Чтение онлайн

Но дело было не только в архитектуре: почему-то так вышло, что именно здесь служили практически все самые известные полицейские, как совершившие разнообразные подвиги, так и считавшиеся выдающимися следователями. И Епифанов, снявший со льдины в ледоход двух мальчишек, а сам утонувший, и Нестеров, задержавший в одиночку целую банду, и Прохоров, распутавший сложнейшее дело менеджера-убийцы…

Когда несколько лет назад все полицейские отделения стали переселять в новые, специально построенные здания, то в бывшем восемнадцатом было решено открыть Музей полиции. Сделали роскошный ремонт. Поставили деревянные, как когда-то в прошлом, окна и двери, пол выложили маленькой квадратной, под старинную, каменной плиткой. На окна повесили матерчатые шторы…

А потом музей решили не создавать. И восемнадцатое отделение заехало назад, практически в интерьеры пятизвездочного отеля. Интересно, что некоторым эта ретро-обстановка нравилась, и они всеми правдами и неправдами пытались перевестись в восемнадцатое, а вот другие на дух ее не переносили и делали все, чтобы служить где угодно, на любой дикой окраине, но только не здесь. Кто бы мог подумать, что стены, оклеенные бумагой, и окна, завешенные тканью, могут оказывать на людей такое сильное влияние…

Автопилот завел машину на служебную стоянку. Макс вышел, автомобиль пискнул, переходя в режим ожидания. По улице, мимо отделения, не торопясь проехал черный «Мамонт». Макс вздрогнул, попытался разглядеть его номер, но не успел. В принципе, если знать номер, можно было отмотать видеозапись в бортовом компьютере и понять, эта машина его преследовала или нет. Пару секунд Лебедев размышлял, не стоит ли снова впрыгнуть в автомобиль и попытаться догнать внедорожник. Но потом поймал себя на этой мысли и расстроился: «Точно, вот так и становятся параноиками». Хотя, в принципе, никаких доказательств того, что он еще находится в нормальном психическом состоянии, у него не было: до сих пор Макс так и не разобрался, где сон, а где реальность. Ведь он же точно видел и Ватутина, и его квартиру во сне — в мельчайших подробностях. Если предположить, что тот не выдумывает и его и в самом деле преследует НСБ, вполне вероятно, что ребята из Безопасности могли заинтересоваться и гостем этого странного типа. Впрочем, может, рано пока говорить о паранойе? Ведь откуда-то появился у Макса этот сон, кто-то транслировал в его мозг все эти странные события, которые в реальности не происходили…

В дежурной части было, как всегда, оживленно. Еще в коридоре Макс услышал, как ругается Антон, насколько накаченный, настолько же и пухлый молодой парень, раньше работавший тренером по фитнесу, а с полгода назад пришедший в полицию. Он сидел за симулятором и набирал баллы, преследуя на автомашине преступника. Симулятор голосом законченной стервы удовлетворенно констатировал:

— Вы использовали ненормативное выражение. Штраф двадцать баллов.

— Вот сука! — ударил руками по рулю Антон.

— Вы повторно использовали ненормативное выражение. Штраф сорок баллов.

— Иди ты в… — Стоящий за спиной Антона Ким Стрельцов успел прикрыть его рот ладонью, однако, компьютеру было все равно:

— Вы собирались использовать ненормативное выражение. Штраф пять баллов.

Антон крутанулся на стуле:

— Ох… И это хваленая обновленная версия?! Может, я хотел сказать: иди в… в…

— Не в «ж» а в «з»? — захохотал Ким.

— Вы собирались повторно использовать ненормативное выражение. Штраф пять баллов, — равнодушно констатировал компьютер.

— Эй! — Антон вскочил со стула. — Это же не мой голос! Там что, даже анализатора нет?!

— Ага, нет, — заулыбался Макс, — очень удобно опускать противника на баллы.

— Здорово, Лебедев, — протянул руку Антон. — Что они тут за старье поставили?

— О, какие люди! — Ким покачал головой. — Ждал тебя, хочу похвалить за утреннюю побудку. Кто, как не лучший друг, создаст бодрое утреннее настроение?

— Ой, — Макс схватился за голову, — про кофе-то я и забыл…

— Ну, значит, с тебя уже обед, — равнодушно пожал плечами Стрельцов.

— Слушай, Ким, — Макс оттащил приятеля за локоть от компьютера, — со мной какая-то ерунда происходит…

— Ага, я именно про это…

— Нет, я серьезно. Где тут у нас стены не имеют глаз и ушей?

Ким пожал плечами, снова подошел к симулятору и, незаметно кивнув Максу, вышел из комнаты. Макс равнодушно оглянулся по сторонам и последовал за ним.

Все-таки верно говорят, что тюремщик думает о ключах меньше, чем заключенный о побеге. Путем долгих экспериментов в отделе был вычислен уголок в конце коридора второго этажа, около кадок с разлапистыми пальмами, куда не добивали видеокамеры. Здесь жаловались друг другу на начальство, вели интимные разговоры или просто дремали те, кто не выспался ночью. Сначала здесь просто стояли кресла, а недавно появился и роскошный кожаный диван, судя по украшающему его подлокотник ярлыку с красной диагональной линией — невостребованное вещественное доказательство по какому-то делу.

Макс уселся в кресло, Ким опустился на диван, старинные пружины под ним жалобно скрипнули.

— Ну, чего хотел?

— Ты никогда не слышал, чтобы людям транслировали сны? Или, может, кто-то говорил, что видит странные сны?..

— Да, с тобой и в самом деле ерунда какая-то происходит, — расплылся в улыбке Ким. — Разное ожидал услышать, но только не просьбу о толковании сновидений…

— Кончай ржать, — Макс посмотрел в сторону камеры. — Точно, что здесь ничего не видно?

— Да точно, уже сто раз проверено. Ну так что?

— Короче. Утром раздается звонок, и Никольский говорит, что я должен ехать на сообщение об убийстве. Приезжаю — там труп. Преступник еще там. Гонюсь за ним по крышам, но он куда-то исчезает. Возвращаюсь — а трупа нет.

— Ну и?.. Обычный сон.

— Не совсем обычный. Там еще продолжение странное было, будто бы дом исчез, за мной НСБ гналось, и какой-то парень ударил меня электрошоком, и я вырубился…

— Слушай, это не очень интересно. Я вот пару дней назад видел такое. Прикинь: прихожу в ресторан, а там все голые. И мужики, но это как бы без разницы, но, что главное, и…

— Ким, ты можешь помолчать хотя бы минуту? Дело в том, что сейчас я заехал по этому адресу из сна. И нашел там не только всю ту обстановку, включая мельчайшие подробности, что мне приснились, но и труп.

— Труп?! — Ким вскочил. — Ты серьезно?! Ну так надо…

— Тихо, тихо… — Макс замахал руками. — Никакого трупа нет. А есть тот гражданин, что в моем сне был трупом. А в реальности — он жив и здоров, как мы с тобой. Но это был именно он, даже фамилия и имя совпадают. И вот объясни мне, что это за сон. И да, еще. Все было настолько реально, что после того, как проснулся, еще час ходил и не мог понять, на каком я свете…