Вздохнул он. – Как же мы хорошо в те времена жили…

– Может быть… Брат и не такую древность слушал. – И тут до меня дошло. «Мужик то гном! Вот почему такая борода, да и вещи под рост гнома. Ну, правильно, а кто ещё в горах жить будет? Да и кто мне сказал, что Кент должен быть человеком? Никто. Я сам предположил. А это точно Кент? Точно. Его это хижина, мебель под него, да и он сказал, как слышал, что я вчера пока поднимался, песню пел. А он где был, когда я стучал? Прятался? Почему ночью меня спящего не пришиб?»