Шрифт:
Окна каждого дома могут что-то рассказать о своём обитателе. Они лишь тонкая грань между нами и чем-то личным, тайным.
Моя соседка Вера Фёдоровна любила меня как свою дочку, хотя у неё был свой сын Владик, который редко появлялся на улице по причине своей инвалидности. Из-за синдрома Дауна он часто являлся причиной насмешек и травли местной детворы, чья жестокость иногда даже пугала.
Его самыми преданными друзьями были я и игрушечный медведь, который забавно махал лапами и издавал рык, если его завести. За стеной моей комнаты как раз была квартира соседки. Вера Фёдоровна часто, но не сильно ругала Владика за что-то. То вещи раскидает, то воду разольёт. В целом она была очень доброй женщиной. Муж у неё погиб на каком-то производстве, но завод, где он работал, взял на себя все обязательства по похоронам и даже обязался помогать материально, так как их работник был гордостью предприятия. Сколько живу, не помню, чтобы соседка жаловалась или говорила, что в чём-то нуждается, особенно при таком сыне.
Вера Фёдоровна часто угощала меня пирожками, привозила ягоды с дачи, где они с Владиком жили почти всё лето, а на день рождения подарила деньги, которых мне не хватало на брекеты для зубов. Тогда я её даже обняла, ведь для меня это было очень важно.
В школьные годы, идя домой, я смотрела в окно её квартиры, которое выходило во двор. Там Владик часто встречал меня, размахивая руками и прыгая, от чего становилось забавно наблюдать, как мне радуется самый добрый человек из всех, кого я знала. Уже стоя перед дверью своей квартиры и пытаясь открыть дверь, Вера Фёдоровна спешно выходила ко мне, предлагая пообедать с ними, а иногда звала и на ужин. Мне всегда казалось, что она считает своей миссией накормить кого угодно, будь то меня или соседей по дому.
Мне было шестнадцать лет, когда я поступила в колледж, который находился в другом городе. Там я заселилась в общагу, но домой периодически приезжала и всегда, глядя в окно моей соседки, видела Владика, который ждал меня, зная расписание электрички от своей мамы.
Чтобы мой друг не скучал, я подарила ему ксилофон, купленный в местном музыкальном магазине. Его звон мне всегда нравился, в нём было что-то волшебное и приятное слуху. Владик был рад такому сюрпризу и в ответ подарил мне своего мишку, который уже не рычал и не махал лапами из-за какой-то внутренней поломки. Вера Фёдоровна приготовила вкусный ужин перед очередным моим отъездом и очень настаивала, чтобы я пришла. Благо не было дел, и я согласилась. Не смотря на возраст и жизненную ситуацию женщина держала квартиру в должном порядке. Это был не просто ужин, а целое застолье какое обычно устраивают на Новый год. Удивительно, конечно, что она стала так заморачиваться ради обычного ужина. Мы хорошо посидели, пообщались. Владик поиграл для меня на ксилофоне и даже пытался что-то спеть. Когда я уже собралась уходить, Вера Фёдоровна сложила еды мне с собой в дорогу, и чтобы было что поесть в общежитии. Мы распрощались и на следующий день я уехала на учёбу. Подарок Владика я решила оставить в своей квартире, так как не очень хотелось брать его с собой. Помимо своей сумки с учебниками и некоторыми вещами у меня было два пакета с едой, которые я еле дотащила до станции, чуть не опоздав на электричку.
Учебные будни подобно болотной трясине затянули меня с головой. Заданий и проектов свалилось столько, что я решила отложить поездку домой, чтобы полностью сконцентрироваться на учёбе. Хочешь жить спокойно – не накапливай долгов по учебе.
Мои труды были вознаграждены – нашей группе выпала возможность посетить Москву на неделю и попасть на выставку, где разные учебные заведения соревновались в учебных дисциплинах.
Я грезила о множестве экскурсий, десятках фотографий на фоне Кремля и других достопримечательностей, но мои планы накрылись. Сперва я отравилась непонятно чем, ведь питались в дороге мы все одинаково, потом спала крайне плохо. Свои сны я не запоминала, лишь в конце поездки проснулась от того, что во сне появилась игрушка Владика, которая неустанно махала лапами, рычала и маячила словно живая.
Конец ознакомительного фрагмента.