Новые горизонты
Шрифт:
— Семнадцатый на связи! — тут же доложился Волков.
— Боря! Ты совсем сдурел? Ты кого на помощь отправил??
— Спокойно, Лёша. Этот кот может многое.
— Да? А как мы с ним общаться будем?
— Тихон, объясни им политику партии, — усмехнулся в микрофон Борис. — А то ведь не поверят.
— Семнадцатый-бис готов к выполнению задачи, — меланхолично доложил тот.
В эфире повисла вязкая тишина — многие отказывались верить своим ушам. Понимая, что ещё чуть-чуть и экспедиция обречена на провал, Волков взял инициативу в свои руки.
— Тихон, в гондоле должен быть крюк. Попробуй зацепиться этим крюком за уступ в гроте.
— Пробую…
Прошло ещё несколько томительных минут.
— Это Тихон. Крюк закрепил, пытаюсь пробраться в грот…
— Нет! Мы сейчас сами подтянем крюк с альп-шнуром и только тогда выпустим это чудо биоинженерии! — раздался голос Райковского.
— Николай Павлович, к чему такие расшаркивания? Мы же теряем время!
— Волков! Ты мне ещё ответишь за утаивание такой архиважной информации! Понял?! У нас на станции есть говорящий кот, а я ничего не знаю об этом!
— Давайте мы не будем ссориться, — предложил Тихон. — А то Борис прав — у меня запаса воздуха всего на час. Могу не успеть.
— Волков! Дыхательная смесь у Тихона одинакова с нами?
— Да, Николай Павлович.
— База! Срочно позаботьтесь о кислороде для семнадцатого-бис! Это приказ! Отвечаете за него головой!
— Поняли, Николай Павлович. Готовим отдельный блок на случай нештатной ситуации.
— Так, Тихон… Теперь с тобой… Скажи, ты сможешь пролезть внутрь этого узкого грота?
— Могу, но только без лишнего инструмента.
— Хорошо… Давай, пролезай, а потом, если что, подкинем тебе инструмент.
— А как я с ним обратно буду выходить?
— Да бросишь его там! Найдёшь чего или нет — уже не важно! Важно то, что у нас в команде появился такой интересный сотрудник! Он мне дороже всех имеющихся инструментов на станции, понял?
— Понял, — вздохнул кот. — Уже лезу.
Тихону пришлось попотеть, чтобы пролезть внутрь грота.
— Тихон, не молчи! Ты добрался до противоположной стороны грота? — взволнованно спросил Райковский.
— Добрался.
— На левой лапе… э-э-э… левом предплечье у тебя находится индикатор уровня дыхательной смеси. Ты можешь понять, сколько там осталось?
— Тридцать восемь процентов.
— Ну ты даёшь! Ещё и цифры понимаешь… Что видишь перед собой?
— Узкий вход в небольшую комнатку, типа спаленки… э-э-э…
— Тихон, я понял! Дальше что видишь?
— Впереди вижу свет. Он ярко-голубой… до рези в глазах…
— Опусти защитный фильтр перед стеклом!
— Нет его у меня…
— Как нет?! — взъярился Райковский.
— Так и нет… не предусмотрен конструкцией.
— Волков! Ты у меня под суд пойдёшь! Ты во что одел Тихона??
— В рекламный скафандр от киностудии «Рябиновскфильм»! — с вызовом ответил ему Борис. — Другого ничего не удалось достать! И то сколько вручную переделывал! Но он создан по технологиям будущего, так что почти полная имитация реального скафандра и стопроцентная герметичность!
— Кошмар… Ну, мы ещё об этом поговорим!
— Вижу туманную пелену, — доложил Тихон. — А за ней наблюдаю непонятную активность… Стоп! Что-то движется сюда…
— Тихон, уходи! Не рискуй, слышишь?! — отдал приказ Райковский.
— Поздно… сюда входит… — кот внезапно замолчал.
— Тихон? Тихо-он! — заорал не своим голосом старший научный сотрудник Райковский, но было уже поздно. Шлемофоны донесли чужой, но удивлённый возглас «Стамфар!», после чего связь прекратилась. В этот момент Волкова обуяла такая ярость за потерянного друга, что он выхватил альпеншток из захватов панели с горными инструментами и с остервенением врубился в свод грота. Напрасно его уговаривали Райковский и другие коллеги, Волков продвигался вперёд с сумасшедшей скоростью, оставляя за собой нагромождения обломков. Наконец, ему удалось протиснуться внутрь грота, где он увидел… девушку в зелёном комбинезоне с большим шлемом, склонившуюся над скафандром кота. Та повернула голову на Бориса, и её широко раскрытые глаза, похожие на кошачьи, расширились ещё больше. Волков бесцеремонно отпихнул девушку от Тихона и сам наклонился над ним.
— Тихон, ты как?.. Боже мой… Ну, подай голос! Прошу тебя! Слышишь?
— Стамфар хан гик тилбак… — печально сказала девушка.
— Да иди ты! — сердито прикрикнул Борис. — Он выживет! Ясно тебе?!
— На драр ви! Раскере! — та с виноватым взглядом замахала в сторону той самой пелены, замеченной Тихоном, словно приглашая внутрь загадочного пространства.
Борис не стал долго раздумывать — он поднял кота на руки и устремился за ней.
Глава 2
12 марта 1995 года. Калачеевская область. г. Камск. Раннее утро.
Алексей видел во сне настройку оконечного каскада своего детища — усилителя мощности на металлокерамическом триоде. Только уж очень реальным был этот сон. Вот он полез докрутить-дотянуть отвод катушки индуктивности, дико нарушив технику безопасности — не выключив высокое напряжение 3 киловольта… Вот стоящий за ним напарник, неловко согнув левую ногу, пытается перешагнуть через него и… падает прямо ему на спину… Потом словно тысячи иголок впиваются в тело Алексея… Он резко вскакивает и просыпается.
Оглядывает комнату и с удивлением обнаруживает, что общая обстановка в ней далека от прежней. Старый допотопный приёмник, скорее всего ламповый, да ещё в таком громоздком корпусе, стоит на окне. Этот вид дополняют старинные занавески. Выцветшие и пожелтевшие от времени, они создают вид винтажного жилья. Стол, стулья и коврики (домотканые!) окончательно указывают на кардинальную смену времени. Глотов помотал головой, стремясь сбросить наваждение, но мозг мгновенно ответил резкой болью. Алексей охнул. Сбросив одеяло, он с удивлением увидел себя в серой майке и синих трусах. Затем почувствовал дискомфорт в левой руке, глянул на неё и остолбенел — до локтя вместо руки находился протез. Чёрный лакированный протез из мягкого пластика. Каким-то чутьём он ощутил на своей голове что-то непонятное, правой рукой определил диковинного вида обруч из смеси пластика и уложенных в жгуты тонких проводов. Глотов машинально захотел пошевелить левой кистью, и та начала совершать замысловатые па.