Обманщица

Впервые задумавшись об обмане, Картер Филлипс не восприняла всерьез эту мысль. Ей никогда не приходилось лгать.

Позже, к своему удивлению, она изменила свое мнение. «Неужели я в таком отчаянном положении, что не могу обойтись без обмана?» Подобные мысли стали посещать ее все чаще. И пугающий ответ возникал незамедлительно: «Да».

Картер сидела на уроке высшей математики, подперев рукой подбородок, и смотрела на мистера Рауба, стоявшего перед доской. Ее шелковые платиново-белые волосы падали, как вуаль, на лицо. Почему ей казалось, что она может справиться с высшей математикой?

— Напоминаю вам, — произнес учитель, бледный, худощавый, лысый мужчина с коричневыми усами. — Если кто-то хочет пересдать математику, то тест будет проходить в субботу в Вейнесбриджском колледже с двухгодичным курсом обучения. У вас будет возможность исправить ваши результаты. Но большинство ребят успешно справились с заданием, и я рад сообщить об этом.

Прозвенел звонок. Картер вздохнула и собрала книги. Затем она присоединилась к своему другу Дэну Мэйсону и лучшей подруге Джилл Бэнкрофт, и все трое вышли из класса. Джилл откинула свои длинные каштановые волосы назад и повернулась к Картер.

— Ты действительно собираешься пересдавать тест? — спросила она. — Я хочу сказать, что твои результаты были лучше моих, но я не собираюсь в субботу все переписывать.

— Ты не живешь с моим отцом, — вздохнув, ответила девушка, — судьей, который судит все время.

Отец Картер был уголовным судьей в Шэдисайде. Дочь очень гордилась им и знала, что он вызывает восхищение многих людей и имеет огромное влияние в городе. Больше всего на свете девушке хотелось угодить ему, но это было не так просто. Отец предъявлял очень высокие требования к себе и к другим и ожидал, что Картер, его единственный ребенок, будет соответствовать им.

Он говорил дочери, насколько гордится ей, почти каждый день, но что-то пошло не так. Картер была очень хорошей ученицей, но ее слабым местом стала математика. Она помнила тот день, пару месяцев назад. Результаты математического теста прислали по почте. Когда она вскрывала конверт, судья Филлипс стоял за спиной. Девушка увидела свои баллы — 570. «Неплохо, — подумала Картер, довольная собой, — неплохо для математики..» И повернулась, чтобы показать результаты отцу, но тот уже просмотрел их. По его лицу дочь поняла, что ошиблась: очевидно, 570 баллов не являлись достойной оценкой. Нахмурившись, судья скрестил руки на груди и сказал:

— Хорошо, Картер, надеюсь, ты пересдашь этот тест. Нельзя появиться в Принстоне с такими результатами по математике. — Он повернулся и большими шагами направился в кабинет, закрыв за собой дверь.

У Картер екнуло сердце. Ей всегда удавалось угодить отцу. Она выигрывала теннисные турниры, получала награды в школе, и каждый год составляла списки убитых на войне, но сейчас была бессильна. Ее отец закончил Принстон, и, сколько девушка себя помнила, он говорил о том, что его дочь тоже будет там учиться. Картер даже никогда не задумывалась над тем, действительно ли она хочет туда попасть, а воспринимала это как неизбежность.

Но теперь вдруг появилось препятствие, и это была высшая математика. Один маленький тест стоял на пути к успеху, на пути к осуществлению мечты отца. Ей казалось, что это несправедливо, и она старалась изо всех сил, но на сей раз этого было недостаточно.

Когда мать Картер вошла в комнату, судья уже закрылся в своем кабинете. Девушка все еще стояла с результатами теста, опустив голову. Миссис Филлипс никогда не спрашивала дочь про экзаменационные баллы. Она просто посмотрела на закрытую дверь кабинета и сказала:

— Дорогая, я опаздываю на собрание Фонда госпиталя. Передай отцу, что вернусь около шести, хорошо?

Поцеловала Картер в лоб и выпорхнула за дверь, звеня драгоценностями. Девушка удивленно смотрела ей вслед. Она поняла, что придется переписывать тест по математике, придется заниматься и заниматься. Другого выхода не было. Но в глубине души знала, что у нее ничего не получится. Она никогда не наберет нужных баллов, даже через миллион лет.

Дэн обнял Картер за плечи, когда они прогуливались по школьному коридору.

— Все будет в порядке, Картер, — говорил он. — Лишь несколько часов в субботу, и это навсегда закончится.

Девушка посмотрела на своего высокого, симпатичного молодого человека и попыталась улыбнуться.

— Я не против пересдачи, во всяком случае, из-за этого особенно не переживаю, — сказала она. — Проблема не в этом. Проблема заключается в том, что папа ждет от меня не менее семисот баллов, которые мне никогда не получить. Я очень много занималась перед первым тестом, так же, как и сейчас, но все безрезультатно. Надо быть почти гением, чтобы заработать семьсот баллов.

Дэн вздохнул. Картер знала, что он в неловкой ситуации, потому что был силен в математике, и получил 720 баллов за тест. Но Дэн был скромным парнем, и ему не хотелось, чтобы Картер ощущала дискомфорт по этому поводу. Он сменил тему.

— Хочу угостить тебя молочным коктейлем. Тебе сейчас это необходимо. Давай пойдем в «Угол». — Он повернулся к Джилл и спросил: — Пойдешь с нами?

Джилл покачала головой:

— Я не могу. У меня встреча в клубе фотографов. Постарайся развеяться, Картер, увидимся позже.

— Пока, Джилл.

Сейчас, когда подруга ушла, Картер немного расслабилась и опустила голову на плечо Дэна. Они вышли на улицу. Воздух был теплый и влажный, дул легкий ветерок, и погода была не типичной для марта. Пройдя несколько кварталов, зашли в «Угол», кофейную лавку, где постоянно собирались ребята из Шэдисайдской средней школы. Все столики были заняты. Картер и Дэну пришлось сесть за стойку бара. Они заказали молочно-шоколадный коктейль.

Дэн потянулся и взял со стойки журнал об автомобилях, который там лежал.