Охотник
Шрифт:
– Идти надо, – говорю с неохотой.
Покидать уютное жилище желания нет, но придется. Только в сказке можно не слезая с печи весь мир объездить. Впрочем, за печь бабы Керги не поручусь, может, и впрямь самоходная. У такой необычной старушки и мебель может оказаться вполне себе замечательная.
Баба Керга провожает нас до калитки. Черный котяра гордо восседает на заборе. В зубах – мышь. Самая обычная мышь, откуда только взялась в Злом лесу? Вид у кота донельзя довольный, и я его понимаю. Что ж, счастливо тебе оставаться, маленький охотник!
Выходим, и калитка скрипит, закрываясь за нашими спинами. Что-то нам принесет новый день…
Глава 9
День принес ливень, сильный, но, по счастью, непродолжительный. Твари Леса воды то ли не любят, то ли боятся, и какое-то время мы шли спокойно, пока жаркое летнее солнце не разогнало поганой метлой низкие тучи.
После чего началось…
Стоящее справа дерево неожиданно наклоняется в нашу сторону и выстреливает в мага длинными ветвями. Господин Излон начинает читать заклинание (хорошая реакция, молодец!), но, оказавшись спеленутым по рукам и ногам, занятие это прекращает. Медвежонок рвет с пояса топор, из рук Релли с треском вылетает ветвистая молния. Один я стою дурак дураком, потому что знаю твердо – таких деревьев нет и быть не может. Даже в Злом лесу.
Однако дерево для такого, какого быть не может, действует слишком активно, и приходится вмешаться. Полузадушенный маг весело болтает ногами, Релли разбрасывает чары, словно горстями горох, но на дерево это особого впечатления не производит. А вот топор Медвежонка ему не по нраву, новые ветви тянутся к брату старосты, собираясь и его спеленать.
Я включаюсь в схватку – лук здесь явно не поможет, но у меня есть еще и топор. Хороший топор, Свен-кузнец изрядный кусок души в него вложил. И заговоров всяких-разных преизрядно, не может простой топор, даже рукой мастера сработанный, так мощно рубить.
Взмах – и одна ветка отлетает в сторону. Дерево негодующе скрипит, сразу пара ветвей тянется ко мне, оставив в покое Медвежонка. Взмах-взмах, куда ветки тянешь, окаянное? Ужо тебе!
Дерево отпускает мага, я – противник более опасный. Будь оно зверем, немедленно сбежало бы, но этого созданию Леса не дано. И чего, спрашивается, лезть надо было? Делаю шаг вперед и получаю по голове тяжелым суком. Роняю топор, который тут же накрывает выпластанный из земли корень. Весело! Что-то не хочется мне врукопашную…
Только меня не спрашивают. Три, четыре, пять веток надежно сжимают меня в деревянных объятиях. Да так, что ребра трещат. Дерево пускает смолу от предвкушения, я ору и требую уйти на фиг. Дерево не отвечает, не умеет отвечать, но и уходить не собирается. Тоже, должно быть, не умеет. С воплем отлетает бросившийся на помощь Медвежонок, господин Излон, хрипя, тщится отползти в сторону. Напрягаю все мышцы, силясь вырваться из зеленого плена, да не тут-то было! Не знаю, что полено делает со своими пленниками, но что отпускать их не спешит, по себе вижу.
Треск, грохот, свист щепок над головой. Дерево словно взрывается изнутри, чувствую, как слабеет хватка гибких ветвей. Пожалуй, если я напрягу все силы, смогу вырваться… где-нибудь к концу дня.
Релли стоит, победно вскинув руки. Нет, ошибся, никакого торжества – это всего лишь часть ее колдовства. Злобное дерево падает, стараясь придавить меня напоследок, но я успеваю откатиться. Спутавшие меня ветви бессильно поникли, я сбрасываю их одну за другой.
– В этом лесу почти невозможно колдовать, – обиженно сообщает девчонка.
Я готов ее расцеловать, но пока не буду. Успеется еще.
– Хорошо сработано… ученица. – Маг отряхивается, точно мокрый щенок. – А я-то начал уже полагать, что вся наша магия в этом месте бессильна.
– Не вся, – отвечает довольная собой девчонка. – Но почти.
Отчищаю куртку от липкой смолы. Получается не очень, клейкая дрянь глубоко въелась в одежду. Да уж, куртка, похоже, отжила свое. Сначала кожеед, теперь вот слюни сумасшедшего дерева. То есть смола, конечно.
– Не слышал о таких деревьях, – подает голос Медвежонок.
– Потому что их не бывает, – поясняю я.
Релли хихикает.
– А кто к тебе обниматься тогда лез?
– Да кто только не лез, – отшучиваюсь.
На самом деле я изрядно встревожен. Злой лес в очередной раз показал, что неожиданностей может преподнести полный короб и расслабляться нельзя даже такому бывалому охотнику, как я. Никто, собственно, в этом и не сомневался, однако ж осознать, что есть твари, повадки и облик которых мне не известны, не слишком приятно.
Прослушиваю местность. Пара ногогрызов, сердцежор, загрызун. И, кажется, еще клыкастик. Или же огнегад, не разобрать. Все довольно близко, и это меня слегка тревожит. Как же проложить путь, чтобы ни на кого не нарваться?
Натягиваю на лук тетиву, беру в руку пару стрел, одну обычную, вторую – огнебойную. Знаком приказываю соблюдать тишину, двигаюсь между деревьями медленно и осторожно. И так же вот медленно и осторожно упираюсь в зад загрызуна.
Тварь меня не видит, увлеченно наблюдая за сидящим в засаде сердцежором. Осторожно отступаю назад, боясь привлечь ненужное внимание. И, разумеется, наступаю на сухую ветку, которая ломается с оглушительным треском.
Сердцежор мгновенно поворачивается на звук, видит готового к прыжку загрызуна и делает попытку сбежать. Тот прыгает, не слишком удачно, но успевает выстрелить своей странной пастью и цапнуть жертву за заднюю лапу. Сердцежор оглушительно визжит и разворачивается, чтобы встретить врага лицом к лицу. А что ему еще остается, с подраненной лапой далеко не убежишь.
Смотреть, чем закончится поединок, у меня желания нет. Тихо пячусь, пока обе твари не исчезают за деревьями, а потом бегу со всех ног. Остальные следуют за мной, Релли постоянно оглядывается, ей интересно, кто победит. Лично я поставил бы на загрызуна, матерая тварь попалась, такая и двух сердцежоров заломает, не запыхавшись.
Лес, кажется, временно решил оставить нас в покое, потому как в следующий час ни одна из опасных тварей нас не потревожила. Ногогрызы не в счет, с ними играючи справилась Релли, пригвоздив неосторожную парочку ледяными иглами к стволу полусгнившего дерева. Идем быстро, пользуясь нежданной передышкой, если и дальше так пойдет, то будем на болоте задолго до темноты.