Чтение онлайн

Когда Адам вернулся домой из школы, его ждало письмо от Роберто. Взяв его, мальчик немедленно прошел в свою комнату и закрыл за собой дверь. Там он бросился на кровать, разорвал конверт и принялся за чтение. Роберто совершенно сумбурно описал ему свой первый школьный день и рассказал о том, что ребята делали во время каникул: о том, что Шейла Хичкок еще больше раздалась вширь и теперь похожа на белого кита; и о том, как училка в шестом классе, миссис Мейя, вертит своим задом, когда пишет что-то на доске; и о том, как Джейсон Агилар встал прямо за нею и передразнивал ее на потеху всему классу, а потом успел сесть на место, прежде чем она повернулась. Как и обещал, Роберто вложил в конверт новую открытку с Человеком-пауком, и Адам немедленно добавил ее к своей коллекции, положив на самый верх пачки, которую он держал у себя в шкафу перетянутой резинкой.

Он еще раз перечитал письмо и улегся на кровать, глядя прямо в потолок.

Хотя ему очень нравился Скотт, он бы хотел, чтобы на его месте оказался Роберто. Адам скучал по своему другу и по Южной Калифорнии. Но к Макгуэйну он тоже уже стал привыкать, и его тоска уже не была такой сильной, как в первую неделю после приезда.

Адам достал свою тетрадь по английскому языку, вырвал из нее листок и написал Роберто ответ, в котором тоже изобразил свой первый день в школе, своих соучеников и Скотта. Затем старательно все отлакировал и преувеличил, так что в его описании день оказался значительно более интересным, чем был на самом деле. Адам задумался, не написать ли Роберто о banya, но не знал, что о ней сказать или как ее описать, так что решил вернуться к этому попозже.

Письмо его развеселило, и у него было превосходное настроение, когда он заадресовал конверт, приклеил на него марку и отнес письмо в почтовый ящик, который стоял у самого въезда на их участок. Затем поднял красный флажок на ящике, чтобы обратить на него внимание почтальона, и подпрыгнул от неожиданности, когда почувствовал легкий подзатыльник.

– Лузер, – сказала Саша и отправилась дальше по дороге к дому, размахивая своим ранцем и уже начисто забыв о его существовании.

У Адама появилось желание догнать ее и отвесить ей ответный подзатыльник. Или выбить у нее в грязь рюкзак? Но, хотя сестра и была девчонкой, она все-таки была больше его и легко могла надрать ему задницу, поэтому Адам подождал у почтового ящика, пока она не пройдет половину расстояния до дома, а потом двинулся следом.

Шел он медленно, глядя себе под ноги и отбрасывая с дороги мелкие камешки. Через несколько недель у него будет день рождения, и он задумался над тем, как его провести. Обычно в этот день родители вели его и его приятелей в какое-нибудь заведение с пиццей и видеоиграми, но в этом году друзей у него еще не появилось. Ну, не считая Скотта. Адам робко надеялся, что в этом году родители его день рождения просто проигнорируют. Перспектива идти куда-нибудь только со своим семейством вгоняла его в депрессию, и он совсем не хотел, чтобы кто-то увидел, как он сидит в ресторане вместе с Бабуней, родителями и сестрами… как настоящий лузер.

Лучше вообще никак не праздновать день рождения, чем так позориться.

А может быть, родители уже что-то планируют? Тогда лучше предупредить их заранее, что он хочет тихо отпраздновать праздник дома, прежде чем они забронируют места в каком-нибудь публичном заведении.

Была пятница, и хотя Адам хотел посмотреть что-нибудь по каналу «Фокс», но когда ему позвонил Скотт с предложением прошвырнуться и посмотреть, что творится в городе, он сразу согласился.

Зная, что родители будут против, мальчик постарался подкатиться к ним как можно аккуратнее.

– Скотт пригласил меня зайти, – сказал он.

– Сейчас? Но уже темнеет, – заметила мама.

– И что из того?

– Я не хочу, чтобы ты шатался по улицам в темноте.

– Я не ребенок.

– А почему бы тебе не посидеть дома?

– А я думал, что мы для этого сюда и переехали… Чтобы я мог делать именно такие вещи…

– Может быть, в Макгуэйне и нет банд, но зато есть койоты, змеи, пьяные батраки и неизвестно кто еще.

– Ковбои-извращенцы, – подсказала Саша с ухмылкой.

– Саша, – предупредил ее отец.

– Скотт здесь родился, и он знает этот город. И потом, мы совсем не собираемся «шататься» по городу. Я иду к нему домой, а потом мы, может быть, пройдем во «Френч’с» и выпьем там по милк-шейку. А потом я вернусь домой.

– А почему ты не хочешь, чтобы папа отвез тебя?

– А почему бы тебе не повесить на моей спине большой плакат «Неженка и маменькин сынок»? – спросил Адам с гримасой.

– Мы с удовольствием это сделаем, – согласилась Саша.

Тео рассмеялась.

– Так, хватит! – вмешался папа и повернулся к Адаму: – Скажи мне, что ты в действительности собираешься делать?

– Именно то, что я сказал! Боже…

Родители переглянулись.

– Чтобы был дома в восемь тридцать, – сказала мама.

– Но до этого времени осталось всего час тридцать…

– Или так, или никак, – прокомментировал папа. – Хочешь – соглашайся, хочешь – нет.

– Я согласен.

– Если опоздаешь хоть на пять минут, – ухмыльнулся папа, – я поеду тебя искать и буду спрашивать всех встречных: «А вы не видели Адама Томасова? Мамочка ждет его дома».

Тео опять расхохоталась. Уходя, Адам притопнул подошвой теннисной туфли, притворяясь, что он сильно зол. На самом деле мальчик был счастлив – все получилось гораздо лучше, чем он ожидал. Адам схватил расческу и бумажник и выскочил из дома до того, как родители успели передумать.

Скотт ждал его, сидя на низкой деревянной ограде, окружавшей их участок. Из дома, стоявшего в глубине, доносились звуки громкого спора между мужчиной и женщиной, и Скотт сказал:

– Давай сматываться. Мои старики сцепились, и, поверь мне, лучше в такие моменты держаться от них подальше.

Он спрыгнул с изгороди и повел Адама через улицу и темный двор дома, который стоял на самом краю высохшей канавы.

Они спустились в эту канаву и прошли по ней за домами и зданиями, выйдя прямо к полю за школой. Вслед за Скоттом Адам пересек школьный участок, и они вышли на Малахит-авеню и направились по этой улице в сторону центра города.

– Ты мог бы поверить, что город может быть таким мертвым? – с отвращением спросил Скотт. – Всё здесь закрывается в шесть вечера. Чертова дыра… – Он посмотрел на Адама: – Готов спорить, что в Калифорнии все не так.