Чтение онлайн

Это было правдой. Еще раньше мне показалось странной такая особенность разделения, ведь верградские пилоты запрашивали в несколько раз большую плату… и получали ее регулярно. Поэтому в принципе государству не выгодно держать таких требовательных сотрудников… Тем ни менее оно шло на это.

— Лишь опытный пилот, обученный в специальных условиях, может гарантировать девяносто процентную и более безопасность при полете через наши земли.

— Но неужели вываливания… в смысле транс-аномалии так опасны?

— Если ты это спрашиваешь, значит, еще плохо представляешь себе, что это такое, — хмуро посмотрел на меня Аргентор. — Это ведь тебе не пара новых героев свалится или булыжник какой! Представь себе, например, хлорную атмосферу, возникающую прямо по курсу… или, еще лучше, водородную. Прямо с какой-нибудь звезды. Или гору, которая появляется буквально в ста метрах, когда ты летишь со скоростью в сотни и тысячи километров…

— Действительно проблема. Я и не думала, что с этими вываливаниями все так сложно.

— Многие не думают. Особенно живущие не на красных или фиолетовых широтах.

— Тогда получается, что усиленная подготовка действительно необходима…

— Да, ведь пилот должен спасти как свой корабль, так и груз или пассажиров.

— А зачем на кораблях столько оружия? Я не понимаю, даже обычный пассажирский лайнер у вас оборудован не хуже военного крейсера!

— Не «у вас», а у нас. Не забывай, ты теперь тоже верградка.

— Кстати, насчет моего верградства… У вас… нас все пилоты заминированы, или я являюсь исключением?

— Не только пилоты. Все занимающие ответственные государственные должности.

— Но зачем?

— Выше всего — государство. Мы не должны подвести его. А чтобы нам было легче исполнить это правило, вживляются чипы-бомбы.

— Ладно.

Аргентор часто проводил учебные полеты. Управление верградским лайнером потребовало куда большего искусства, но, в конце концов, я и с ним освоилась.

Каждый пилот должен был не только управлять кораблем, но и хорошо ориентироваться в экстремальных ситуациях. Кроме того, я должна была хорошо владеть корабельным оружием и при необходимости не бояться его использовать.

Постепенно я овладевала необходимыми навыками. Со временем я поняла, что Аргентор даже по верградским меркам не рядовой пилот.

— Я не понимаю, что ты делаешь в Островлике, если твои знания и умения гораздо больше пригодились бы в других местах? — спросила я его однажды. — Разве наше государство не понимает, что тут твои способности пропадают зря?

— Они не пропадают зря, — покачал головой Аргентор. — Наша сила — в организованности. В прекрасно поставленной синхронной командной работе. Если бы этого не было, мы были бы ни чуть не сильнее других государств.

— Но я не понимаю, при чем тут организованность и синхронность?

— На наших кораблях все продублировано, помнишь? Все. В том числе на каждом из них по два первых и два запасных пилота, чтобы при необходимости всегда была замена.

— Тогда почему на твоем лайнере только три пилота?

— Было три. Когда ты закончишь подготовку, будет четыре. Два главных — я и ты и два запасных.

— Почему я? — удивилась я. — Ведь, если судить честно, запасные гораздо более опытны.

— Это так. Я и не отрицаю, что твоя подготовка сильно хромает. Но мои запасные пилоты — команда. Прекрасно слаженная команда. И ни я, ни кто-либо другой не будет ее разрушать ради того, чтобы один из них стал первым пилотом.

— А куда делся прошлый первый пилот?

— Погиб. Транс-аномалия случилась прямо внутри лайнера… Произошел выброс угарного газа в сочетании с трехсотградусной температурой, а он не успел принять необходимых мер безопасности.

— Кошмар! Сразу и задохнуться и свариться!

— Он не задохнулся и не сварился, — отрицательно мотнул головой Аргентор. — Просто он уже никогда не смог бы снова стать пилотом. По крайней мере, на это пошло бы столько средств, что его лечение принесло бы государству только вред.

— Тогда почему ты говоришь, что он погиб?

— Потому что так и есть. Он был пилотом. Пилотом, работающим на государство. А ни один государственный работник не уходит на пенсию. Поскольку он был непригоден даже для обучения молодых, его усыпили.

— Не может быть…

Мне было не по себе в течение нескольких дней после этого разговора. Но потом я привыкла. В конце концов, что я потеряла? А приобрела гораздо больше — то самое нормальное окружение, о котором мечтала.

Среди экипажа лайнера не были ни алкоголиков ни развратников. Никто не отпускал пошлые намеки. Мы были одной командой, одной семьей, теми, кто всегда, до конца своей жизни останется вместе. И никто из нас не предаст. А уж способ, с помощью которого это достигается… Ну что ж, он нисколько не хуже остальных.

Еще через три месяца меня посчитали достаточно подготовленной, и лайнер отправился в первый настоящий полет. Да здравствует небо!

Я пролежал в кровати больше суток.

— Твой новый хозяин велел тебе одеться и прийти в обеденный зал, — тронул меня за плечо Ландер.

Сначала я не хотел подчиняться приказу… Но потом понял, что мне все равно придется вставать. Просто, если я не сделаю этого сейчас, меня еще и накажут. Одевшись в свой единственный оставшийся, после позавчерашнего, костюм, я пришел в зал.

К моему облегчению, Акваса там не было. Да и Беломора тоже. И молодые дроу, скорее всего, развлекались на улице, как обычно. Дирит сидел в мягком глубоком кресле, придвинутом к окну и с мечтательным видом пил вино. Напротив него, также в кресле, развалился в своей любимой позе Лоск. А Солярис восседал на широком подоконнике, прислонившись спиной к стене, согнув одну ногу в колене и сложив на ней руки, и покачивая другой в такт тихой плавной музыке, раздающейся из проигрывателя.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Дирит Морт, отставляя в сторону бокал.