Чтение онлайн

Открытое лицо Фрейзе на секунду омрачилось.

– Ишрак он понравился больше, чем магистр твоего Ордена, – напомнил он Луке. – Я не стал бы полагаться на ее суждение в отношении этого знатного иностранца. Не знаю, какую игру он начал, говоря с ней по-арабски – на языке, который понимает она одна. И если на то пошло, то я не знаю, что за игру она повела, уверяя меня, что он ничего не сказал.

– А вот и ваше палаццо, – заметил паромщик. – Ка де Лонги, на запад от пьяцца Сан-Марко, очень хорошее.

– Дворец? – воскликнула Изольда. – Мы сняли дворец?

– Все большие дома на канале называются «каса», и только дом дожа называют дворцом, – пояснил паромщик. – А причина в том, что они все до единого – прекраснейшие дворцы, равных которым на свете нет.

– И там живут принцы? – спросила Ишрак. – Во всех этих дворцах?

– Лучше принцев, – улыбнулся он ей. – Богаче принцев, величественнее королей. Там живут венецианские купцы – и большей власти нет ни у кого ни в этом городе, ни во всей Италии!

Он направил паром к небольшому причалу у стены дома, навалился на весло – и с легким толчком аккуратно причалил. Там он окинул взглядом прекрасные фрески по обеим сторонам от широких водных дверей – и посмотрел на Луку с новым уважением.

– Добро пожаловать, ваша светлость, – проговорил он, резко изменив свое отношение к красивому молодому купцу, который, конечно же, должен быть по-королевски богатым, чтобы снять подобный дворец.

Фрейзе заметил оценивающий взгляд паромщика и мягко ткнул его в бок.

– Мы заплатим вдвое за беспокойство и опасность, – отрывисто бросил он. – А вы будьте любезны никому не рассказывать историю про ту галеру.

– Конечно, сударь, – пообещал паромщик, принимая увесистый кошель с монетами.

Ловко перепрыгнув с борта на широкие ступени, он пришвартовал паром и подал руку, чтобы помочь сойти на берег дамам.

Обменявшись понимающими взглядами, Ишрак и Изольда, Лука и брат Пьетро, помня о выбранных ролях, сошли на каменную набережную перед своим домом. Дверь для пешеходов находилась в боковой стене дома и выходила на неширокий боковой канал. Она уже была открыта – и домоправительница, поклонившись, повела их в прохладный вестибюль.

Первым делом, как всегда, брат Пьетро, Лука и Изольда должны были отправиться в церковь и вознести благодарение за успешное прибытие. Ишрак как иноверка и Фрейзе как слуга были избавлены от этой необходимости.

– Отправляйся на Риальто, – приказал Фрейзе Лука. – Узнай, слышали ли там об отце Пьетро. Я приду попозже, чтобы с ним поговорить.

Лука, брат Пьетро и Изольда, скромно надвинувшая капюшон плаща на лицо, вышли из дома через небольшую дверь и попали на мощеную дорожку, тянущуюся вдоль узкого канала. Свернув направо, они по узкому переулку прошли на площадь Сан-Марко, где гулко звонили колокола большого храма, возвещая начало утренней службы. Вспугнутые голуби взмыли к холодному голубому небу, а венецианцы в роскошных нарядах демонстрировали себя и разгуливали по площади до самого храма.

Ишрак и Фрейзе, закрыв дверь за своими спутниками, ненадолго задержались в огромном вестибюле.

– Позвольте показать вам ваши комнаты, – предложила им домоправительница и прошла перед ними по широкой мраморной лестнице, ведущей на второй этаж.

Там оказалась большая приемная, выходившая на канал громадными окнами в два человеческих роста. За каждым окном был небольшой балкончик. В парадной комнате было тепло: в камине горел огонь, а в окна лился солнечный свет. Домоправительница провела их дальше: на верхнем этаже комнаты располагались так же.

– Мы устроимся на верхнем этаже, – решила Ишрак. – А вы можете занимать второй.

– А над вами – кухня и комнаты прислуги, – сказала домоправительница, указывая на узкую лестницу, уходящую еще выше.

– Кухня в мансарде? – удивился Фрейзе.

– Чтобы уберечь дом в случае пожара, – ответила она. – Мы, венецианцы, очень боимся пожаров, а места, чтобы устроить кухню в удалении от дома на уровне первого этажа, нет. Все пространство на уровне земли отведено под двор и сад, а перед домом – причал и ворота, выходящие на канал.

– А вы – кухарка? – спросил Фрейзе, подумав, что хорошо было бы плотно пообедать, как только остальные вернутся из церкви.

Она кивнула.

– Мы пойдем по кое-каким поручениям и, наверное, вернемся к плотному обеду? – намекнул ей Фрейзе. – Мы провели долгую ночь в холоде, а ели только хлеб и яйца. Я, например, был бы очень рад попробовать венецианские блюда вашего приготовления.

Она улыбнулась:

– Я все приготовлю. Вы возьмете гондолу?

Ишрак с Фрейзе обменялись довольными взглядами.

– А можно? – уточнила Ишрак.

– Конечно, – ответила та. – В нашем городе это единственный способ куда-либо добраться.

Она провела их по мраморной лестнице вниз на первый этаж, к обращенному на канал фасаду – и их собственному причалу, где покачивалась пришвартованная гондола. Домоправительница предоставила им спуститься по последнему лестничному маршу и указала на слугу, который вышел из дверей, утирая рот и натягивая яркую шляпу с пером.

– Джузеппе, – представила она его. – Он отвезет вас, куда пожелаете, подождет там и доставит обратно домой.

Слуга подтянул гондолу ближе к причалу и подал Ишрак руку, чтобы помочь ей зайти на борт. Фрейзе тяжело шагнул следом – и Ишрак вскрикнула, а потом засмеялась над тем, как гондола раскачивается.

– Придется привыкать, – проворчал Фрейзе. – Я уже скучаю по Руфино. Как он там без меня будет? – Обращаясь к гондольеру Джузеппе, он спросил: – Ты можешь отвезти нас к Риальто?

– Конечно, – сказал лодочник.

Он отвязал швартов с нарядной кистью, который удерживал нос гондолы у стены дома. Встав на площадку на корме, он одним ловким толчком весла отчалил от дома, вводя гондолу в оживленное движение по Гранд-Каналу.