Чтение онлайн

— На Жигулевские горы, — отчеканила я. — В одиночку. Жить в палатке среди дикой природы. Никаких средств связи. Полный покой.

— На том и порешили, — хлопнул ладонью по столу генерал. — Завтра — отчет, и больше тебя нет в городе! Никто, слышишь? Никто тебя здесь не увидит в эти пять дней!

— Слушаюсь! — сказала я. — Ни одна живая душа!

— Все! Свободна! — распорядился Гром.

Во время этого разговора я потеряла едва ли не больше энергии, чем за все дни расследования. Но цель того стоила. Гром дал свое негласное разрешение. Этого мне было достаточно. Просто теперь любая моя ошибка грозила обернуться для меня крахом. Что ж, придется не делать ошибок.

От генерала я сразу поехала к Беднову. Сегодня он не пошел в офис и изнывая от нетерпения, поджидал меня.

Прежде чем отправиться к нему в кабинет, я нашла Ангелину Ивановну и предложила сопровождать меня. Она не посмела возражать, хотя по лицу было видно, каких мук ей это стоило.

Мы поднялись на второй этаж и вошли в кабинет. Беднов поздоровался со мной и сделал вид, что не заметил Ангелину Ивановну. Она робко застыла на пороге, скрестив руки на животе.

— Ставьте пленку! — распорядилась я. — Разговаривать будем потом…

Беднов кивнул и тут же включил магнитофон. Мы стали слушать запись — я с огромным вниманием, а Ангелина Ивановна почти со священным ужасом — голос Углова производил на нее катастрофическое действие. Только еще больший страх перед тюрьмой давал ей силы держаться.

Голос Углова и на меня производил неприятное впечатление. Тем более, на этот раз он звучал особенно издевательски и угрожающе.

— Беднов, я слышал, ты сдал чертежи контрразведке? — сказал он в первой фразе — без всяких предисловий.

— Да, сдал, — твердо ответил Беднов.

— Похвально! — заметил Углов. — Я мог бы сказать, что твоя взяла, да ведь не твоя, а? Сам-то как думаешь?

— Меня этот вопрос не волнует, — ответил Беднов. — Я покончил с этим.

— Ты покончил… — задумчиво протянул Углов. — Не жалко? Столько лет ждать…

— Не жалко, — отрезал Беднов. — Ты открыл мне глаза.

— Да, задал я тебе перцу! — добродушно сказал Углов. — Но ведь и ты меня обездолил, сука!

— Да, теперь охота начнется на тебя! — невозмутимо сказал Беднов. — Маятник пошел назад, Углов!

— Ах, вот даже как? — после паузы сказал убийца. — А ты прыткий парень! Хвалю! Ты безусловно заслуживаешь награды… Просто склоняю перед тобой голову!

— Счастливого пути! — серьезно произнес Беднов. — Ты еще успеешь на самолет — только не порть больше иллюминаторы, ладно?

— Договорились! — сказал Углов. — Ну, прощай, Беднов!

На этом запись закончилась. Беднов выключил магнитофон и вопросительно посмотрел на меня.

— Вот такой был разговор, — с некоторой досадой сказал он. — Что скажете?

Я пожала плечами и обернулась к Ангелине Ива — новне.

— А что скажете вы? Когда вы видели Углова?

Ангелина Ивановна сделала шаг вперед, но тотчас остановилась.

— Он пришел ко мне домой, в полночь, — волнуясь сказала она. — Вел себя удивительно нагло! Развалился на кушетке и спросил, как чувствует себя Андрей Борисович… Я попыталась пристыдить его, сказала, зачем он убивает невинных… А он засмеялся и ответил, что невинные прямиком попадают в рай. Спросил меня, кто погиб и что говорит милиция… Тогда я, как и велела Юлия Николаевна, рассказала ему, что Андрей Борисович вернул чертежи и теперь надеется, что убийства прекратятся… — она замолчала.

— И что же Углов? — подбодрила я ее.

— Он вскочил как бешеный и схватил меня за горло! — сделав плачущее лицо, ответила Ангелина Ивановна. — Я думала, он меня тут же убьет! Он спросил, точно ли я это знаю… Тогда я сказала, что видела, как Андрей Борисович передал следователю какой-то план и просил отправить его в контрразведку. Они знают, что с этим делать, — якобы сказал он. Этот бандит спросил меня, зачем Андрей Борисович так поступил. Я сказала, что он объяснил следователю, будто этот план является причиной всех убийств, а теперь убивать будет не из-за чего…

— И как отреагировал на это Углов? — спросила я.

— Он страшно выругался и толкнул меня так, что я упала! — пожаловалась Ангелина Ивановна. — Он был очень расстроен и ходил по комнате, как тигр в клетке. Но потом он взял себя в руки и выглядел уже совершенно спокойным. Он даже помог мне встать, усадил в кресло и принялся расспрашивать во всех подробностях, что теперь думает делать Андрей Борисович и вообще… И тут я, как мне Юлия Николаевна объясняла, будто проговорилась, что Андрей Борисович собирается в ближайшие выходные выбраться на острова, чтобы отдохнуть от всего этого кошмара. С кем? — спросил меня Углов. Я для виду помялась, а потом объяснила, что у Андрея Борисовича есть женщина, и именно с ней вдвоем он и хочет поехать.

— Углов вам поверил? — поинтересовалась я.

— Да кто же его знает! — честно ответила Ангелина Ивановна. — По нему разве поймешь? Он только прищурился эдак и спросил: не совестно будет Андрею Борисовичу сразу с похорон жены ехать развлекаться с любовницей? — тут она виновато посмотрела на Беднова и сказала: — Что Юлия Николаевна мне велела, то я и сказала…

— И что же вы сказали? — пренебрежительно произнес Беднов, демонстративно отворачиваясь.

— Я сказала, что Андрей Борисович не любил свою жену и не собирается участвовать в похоронах…

— Вы с ума сошли? — сердито спросил Беднов, посмотрев на меня.

— Нисколько, — твердо ответила я. — Вам необходимо, кстати, отдать распоряжение, чтобы ни один человек из вашей, так сказать, команды не принимал участия в похоронах. Вы можете дать деньги, вы можете договориться обо всем с похоронным бюро, но в самой церемонии должны участвовать только родственники вашей жены! Была бы моя воля — я бы и их не допустила, но это нереально.

— Послушайте, что за бред вы несете? — возмущенно произнес Беднов. — Действительно, я не любил своей жены, но отказаться участвовать в похоронах…