Шрифт:
1
Я уткнулась в экран лэптопа, а он сканирует меня рассеянным светом. Мой единственный собеседник, мой друг и товарищ этой ночью, ему я изолью душу.
Вот уже год я пытаюсь, стать журналистом, который будет работать над серьезными темами. Но пока что я на побегушках у главного редактора и изредка занимаюсь копирайтом. Я могла бы зарабатывать на этом хорошие деньги, оставаясь свободной, но вместо этого я получила прекрасную площадку для творчества. К сожалению, моя награда — это ничтожное жалование и большая порция унижения от начальства. Ко всему прочему мои заметки лайкают меньше всех, не говоря уже про репост. Такое горькое ощущение на душе, когда в еженедельной статистике ты в хвосте. В ежемесячном отчете я возглавляю список с обратной стороны. И я не тот аутсайдер из кино, гений усердия или нераскрывшийся талант. И как говорила моя мама: «кто-то должен быть последним».
Поэтому я сижу и заполняю блог, который читают мои 54 подписчика. Уже далеко за полночь, стрелки настенных часов тикают, вентилятор лэптопа тихо шумит, я нежно поглаживаю клавиатуру, но слова как будто закончились. Я завидую тем, кто пишет без напряжения, легко. В нашей профессии это нужное умение. Для меня каждое слово — это боль. Я не похожа на тех гениальных журналистов, у которых строчки легко и быстро появляются на экране, но при этом слово выверено, и каждое слово правда. Я так не умею.
После моих потуг на свет появляется маленький нескладный опус. Но я обещала себе, что буду писать каждый день в блог хоть пару строк, чтобы они складывались в маленькие ступени моей карьерной лестницы. Вдруг я когда-то стану знаменитой.
Я запретила себе заполнять блог хламом. Моё нытье о том, что жизнь «дерьмо» предназначено для другой аудитории. Здесь я пишу обо всех несправедливостях нашего мегаполиса, которые я замечаю за день.
Сегодняшний день я провела в опустошении. Я устала бороться и что-то делать, если я ничего не напишу сейчас, это будет означать, что я окончательно сдалась. Мои пальцы зависли над клавиатурой, а часы неустанно движутся вперёд.
Сегодня день прошел мимо меня. Я отдалась этому дню и смотрела лишь внутрь себя, пропустив важные события, о которых я могла бы рассказать. Лишь разговоры в лифте и сплетни, рассказанные в туалете, сделали этот день. Я расскажу их вам и, если рассматривать мой блог как СМИ, то я делаю шаг в сторону бульварной низкосортной прессы.
Итак, в лифте я узнала, что наш шеф, владелец крупной IT-компании, Макс любит брать женщин сзади. Две милые девочки обсуждали это так не принужденно.
— Знаешь, он трахал меня сзади. Это так неприятно, но Макс не тот человек, которому можно сказать об этом, — откровенно хвасталась блондинка.
— А ты с ним когда успела? — вопрошала рыжая.
— Вчера перед пресс-конференцией. А ты что, тоже с ним спала?
— Да, но это было давно, сразу, как я пришла сюда работать. Но с тех пор мы больше ни разу. И да, кстати, он тоже трахал меня сзади. Мне понравилось, — искусственно пропела рыжая.
— Да, он не спит дважды на работе. Это его правило.
После этого лифт остановился и двери открылись. Я выскочила из этого змеиного террариума, в то время, как дамы перекинулись на новые темы.
Позже, уже вечером, когда я направилась в уборную, я наткнулась на Макса. Он прошёл мимо и даже не заметил меня, это не мудрено. Но я сначала разглядывала его в профиль: острые черты лица, идеально ухоженные каштановые волосы, мускулистый торс, обернутый белой строчкой, и приталенный пиджачок. Вся эта "подарочная упаковка" перетянута узким черным галстуком.
Когда он уверенной походкой прошёл мимо меня, я обернулась, чтобы разглядеть его шикарную задницу в зауженных брюках.
И вот теперь я нарушаю свое следующее обещание, здесь не должно быть сопливых историй. Но так как мне нечего рассказать, я пишу о том, что последние несколько часов на работе я думала о том, как Макс берет меня сзади.
Надо срочно выложить этот пост, пока есть смелость. Мне нечего боятся, мои 54 подписчика, мои 54 верных друга читают мой блог с завидной непостоянностью. Я оставляю все приложения работать, просто закрываю крышку лэптопа, он продолжает работать, а потом резко затихает.
Теперь только я, тиканье часов и ночь. Я встаю и медленно бреду к кровати. На ощупь нахожу её и бесшумно проскальзываю под одеяло, чтобы не разбудить моего мужа.
2
Утро всегда наступает внезапно. Будильник насиловал мою не отдохнувшую психику лирической песней. Я села на кровать, пышные одеяло и подушки лежали вокруг. Муж уже ушёл. И, слава богу. Мне не хочется разговаривать с ним.
Быстрый завтрак: два тоста и зелёный чай. И вот я уже бегу на работу. На каждом шагу я сканирую мир вокруг себя, ищу обделенных или обманутых людей. Они всегда готовы рассказать о своей беде. А я эту новость рассказываю в блоге. Иногда мне кажется, что я двойной агент в этой гламурной компании. Огромное здание: карьеристки на каблуках и топ-менеджеры в костюмах. Они всегда выглядят с иголочки. А мне никак не удаётся нормально накраситься. Кажется, у меня большие проблемы с самоорганизацией…
Я скольжу по коридору в туфлях на плоской подошве и тихо проникаю на свое рабочее место, в это время, подслушивая новые сплетни и истории. Сегодня в воздухе витает особое возбуждение. Не успела я приземлиться на свое место, как раздался громкий вопль: "Николь!". Я соскочила с кресла и стремглав оказалась у ног своего непосредственного начальника.
— Немедленно статистику и кофе мне на стол, — каждое слово Дэн Гордон вытягивал и произносил с гадким шипением. Он ненамного старше меня, и его забавляло, что я ему прислуживаю.
— Но статистика… — замялась я. Этот деспот прожег меня взглядом, и я похолодела. Выскочив из кабинета, я бросилась к кофемашине. Какого черта я его боюсь!? Меня накрыл приступ отвращения сначала к нему, потом к себе. Черт.
Статистику я готовлю два раза в неделю. Есть определённый режим и график. Сегодня у меня ничего не готово. Лучше и быть не могло!
Я налила кофе в кружку, положила на край блюдца два кубика сахара и пошла на смертную казнь. Сердце не билось, руки не дрожали: в одной я уверенно держала блюдце с кружкой, в другой салфетку и ложку. Я бесшумно приближалась к массивной двери, как вдруг мимо меня словно ураган прошёл Макс.