Октавия
Шрифт:
– Звонила Ноэль, - сказал он.
– У нее закончились съемки. Завтра она возвращается в Англию, а на той неделе вместе с Ронни Аклендом собирается приехать в Йоркшир. Она хочет повидаться с детьми, поэтому в среду они обедают у нас.
– Нет, - задыхаясь, проговорила Гэрриет.
– Это тебя убьет. Какое она имеет право играть так с тобой в кошки-мышки?
Кори взглянул на нее чуть ли не с ненавистью. В одно мгновение лицо его потемнело и постарело. Сегодняшнего вечера словно и вовсе не было.
– Дети, между прочим, не только мои, но и ее, и она имеет право их видеть.
Гэрриет отшатнулась как от удара.
– И не смотри на меня своими огромными глазами, - безжалостно добавил он.
– Если мы с Ноэль решили вести себя как цивилизованные люди, то это, в конце концов, наше дело. Иди спать.
Издалека доносились крики петухов. Поднявшись к себе, Гэрриет долго разглядывала фотографию Саймона на столике у кровати. С Саймоном все было кончено, она предала его память. Но Кори - человек другого поколения, для него она всего лишь способ забыться. Просто ему сейчас очень, очень плохо, а она оказалась под рукой.
Она силилась найти во всем этом хоть какое-нибудь утешение, но ничего не могла придумать. По всей комнате были разбросаны предметы ее туалета, на столике засыхала не закрытая с вечера тушь и лежал целлофановый пакет из-под новых колготок. Вспомнилось возбуждение, владевшее ею совсем недавно. Подсознательно она была так уверена в том, что должно случиться ночью, что даже отключила электрическое одеяло.
Вздохнув, она забралась в холодную постель и продрожала в ней до утра.
Глава 18
По мере того, как приближалась среда, Кори становился все невыносимее. Он без причины цеплялся к миссис Боттомли, к детям и больше всего к Гэрриет.
Во вторник он ужинал с друзьями в Лидсе и попросил Гэрриет выгладить к вечеру его белую рубашку. Гэрриет старательно выполнила поручение. Но, к несчастью, не успела она отвернуться, как Амброзия, которая только что охотилась на мышей в угольном подвале, запрыгнула на стол и украсила перед свежевыглаженной рубашки черными следами.
Кори чуть не разнес всю кухню.
– Господи, ну почему ты не можешь сосредоточиться на одном деле хоть на пять минут?
Тут терпение у Гэрриет лопнуло. Из-за завтрашнего обеда она с утра крутилась на кухне как белка в колесе, и у нее уже раскалывалась голова.
– Если бы ты не дергал всех без нужды, дела в доме шли бы гораздо лучше.
Кори угрожающе сверкнул глазами.
– Ну-ну, продолжай, я слушаю.
– Хорошо, ты можешь орать на меня, если тебе так угодно, но зачем срывать зло на миссис Боттомли и на детях - этого я не могу понять. Они не виноваты, что твоей стервозной супруге втемяшилось явиться завтра на обед.
Лицо Кори перекосилось от гнева.
О Боже, что я наделала?
– ужаснулась Гэрриет.
– Советую тебе не забывать, в чьем доме и на чье жалованье ты живешь, - процедил он и ушел, резко развернувшись.
Через полчаса входная дверь хлопнула, и его машина стремительно унеслась прочь.
Не в силах успокоиться, Гэрриет съела большой кусок орехового пирога, потом еще один и уже собралась приняться за третий, но чьи-то руки вдруг обхватили ее за талию, и бархатистый мужской голос над ухом произнес:
– Угадай, кто?
Когда, давясь ореховым пирогом, Гэрриет испуганно обернулась, ее затуманенному слезами взору представилось красивое мужское лицо. В темных порочных глазах, которые от смеха превратились в узкие щелочки, Гэрриет почудилось что-то смутно знакомое.
– Привет, малышка, - сказал он.
– Я Кит Эрскин.
– Господи, как вы неожиданно…
– А я вообще люблю неожиданности. Где Кори?
– Его нет, он уехал в Лидс.
– Замечательно. Наконец-то мы одни!
– Наверху миссис Боттомли, - поспешила сообщить Гэрриет, на всякий случай отодвигаясь подальше.
– Что поделывает старушка Боссис?
– Выгребает пыль из самых дальних углов. Надо, чтобы все было идеально: миссис Эрскин с Ронни Аклендом приезжают завтра на обед.
Кит присвистнул.
– Завтра? Как я, оказывается, подгадал с приездом! По-моему, тут у вас неплохой пирог.
– Он отрезал себе большой кусок.
– Умираю с голоду. Где мы с вами ужинаем?
– Я не могу, - начала Гэрриет.
– Я должна…
– Помыть голову, - закончил за нее Кит.
– Можете себя не утруждать. И так видно, что вы лет на десять моложе Ноэль.
– Мастер Кит! Откуда вы взялись?
– запричитала миссис Боттомли, вошедшая в кухню с метелкой для паутины.
– Боссис! Бесценная вы моя!
– Он подхватил ее на руки, будто она была легче перышка, и начал кругами носить по кухне.
– Поставьте меня на пол, мастер Кит!
– сердясь и смеясь одновременно, кричала миссис Боссис.
– Поставьте сейчас же!
– Пытаясь отбиться от него, она быстро, как сороконожка, перебирала в воздухе ногами.
С появлением Кита просторная кухня сразу же показалась маленькой и тесной. За несколько минут он успел выпить три двойных виски, прикончить почти весь ореховый пирог и обсудить все новости с миссис Боттомли, однако при этом его взгляд все время лениво скользил по Гэрриет.
Гэрриет в это время пыталась украсить пудинг, предназначенный для завтрашнего обеда, но в конце концов, поняв, что украшает больше стол, чем пудинг, решила отложить это на завтра.
Кит зачерпнул горсть замороженных фиалок и щедрой рукой рассыпал их по тарелке с муссом.