Окончательный расчет
Шрифт:
— Все это я знаю, к чему повторяться? — поморщился Меркулов.
— Сейчас поймешь, к чему… Валерию Померанцеву удалось пообщаться с женой Сергея Александровича Корсакова, который, как ты знаешь, был бизнесменом, и весьма крупным… Женщина только что вышла из больницы — настолько она была потрясена гибелью супруга… Так вот, она утверждает, что ее мужу где-то за месяц до убийства угрожали. Она не сомневается, что угрозы связаны с его бизнесом, который унаследовала как раз она.
Сам супруг ей об этом не рассказывал, но Анна Ивановна случайно услышала его телефонный разговор: звонок был как раз младшему брату, в Москву… Как я сказал, приблизительно за месяц до гибели бизнесмена.
— Иными словами, — вмешался Грязнов-старший, — угрозы могли начаться и раньше, но супруга узнала о них за месяц. Конечно, она тут же всполошилась, попробовала поговорить с мужем, но он заявил, что они с братом разберутся сами, попросил ее не вмешиваться… Ну остальное известно…
— Единственное, чего я не понял, — произнес Меркулов, — так это какая у вас в данной связи могла возникнуть просьба.
— Мы как раз до этого и дошли, — заверил его Турецкий. — Понимаешь, в первый же день своего пребывания в Северотуринске Померанцев столкнулся на улице — с кем бы ты думал?..
— Понятия не имею, а в «угадайку» уже с полвека не играл…
— С Дениской! — Турецкий предпочел не заметить раздражения Меркулова. — И выяснилось, что «Глория» работает в Северотуринске сразу по двум делам, до боли напоминающим наше…
Константин Дмитриевич поглядел на своих друзей по очереди, и в его глазах вспыхнул наконец огонек зарождающегося интереса:
— Недурственно… — пробормотал он. — Продолжай!
— Одно из дел связано с убийством, по второму пока только угрозы, хотя одного из предпринимателей, лишившихся своей фирмы, накануне уже второго или третьего суда избили. С особой жестокостью…
— Что насчет убийства?
— Убили, — перехватил инициативу Грязнов-старший, — некоего бизнесмена Кашева, три с небольшим месяца назад. А угрожают его супруге, унаследовавшей фирму. Собственно говоря, скорее даже предупреждают: мол, если не продаст дело — отправится прямиком к собственному мужу Цена продажи не называется, но вряд ли она вообще будет назначена: как водится в таких случаях, объявится новый «законный» собственник, и все дела…
— Пока не объявился?
— В права наследства, как тебе известно, вступают через шесть месяцев. Время у бандитов есть… Да, угрозы идут исключительно по телефону. Как установили ребята Дениса, звонят из автоматов — все время разных, но всегда максимально удаленных от квартиры Кашевой.
— Иными словами, след «Глория» пока не взяла… — задумчиво протянул Константин Дмитриевич. — Ну и что же вы хотите от меня? — Он усмехнулся и покачал головой:
— Можете не отвечать, и так ясно! Хотите подключить Дениса и его сотрудников к нашим интересам… Иными словами, объединить негласным образом особо важное дело, расследуемое Генпрокуратурой, с частным расследованием — и при этом, как всегда, жаждете моего одобрянса!.. Ушлые ваши морды!
— Слушай, Костя, — заметно активизировался Турецкий, — каждый раз ты начинаешь одну и ту же песню! А в итоге получается, что самую важную информацию добывает для нас в таких делах как раз «Глория»! Я что, не прав?..
— И вообще, — не отстал от друга Грязнов-старший, — наши ребята — да, профессионалы! Но они там присутствуют официально, а официальных представителей Генпрокуратуры да плюс МВД в таких городочках, как Северотуринск, сам знаешь как любят! И ручонки им постараются связать по мере возможностей. А возможностей там хватит, поскольку местные друг за дружку всегда горой…
— Тебе, Славка, — усмехнулся Меркулов, — повсюду «оборотни в погонах» мерещатся!
— Глюками пока что не страдаю! — обиделся Грязнов-старший. — Я тебе не компьютер формозовской сборки!..
— Слава дело говорит, — поддержал друга Турецкий. — В небольших городах и без «оборотней» рука руку моет: все друг с другом если не в детский садик или в школу, то уж в один институт точно! Сам подумай: если понадобится, допустим, организовать наружку за кем-то, а наших оперативников уже в лицо знают. Какие из них «хвосты»?.. Зато Денис…
— Все, хватит! — Константин Дмитриевич подчеркнуто сурово сдвинул брови. — Как вы там будете вести следствие и оперативную работу — дело ваше, господа! Лично меня интересует результат. Но учтите: не дай бог какая-то накладка — я про вашу «Глорию» и слыхом не слыхивал!..
— Договорились! — хором отреагировали Грязнов и Турецкий. И, переглянувшись, расхохотались.
— Нам главное, Костя, чтоб ты в курсе был, — добавил Александр Борисович. — А уж насчет накладок… Ну хоть одну, связанную с «Глорией», припомнишь?.. То-то!
— Всегда что-то происходит впервые, — мудро обронил Меркулов. — Ладно! Иных результатов, помимо вышеизложенного, у вас, судя по всему, пока что нет?
— Побойся Бога, Константин Дмитриевич! — покачал головой Грязнов-старший. — Времени-то прошло всего ничего! Уж на что я злой начальник, а и то раньше чем через десять дней с начала следствия своих сотрудников по поводу результатов не дергаю… Ну и порядки у вас тут!
— Порядки у нас такие, как надо, а если вам, коварным барбосам, сказать больше нечего, можете быть свободны! — уже откровенно улыбнулся Меркулов.
Василий Шмелев Москву не любил. В свое время возможность закрепиться в столице у него была: старый знакомый, с которым пересекались еще на первой чеченской, Денис Грязнов, предлагал поработать в его ЧОПе «Глория». Кто знает — возможно, и следовало ему тогда согласиться, вместо того чтобы затевать собственное, аналогичное дело в родном Северотуринске? Впрочем, эта мысль и сегодня никакого воодушевления у Шмелева не вызывала: несмотря на возникшие в последние года два сложности, таких денег, которые у них с Романом завелись в итоге совместной деятельности, ему в столице никогда заработать не удалось бы! А деньги — деньги в конечном счете оправдывают все, в этом Василий Иванович Шмелев по кличке Шмель, обзавелся которой около пяти лет назад, не сомневался ни секунды.