Оборотень
Шрифт:
Стальные зубья вновь впились в слежавшуюся землю. Пацаны уже стояли по пояс в яме, когда чья-то лопата звякнула о металл.
На сей раз из-под земли показался массивный стальной сейф – старомодный несгораемый шкаф вроде тех, какие Владислав видел только в советских фильмах. Он подергал ручку – дверца не открылась. И тут он вспомнил о стальном ключе, найденном в промасленной тряпке. Ключ легко вошел в замок и дважды повернулся. Варяг нажал на ручку и распахнул дверцу. Стоящие по краю разрытой могилы пацаны охнули в один голос.
Это была «черная касса» начальника колонии: россыпь золотых колец и браслетов, царские десятирублевки, ожерелья, кулоны, масса серебряных безделушек, пачки долларов и фунтов. Все в точности как описал Тимофей Егорович…
Он захлопнул дверцу сейфа и, дважды повернув ключ в замке, спрятал его в нагрудном кармане пиджака. Варяг подумал, что судьба выделывает странные загогулины. Мог ли предположить полковник МВД, когда закладывал сюда этот клад, что наворованные им за долгие годы воровские «голды» и «брюлики» опять же в воровскую казну и вернутся? В этом был знак некой высшей справедливости. И сознание этой справедливости придало Варягу уверенность в том, что его поиски большого общака непременно увенчаются успехом. Иначе и быть не могло.
Черный «ауди» повернул направо, к Шереметьево-1. Вскоре показалась низкая коробка здания аэропорта. Машина мягко подкатила к подъезду Центра деловой авиации.
Варяг держал в руке легкий портплед – сегодня он решил не обременять себя излишним багажом. Ему предстояло лететь частным чартерным рейсом в Барселону. В кармане у него лежал паспорт и билет на имя Сергея Петровича Сучкова, менеджера нефтяного концерна «Севкавказнефть». Настоящий Сергей Петрович в это время отдыхал в Красной Поляне, куда ему порекомендовал отправиться на пару недель старый партнер по нефтяному бизнесу, и вряд ли подозревал о предстоящем путешествии своего «двойника».
Предъявив паспорт и билет охраннику при входе в специальный зал бизнес-рейсов, Владислав прошел внутрь. До регистрации его рейса оставалось полчаса у него было достаточно времени, чтобы выпить чашку кофе или заглянуть в магазин беспошлинной торговли. Он положил портплед на белый кожаный диван и подошел к стойке бара.