Шрифт:
Вот уже второй день к ряду в пригороде австралийского Сиднея бушевала непогода. Ветер с шумом носился по пустынным улицам, дождь сменял ливень, а ливень переходил обратно в дождь без остановки. По улицам неслись холодные мутные реки, а утреннее небо мало чем отличалось от вечернего. Маленький Шон сидел на коленях своего деда и то и дело прижимался к его груди, сжимаясь от страха при каждом раскате грома.
– Дедушка, – прошептал Шон – скажи, теперь так будет всегда? Дождь никогда не кончится?
– Он непременно кончится, мой мальчик! – седой старик потрепал мальчика по блестящим светлым волосам и громко чмокнул его в макушку, – все в этом мире имеет свое начало и свой конец.
В этот миг за окном вспыхнула такая яркая молния, что на миг полумрак гостиной озарился электрическим синим светом. Шон с ужасом ждал второй части небесного представления, воображая, что на небе, пожалуй, сейчас разрушится какая-то огромная башня. И все из-за молнии! Чем ярче она, чем ближе к их окну, тем сильнее звук от небесного безобразия. Однажды эта проклятая молния попала в дерево по соседству, оно треснуло и загорелось…
– А если молния все-таки снова ударит в сад? Или правду говорят, что она не бьет дважды в одно место? – Шон воспользовался антрактом в спектакле непогоды и отпил какао из большой белой кружки со штурвалами.
– Что касается меня, то я не слышал ни одной истории про молнию, попавшую в одно и то же место, мое сокровище. Однако эта поговорка придумана для успокоения тех, кто попал в беду или пережил трудную ситуацию. Мол, если уж с тобой такое случилось, то ты защищен по крайней мере от точного повторения ситуации.
– Мне она как-то не помогает, дед! – мальчик с тоской посмотрел на старика.
– Не бойся, ведь от судьбы не уйти. Пожалуй, чтобы немного отвлечься, я расскажу тебе одну очень занимательную историю, которая является хорошим доказательством избирательности рока. Все началось 16 октября 1829 года…
…Именно в этот день из бухты Сиднея в плавание вышла двухмачтовая шхуна «Русалка». Это было очень красивое и по тем временам надежное судно. На борт взошло двадцать два человека: капитан Сэм Нолброу и молодой, но опытный рулевой Питер по прозвищу Рыжий, матросы, кок и три пассажира. Погода стояла изумительная, светило яркое солнце, дул легкий бриз, а небо поражало невиданным по красоте лазурным оттенком. Недолгий путь до Кольер Бэй, что на западном побережье Австралии, обещал быть милой морской прогулкой. Так продолжалось ровно четыре дня, команда отдыхала на палубе, поскольку работы не было, судно шло на приличной скорости. Но после обеда погода внезапно сменилась полным штилем. Обеспокоенный Сэм вышел на капитанский мостик и стал пристально вглядываться в горизонт. Сам по себе штиль ничем не угрожал, кроме того, что означал задержку с прибытием. Но в сердце старому морскому волку постучалось недоброе предчувствие. Он принялся сверлить взглядом барометр. Спустя некоторое время стрелка поползла вниз! Так и есть, шхуне по всем признакам предстояло пережить несколько очень непростых часов. К вечеру, где-то между Новой Гвинеей и Австралией, «Русалка» попала в чудовищный шторм. Порывы ветра кидали судно из стороны в сторону, словно щепку, волны поднимались одна выше другой и с ревом обрушивались на палубу стонущего корабля. Молнии сверкали в кромешной тьме. Сэм понимал, что попал в западню и живыми им скорее всего из той переделки не выбраться. Неуправляемая лодка, в клубах тумана, была подхвачена очередной яростной волной и брошена на риф. В результате она получила пробоину и затонула. Все до единого, кто был на «Русалке» оказались в ледяной бурлящей воде. Без шанса на спасение…
Конец ознакомительного фрагмента.