Чтение онлайн

Кабинет Константина Дмитриевича Меркулова, заместителя Генерального прокурора России, не так давно подвергся косметическому ремонту, после которого из него исчезло любимое кресло Сан Борисыча, а вместе с ним и значительная часть привычного уюта. Неодобрительно покосившись на выкрашенные какой-то пупырчатой бледно-желтой дрянью стены, Турецкий в очередной раз поерзал на неудобном стуле и вздохнул:

— Ну в том, что касается моих ребят, в общем и целом все… Да, допрос охранника сауны ничего не дал, кроме факта, толковать который можно как угодно: парень вел себя крайне нервно, был напуган…

Шеф Александра Борисовича, одновременно его же старинный друг, нахмурился и покачал головой:

— Удалось хотя бы частично восстановить маршруты депутата Корсакова в течение времени, которое он провел в Северотуринске?

— Исключительно, как ты, Костя, выразился, частично. Складывается впечатление, что обслуга «Севера» слепоглухонемая от рождения… Померанцеву удалось установить лишь то, что Корсаков вставал рано, завтракал в номере и исчезал практически на весь день. Это что касается отеля… На второй день своего пребывания около полудня посетил вдову брата. Был хмур и сдержан, задавал ей практически те же вопросы, что и мы… Единственная деталь, заинтересовавшая Валерия, — перед уходом Юрий Александрович поинтересовался, не знает ли невестка, в какое время обедает прокуратура… Однако и следователь Нагайцев, и его шеф Пименов в один голос твердят, что в прокуратуре Юрий Александрович не был. Нив тот день, ни в другие…

— Насколько можно им доверять?

— Да ни насколько!.. Поди, однако, докажи…

— Слава, тебе нечего добавить в этой связи? — поинтересовался Меркулов, внимательно глянув на задумчиво смотревшего в окно, молчаливого Грязнова-старшего.

— Пожалуй, есть… — Вячеслав Иванович бросил на Турецкого быстрый извиняющийся взгляд. — Я, Сань, тебе вчера вечером звонил, но ты, как сообщила Ирина Генриховна, находился в ванной — отмокал с дороги. А потом уже поздно было… Костя, ты ведь в курсе насчет «Глории»…

— В курсе, в курсе… — ворчливо произнес Меркулов и нетерпеливо сдвинул брови. — Давай к делу. Что они там нарыли?

— Вечером на второй день пребывания Корсакова в Северотуринске он заходил в «Щит» и пробыл там не менее полутора часов. Данные сведения Денис вытащил из их новенького охранника… Обычно все, кто приходит в ЧОП, вписываются в специальную книгу-журнал со временем прихода и ухода. Дежурный охранник, по его утверждению, сделал то же самое, когда в «Щит» заявился Юрий Александрович. К вечеру того же дня, сдав дежурство, парень — а дежурят они сутки через двое — уехал к матери в деревню: неделю за свой счет он оформил еще раньше… Вернулся же как раз в тот день, когда его изловил Денис.

И самое важное: когда Денис поинтересовался временем визита Корсакова, охранник полез в этот их регистрационный журнал: запись исчезла — вместе со страницей, на которой красовалась!..

— Грубая работа! — вмешался Турецкий. — Разумеется, в случае, если «Щит» причастен к гибели депутата… А чует мое сердце — так оно и есть!.. Ну, Слава, и что же этот охранник, которого, видать, по каким-то причинам не успели предупредить?..

— По причинам простым: на дежурство он приехал прямо из деревни, а Денис его уже ждал, успел выяснить ситуацию… Показал парню снимок — тот и опознал посетителя. А когда полез в журнал… Ну про это я уже рассказывал.

— Странно, что он так разоткровенничался, — задумчиво произнес Александр Борисович.

— Что ж тут странного? — пожал плечами Грязнов-старший. — Во-первых, парнишка новенький: если в «Щите» имеют место быть какие-то темные делишки, вряд ли он в курсе. Во-вторых, Денис предъявил… э-э-э… словом, удостоверение…

— Да ну?! — Меркулов бросил на Вячеслава Ивановича яростный взгляд. — Неужели удостоверение «Глории»?!

Турецкий не выдержал и фыркнул, а Вячеслав Иванович завершил свою мысль, никак не отреагировав на вопрос Меркулова.

— В-третьих, Денис — профессионал, дело свое знает — особенно в части раскалывания клиентов.

— Ясно все с вами, — буркнул Константин Дмитриевич. — Что-то еще?

— Ну Саня уже говорил, но я, пожалуй, повторюсь: Курбатов, как тебе, Костя, известно, затребовал все уголовные дела за последние месяцы, имевшие быть в Северотуринске. Потом Померанцев попросил его расширить сроки до четырех лет… Словом, криминальная обстановка в городе обострилась вскоре после того, как там объявился Роман Аркадьевич Мозолевский… Саня, твоя очередь!

— Погоди, — остановил его Меркулов. — Я в ваших антигероях слегка запутался: Мозолевский — это который совладелец «Щита», верно? И одновременно господин, встречавшийся с партнером Корсакова-старшего, предъявлявший ему какую-то кассету?

— Все верно, — кивнул Турецкий. — Романовой повезло засечь этот момент в первый же день наружной слежки. Но в дальнейшем, вплоть до сегодняшнего дня, наружка пока ничего подозрительного не дала. Обыкновенный хлыщ, имеющий любовницу, которая увела его непосредственно от супруги Шмелева, основного владельца «Щита»… Но это по части слежки.

Теперь о том, как мне впервые в жизни… ну почти впервые!., пригодились наши коллеги из ФСБ, в частности Александр Юрьевич Клименко…

Мозолевский в Северотуринск заявился непосредственно отсюда, из Москвы. Да и по сей день прописан в столице, там у него регистрация временная. Слава многого про него не нарыл…

— Все, что могли, мы сделали! — обиделся Грязнов-старший. — И адрес, и с соседями мои опера побазарили… Ты что думаешь — твой Мозолевский на всю Москву один-разъединственный? Несмотря на довольно редкую фамилию даже с таким именем-отчеством… Словом, по месту жительства ничего порочащего за ним ни участковым, ни соседями замечено не было, даже баб домой таскал редко. Жил замкнуто и тихо, никто о нем толком ничего не знает. И почему внезапно уехал, сдав свою квартиру каким-то дальним полузнакомым, тоже неизвестно…

— Вот и я о том же, — примирительно произнес Турецкий. — Однако Клименко, в отличие от соседей, предоставил нам кое-что интересное. Мозолевский, как выяснилось, еще пять лет назад попал в их поле зрения как член группировки практически профашистского толка, попытавшейся зарегистрироваться официально в качестве партии… К тому моменту за их лидером уже следили, а заодно и за самим Мозолевским, относившимся к ближайшему окружению упомянутого лидера, которого, кстати, вскоре повязали-таки на какой-то уголовщине. В официальных бумагах этого нет, но Клименко выдавил все-таки, что причиной стало избиение этими отморозками студентов-арабов… Доказать, что Мозолевский участвовал в акции, не удалось, но таскали его в соответствующие органы довольно долго. Ну а после суда над лидером и еще троими членами этой шайки наш Роман Аркадьевич и сделал ножки в сторону Северотуринска.