Чтение онлайн

– Кассандра, бери одеяло и беги на балкон.

Он услышал из-за двери яростные крики отца и торопливо толкнул ее.

– Кассандра, иди, прячься.

– Я не…

– Давай! – закричал он.

Кассандра схватила покрывало и инстинктивно спряталась за кроватью в тот самый момент, когда дверь распахнулась и в комнату с криком ворвался мужчина огромного роста. Его лицо было багровым от ярости.

– Ты осмелился! – воскликнул он и вцепился огромными ручищами в волосы Бэзила. – Ты осмелился бросить мне вызов?

Бэзил ухватил отца за руки:

– Отец! Послушай!

Мужчина сбил Бэзила с ног:

– Молокосос!

Один из огромных кулаков ударил Бэзила по лицу.

Кассандра вскрикнула:

– Прекратите!

Бэзил вывернулся и оттолкнул отца.

– Выслушай меня!

Но отец со всей силы снова ударил его кулаком в лицо, и Бэзил покачнулся. Кассандра увидела, каким яростным огнем сверкнули его глаза, когда он выругался.

– Ты все еще бьешь меня как ребенка? – не веря, воскликнул он, вытирая кровь с губы. – Ты не видишь, что я мужчина, который моложе и крепче тебя?

Ответный жест отца не нуждался в переводе, его пальцы недвусмысленно приближались к шее Бэзила. Большой рот открылся, и Бэзил ринулся с криком через всю комнату, толкнув отца плечом в грудь.

– Бэзил, не надо! – воскликнула Кассандра, испуганная разницей их фигур.

Отец был настоящим медведем – большим, сильным и далеким от рассуждений человеком. Он взревел, как затравленный медведь, и ударил Бэзила огромным кулаком.

Кассандра поднялась, прижимая к себе покрывало. Бэзил заметил это движение и, глядя прищурившись на отца, вытянул руку, как будто хотел задержать ее. Его голос был безжизненно спокоен.

– Ты можешь бить меня, можешь даже убить, но ты не сможешь заставить меня подчиняться. Отец, я сам решу, женюсь я на Аннализе или нет.

– Что?!

Лицо отца Бэзила пошло пятнами, и Кассандра подумала, что его вот-вот хватит удар. Он рванулся к сыну.

Она никогда в жизни не видела такой явной, нескрываемой ненависти. Кассандра не верила Бэзилу, когда тот говорил о том, что отец его ненавидит; теперь она убедилась в этом воочию. На голову, плечи и лицо Бэзила обрушились громадные кулаки. Ответные удары Бэзила были не такими частыми, хотя и ложились гораздо плотнее – в челюсть и в живот, из-за размера перевес был на стороне отца. Этот медведь забил бы Бэзила до смерти.

– Довольно! – закричала она.

Не раздумывая, Кассандра обмоталась одеялом и бросилась к ним, смутно осознавая, что в комнату прокрались слуги. Один из них сделал попытку удержать ее, но она увернулась.

– Довольно! – снова закричала она, чуть не разрыдавшись от страха, что разъяренное чудовище убьет Бэзила прямо у нее на глазах. Она бросилась между ними…

И была встречена страшным ударом, пришедшимся точно под глаз. Ошеломленная ударом, Кассандра растянулась на полу, ухватившись за одеяло, едва покрывавшее ее.

– Шлюха! – заорало чудовище и сделало движение по направлению к ней.

Бэзил пришел в ярость. Он с криком бросился на отца, отталкивая его яростными и сильными ударами кулаков.

– Остановите их! – крикнула Кассандра слугам. – Они убьют друг друга!

Комната наполнилась народом – слуги, привлеченные шумом, вбежали и разняли обезумевших отца и сына. Кассандра прижалась к ножке кровати, натягивая одной рукой одеяло на плечи и приложив другую руку к лицу, уже опухшему и мокрому от слез.

Бэзил тяжело дышал, удерживаемый слугами, его глаза пылали от возбуждения.

– Я вызываю тебя! – сказал он и плюнул отцу под ноги.

У старшего графа тоже текла кровь; но его ярость уже утихла.

Его глаза на свиноподобном лице сощурились.

– И почему только умер твой брат и оставил мне лишь самого никчемного из сыновей?

Он стряхнул с себя руки слуг.

– Ты женишься на Аннализе, вот мое последнее слово.

Он стремительно покинул комнату, слуги последовали за ним.

Поравнявшись с Бэзилом, один из слуг прошептал тому что-то по-итальянски. Он сделал это так тихо, что Кассандра ничего не расслышала. Бэзил покачал головой, и слуга ушел.

Они остались вдвоем, после недавнего хаоса, рева и криков тишина показалась им очень странной. Бэзил подошел и упал рядом с ней на колени, Кассандра беспомощно вскрикнула, омыв слезами его руки. Она почувствовала, что он дрожит, и покрепче обняла его.

– Ты тяжело ранен?

– Все скоро заживет, – прошептал он, прижимаясь к ней. – Он уже бил меня до этого.

– Господи, Бэзил, я думала, он убьет тебя.

Она, как и он, дрожала, утратив на некоторое время способность думать.

– Дай я посмотрю, что у тебя с лицом, – мрачно сказал он.

– Ничего страшного.

Но его пальцы скользнули ей под подбородок, и она подняла голову. Увидев синяки, разбитую губу и остальные раны, которые отец нанес собственному ребенку, она заплакала.

Бэзил осторожно поцеловал ее в щеку.

– Прости, Кассандра. Я знал, что он разозлится, но не ожидал, что он придет сюда.

Она обняла его, спрятав лицо в его волосах, желая лишь того, чтобы все хорошо закончилось.

И все же Кассандра не могла позволить Бэзилу отвернуться от предназначавшейся ему в жены девушки. Отказаться тем самым от права первородства, от своего места в мире. Пока им будет править их страсть, он не будет думать о матери и братьях. Но суть его души и сердца, смысл его существования составляла честь. В этом состоял его долг, долг перед матерью, земля которой была поручена его попечению. Матерью, которую он так сильно любил, и братьями, безвременная смерть которых наложила на него тяжелые обязанности. Придет время, и вина поглотит радость, которую они познали, поглотит все, что есть хорошего. В конце концов потеря чести уничтожит его.