Норман
Шрифт:
– Только попробуй.
У Храма, Лекама и отца поползли улыбки.
Через три четверти части, раздался топот копыт. На поляну выехал деревенского вида дед, с аккуратно подстриженной рыжей бородой с проседью, и немного взлохмаченной прической до плеч. Одет он был в мешковатые штаны и соответствующую штанам рубаху.
– О-хо-хо, раздолбаи, сарай никак ремонтировать припёрлись.
Лекам опустил глаза,
– А ещё надо?
Дед, по-молодецки спрыгнул с лошади, подошёл к Лекаму. Старик был как минимум на голову ниже.
– Да нет уже, - и отвесил магу хороший подзатыльник.
Плечи Лекама, опустились, голова поникла совсем. Дед обнял Лекама:
– Это за обман, я пять кругов эти развалины не убирал, столько шуток придумал на ремонт. Молоток зачаровал, чтоб он по пальцам попадал, а вы так и не приехали.
У эльфа в глазах, заиграла хитринка, видимо придумал как будет поддевать Лекама.
Дед подошёл к отцу, отец посмотрел на него серьёзно:
– Что не приезжал?
– Так то одно, то другое...
– Ты кому легенды складываешь, оболтус, потом поговорим, - и по отчески обнял отца.
– Клыкатый!
У орка казалось цвет лица, от счастья, с зеленоватого на серебристый поменялся.
– Дед!
– О-о-о!
Они схватили друг друга за предплечья правыми руками, а левой хлопнули по плечам. Дед не шелохнулся, а орка изрядно качнуло.
– Ого, вот это удар, - орк потирал плечо.
– Готовился!
– гордо сказал Савлентий, - Ну, а здесь кто у нас, подошёл он к нам.
– Это мой сын, Норман.
– Время как быстро идёт. Храм, когда заезжал, рассказывал, что у тебя их двое.
– Было четверо, двое погибли.
– Ровный значит, - он обошел меня вокруг, - Похож, а младший где?
– Это и есть младший.
– Так он болел.
– Подлечили.
– Ладно, проверим, он у тебя немой?
– Нет, но когда молчу, умнее кажусь.
Старик засмеялся и хлопнул меня по плечу:
– Пойдёт. А это твой средненький? Чего не пострижешь?
– подошёл он к Софье.
Она покраснела: "Я, девушка!".
– А чегось, это новомодность какая? Мужицкие костюмы носить? Да ещё неряшлива?
– Это Софья ер Шальная, хотя наверно уже эн. Мы их у "светлых" отбили, - вступился за Софью отец.
– А-а-а! Меняет дело, - он потрепал Софью по щеке: Ничего дочка, всяко бывает.
– А я смотрю, тебе Ровный, как обычно спокойно не живётся?
– Это не ему, - хохотнул орк: это младшему.
Савлентий посмотрел на меня: "Вот значится как...".
– А этот малёк, кто?
– он подошёл к Малику.
– Малик, брат Софьи - представился он.
– Тоже значит от "светлых"?
– Да.
Старец взъерошил волосы Малику.
– А ушастый зачем "светлым"? Войны с эльфами хотят?
Эллалия перекосило.
– Нет, он собственно и организовал стычку со "светлыми".
– А-а! Значит, ушастые войны захотели?
– Я изгнанный, и не ушастый. Я Эллалий из дома Вьющих.
– Это сын Альки, поди.
– Моего отца звали Алиолгус.
– Ну, я и говорю Альки, это он для тебя Логус. А похож, такой же ершистый. Будешь воду мутить ушастый, выпорю, и мне всё равно, сколько тебе кругов.
– Ну а ты воин, чьих кровей, тоже княжеских?
– дед перешёл, от лихорадочно думающего, что ответить эльфа, к Солду.
– Нет мужицких. Солдом кличут.
– Солд, так Солд. Ладнушки, познакомились. Ну, поехали, гости. Тока от меня ни ногой, затеряетесь, искать не буду.
Деревянный дом Савлентия состоял из двух комнат и кухни. Одну комнату отдали Софье, вторую заняли отец, Храм, Лекам и Савлентий. Нас вчетвером загнали в довольно уютный чердак, где были стол и пара стульев.
– Расположитесь на полу, тюфяки там есть.
– Дед Савлентий...
– Давай без Савлентия, можешь просто дед.
– Хорошо. Дед, мне бы, чем живность накормить, - я достал из сумки волчонка, второй барахтался, пытаясь вылезти наружу.
– Ого, хасан! И даже два! Где взял?
– Мы с их родителями против светлых бились, не они бы, не выбрались. Но, хасаны погибли. А перед тем как умереть, меня один из них, попросил щенков найти.
– Прям попросил?
– Ну, как-то показал, где они лежат. Я пять дней искал.
– Картинками?
– Да.
Он повертел в руках щенка:
– Мал ещё, десятины четыре. Ему бы мамку, ещё пару десятин сосать. Ну, давай попробуем. Касса, Касса, Касса...
– закричал он вокруг, - Касса, Касса, Касса...
Из-за угла конюшни, неожиданно, вышла чёрная сейша, перепугав ещё не распряжённых лошадей. Ростом кошка была немного поменьше моего Аравина, который, раздувая ноздри, смотрел испуганно на неё.
– Это Кассара, три десятины назад вернулась, гуляла! Да вернулась не праздная, десятину назад котёнка принесла, он ещё слеп. Вот её и попросим, молока у неё много должно быть, может, поможет.
Савлентий протянул кошке щенка, она посмотрела на него недоверчиво, потом огромным носом обнюхала волчонка, подошла ко мне, понюхала сумку. Потом раскрыла пасть, и прикусив осторожно за шкирку щенка, из рук деда, утащила за конюшню.