Одержимые. Первая любовь
Шрифт:
Наши глаза вновь встречаются. И он просто загорается эмоциями… Как же я его ненавижу…
Глава 3
Олеся Носова
— Не сердись ты, бука, — выдаёт, наигранно насупившись. Якобы изображает меня.
— Заткнись.
— Ты чего такая злобная? ПМС?
— Нет, просто ты — дебил.
— Спасибо, — улыбается он, записывая что-то с доски.
Кошусь на него и понимаю, что готова купить себе очки, только бы с ним не сидеть… Видимо, так и придётся делать.
До конца уроков я еле выдерживаю его общество, а после, когда он остаётся со мной для уборки, я сразу обозначаю.
— Мне помощь не нужна. Можешь уходить. Я сама всё сделаю, потому что вообще не желаю с тобой контактировать…
Несколько секунд он подвисает, а потом начинает истерично ржать.
— Хорошая попытка, малыш. Но нет. Нас двоих наказали. Значит, и убираться обоим.
— Какой честный! Просто пример для подражания!
— Естественно. Я вообще охуенный.
— Пффф…
Пустослов грёбанный. Аж тошно от него.
Пока мою парты и подоконники, он составляет стулья и всё время поглядывает на меня.
— Спрашивай, — кидает кичливо и я морщусь.
— Чего? И не подумаю. Мне неинтересно.
— А чё тогда пялишься?
— Я? Ты меня с кем-то перепутал. Например, с Катей, с которой болтал возле учительской.
— А-а-а… Ревнушечки… Понял-принял…
— Идиот, — закатываю глаза и продолжаю работать. Сказать, что он бесит — ничего не сказать. Меня ещё никто и никогда так откровенно не раздражал. И он прав, обычно я довольно тихая и неконфликтная. Потому что никто и никогда меня не доставал. Но это исчадие ада кого угодно доведёт до белого каления.
— Всё, я закрою, иди, — гоню его, но он стоит на месте и улыбается. — Ну чего тебе ещё?
— Ничё… Давай провожу.
— Знаешь что, дорогой Тимур?
— Что? — спрашивает, похабно закусывая нижнюю губу и глядя на меня из-под своей спадающей на глаза чёлки.
— Вали по-хорошему, пока я не рассказала своему парню, и он тебя не избил!
— Хах, — ржёт он и качает головой. — Ну пусть бьёт, давай посмотрим на это.
— Ты плохо расслышал??? Он у меня с шести лет занимается боксом! Мастер спорта! Так что, вали давай!
— Ух ты, пиздец… Охрененно ты чешешь, конечно… Тем более, я уверен, что никакого парня у тебя и в помине нет.
— Пффф. Самый умный?
— Не самый, но наблюдательный. Нет у тебя парня и вряд ли вообще хоть когда-то был.
— Савицкий! — рычу я, притопнув ногой. — Я сейчас на тебя ведро вылью.
— Рискни, красотка. Вместе мыться потом пойдём, — подмигивает он, и я уже реально хочу сделать это, а потом свинтить… Только боюсь, что не убегу… Не успею, наверное…
Поэтому молча отворачиваюсь и закрываю жалюзи на окнах, игнорируя его присутствие. После чего толкаю в уши наушники и выхожу из кабинета вместе с ним, закрывая его. Нутром чую, что что-то говорит, но у меня играет на всю катушку «Три дня дождя» и пофиг мне, что он там несёт. Правда, когда мы выходим из школы, я вдруг с ужасом понимаю, что этот полудурок топает за мной.
Останавливаюсь и смотрю на него, вынимая один наушник.
— Что ты делаешь?!
— Провожаю.
— Тимур… Я вроде бы русским языком сказала. Держись от меня подальше.
— Потому что твой несуществующий парень меня побьёт. Я понял, — ржёт он себе под нос. А я, кажется, закипаю ещё сильнее.
— Слушай… Мы, видимо, не так начали. Я и общаться не хочу и в целом видеть тебя. Поэтому лучше иди к Катерине. Хорошо? Тебе там явно по адресу.
— А ты давай-ка не будешь за меня тут решать, где мне по адресу. За этот день уже как-то многовато оскорблений, не? Олеся?
— Ты не трогай меня и не буду я тебя оскорблять.
— Я и не трогал. Рядом шёл. Слушая истеричные вопли в твоём ухе.
— Пошёл ты! Это моя любимая группа, козлина!
Он снова хохочет, а я разворачиваюсь и начинаю убегать. Реально бегу от него, потому что не хочу, чтобы он шёл рядом. А если бы отец увидел это… Меня бы вообще за шкиряк дома оттаскали.
Уже метров через пятьдесят оборачиваюсь и понимаю, что он не гонится за мной… А крутит у виска прямо там, не сдвинувшись с места.
— Пошёл ты! — показываю ему средний палец.
— Сама иди, тупая!
Вот и чудно. Спокойно возвращаюсь домой и пинаю листву под ногами. Переписываюсь с Варькой, и мой телефон, наконец, подыхает…
Сегодня ещё долго прослужил…
Дома мама спрашивает про дополнительные, а я не решаюсь сказать про наказание… Да и папа может разозлиться. Он у меня очень строгий и немного… Деспотичный. Бывает, что выпивает между работой… Сейчас его дома нет. Он часто в разъездах. Работает машинистом, работа сложная, и я кое-как уговорила маму доучиться до одиннадцатого, потому что он хотел, чтобы я пошла в жд колледж после восьмого…
Слава Богу общими усилиями мы его уговорили… Потому что я мечтаю поступить на медицинский. А там нужен русский, моя любимая химия и биология. И я чувствую, что смогу.
Маме говорю, что сегодня задержалась в кабинете химии. Помогала учителю. Она ничего мне не говорит. Как раз она спокойно относится к любому моему опозданию…
Мы ужинаем, после чего я, наконец, иду в комнату, где мой телефон уже показывает пятнадцать процентов, и я пишу Варьке сообщение.
Леся Носова: «Сегодня был такой дерьмовый день… Надеюсь, завтра ты придёшь… Потому что я не хочу с ним сидеть…».
Варя Ветошникова: «Малыш, мне справку дали на неделю. Крепись».
О, боже… Я точно сойду с ума за эту неделю с ним…
Глава 4
Олеся Носова
Ранее утро не приносит ничего хорошего… Раздражение и усталость… Я вообще не хочу видеть его рожу. Совсем недавно я спокойно ходила в школу и ни о чём не волновалась… А сейчас… Я готова взорваться подобно вулкану и сжечь к хренам всё вокруг себя… И это творит со мной один единственный человек… О, ужас.