Чтение онлайн

Даже не знаю, радоваться ли такому рвению…

В областное бюро судебно-медицинской экспертизы я попала впервые. Вполне себе обычная больничка. Кирпично-серая снаружи, желто-белая внутри. Даже не верилось, что за этими совдеповскими дверьми проводятся супер-сложные лабораторные исследования. В том числе и магические. Мне говорили, что тут есть «наше» отделение, но к этой стороне профессии меня как-то не тянуло. И вряд ли когда-нибудь потянет, учитывая, что и к самой профессии я отношусь постольку-поскольку и мертвецов боюсь до обморока.

Ну вот, вспомнила.

Пока тряслась в автобусе, горевала о рубашке и мокла под дождем, все было нормально. А в этих гулких пустых коридорах все страхи ожили и мерзкими змеями завозились внутри, вызывая тошноту.

Решительно поджав губы, я ускорила шаг. Как там сказал охранник? Направо, прямо, вверх… А в фильмах морги всегда в подвалах. Никому нельзя верить. Налево, направо, прямо…

Внезапно оказавшись в просторном холле с диванчиками и огромными листьями в горшках, я слегка растерялась, ибо направо отсюда дороги не было. Благо, на одном из диванчиков обнаружился задумчивый дяденька в форме санитара.

Я откашлялась:

– Простите.

Эхо моего голоса звонко отразилось от стен и потолка – даже я вздрогнула. А дяденьке хоть бы хны. Он лениво поднял голову и устремил на меня совершенно равнодушный взгляд.

– А где тут… ну… эта… – Нужное слово никак не находилось, так что я неуверенно закончила: – …Для разделки трупов?

– Секционная, – услужливо подсказали за спиной.

Честное слово, я не специально. Просто очень-очень боюсь мертвецов и призраков. Знамо дело, в рукопашной ни одних, ни других не одолеть, однако инстинкты оказались сильнее здравого смысла. Я развернулась и впечатала кулак в лицо стоявшего за спиной подсказчика быстрее, чем успела узнать голос. А когда от пронзившей руку боли разум прояснился, товарищ старший следователь Ржевский уже зажимал нос ладонью и что-то мычал.

– Простите! – Я ринулась было к нему, но майор резко выбросил перед собой руку.

– Стоять.

– Простите… я не хотела, правда. Я…

– Заблудилась? – Он наконец отнял от лица ладонь, убедился, что крови нет, и, кривясь, потрогал пальцами патрицианский нос. – Метко, но слабо. Ждешь нападения, практикантка Зеленцова?

– Нет. – Я бережно прижала к груди пострадавшую руку. – Просто неуютно тут…

– Да уж. С такими нервами в морге делать нечего. Хорошо хоть заклятьем не пульнула, или что у вас там в арсенале. – Ржевский мгновение помолчал и вдруг подозрительно прищурился. – А сама с собой часто общаешься?

– В смысле? Я же… – Я обернулась к диванчикам, да так и замерла с открытым ртом.

Санитара нигде не было.

Для верности я еще покружилась вокруг своей оси, но холл оказался совершенно пуст.

– Но он же…

Язык пришлось прикусить. Что тут скажешь? Что незамеченным мимо нас он пройти не мог? Что мага я бы узнала? Или что призраки – по крайней мере те, что встречались мне – совсем не похожи на людей, потому не спутаешь?

И у кого же тогда я спрашивала дорогу в эту… как ее… секционную?

Тайна века.

Поджилки отчетливо затряслись.

– Простите, – в тысячный раз повторила я, угрюмо зыркнув на задумчивого майора и изо всех сил сдерживаясь, чтобы не начать нервно оглядываться. – Я сегодня не в форме.

– Вижу. – Он красноречиво осмотрел меня с ног до головы, не упуская ни единой детали. – С другом поспорила?

– Шефу не угодила, – вздохнула я. – Ведите уже на свое вскрытие.

– Ну, во-первых, на своем вскрытии я рассчитываю оказаться в чуть менее живом виде, – хмыкнул Ржевский. – А во-вторых, опоздала ты, практикантка Магического управления, всех, кого надо, уже разделали.

– Правда? – Кажется, голос мой прозвучал чересчур радостно, потому как майор, не выдержав, рассмеялся.

– Ты в курсе, что это место работает шесть часов в день? Половину времени режут и изучают биологический материал, а вторую половину – пишут отчеты.

Я чуть было не позавидовала местным трудягам, но быстро вспомнила, о какой работе речь, и зябко передернула плечами.

– Так что теперь?

– Теперь? – Ржевский непроизвольно снова дотронулся до носа. – Ждем отчет.

Не успела я в очередной раз сглупить и выдать свое трусливое «Здесь?», как весь этаж вдруг накрыло пронзительным женским визгом – таким громким, что, клянусь, даже стекла в окнах дрогнули. Я так и не смогла определить источник звука, но майор уверенно устремился в тускло освещенную кишку коридора, и мне не осталось ничего другого, кроме как припустить следом. Торчать в холле, где бродят исчезающие санитары, я точно не собиралась.

 Повторившийся вскоре визг привел нас прямиком к распахнутой белой двери, за которой обнаружилась… видимо, та самая секционная. Просторное помещение, кафельные стены и пол, в углах какие-то шкафы, а по центру – два металлических стола с раковинами в изголовьях. Чистых, без тел, крови и тому подобного, что не могло не радовать. И все б ничего, но над одним из столов висела и переливалась иссиня-черная клякса, не прибавляя мне желания входить внутрь.

– Твою же… – выругался рядом майор.

Полностью согласна.

Тихие всхлипы привлекли наше внимание к прижавшейся к стене хрупкой блондинке в голубом халате. Она пыталась бочком добраться до двери, но при каждом шевелении кляксы ноги несчастной подгибались, и она начинала сползать вниз, чтобы через секунду вновь выпрямиться.

Ржевский решительно подбежал к девице, сгреб ее в охапку и выволок в коридор. Я все это время одним глазом следила за кляксой, но та и не думала сдвигаться с места, будто чего-то ждала, и этим чем-то явно были не мы с майором.

– Вызывай магов, – велел он девушке и та, кивнув, унеслась прочь.

Везет же. И как жаль, что наша с начальством мысленная связь работает только на близком расстоянии, а то б я уже сигналы SOS насвистывала.

– Ну и что это за хренотень? – вполголоса поинтересовался Ржевский, замерев рядом со мной в дверном проеме.

А я попыталась вспомнить, что ему можно рассказать, а что нельзя. Все-таки как хорошо было раньше, когда я не общалась с людьми напрямую… И пусть норг сожрет идиотов-политиков, придумавших эти тайны мадридского двора вместо нормального взаимодействия.