Чтение онлайн

Короче, глупости в голову лезут. Но изготовленный для меня костюм и посещение столицы Лапландии, несомненно, как-то связаны.

Чертог мягко подрулил к крыше одного из высотных офисных зданий, не представлявшего из себя ничего интересного, обычный вертикальный параллелепипед, почти сплошь застекленный. На крыше свободной от непонятных конструкций оставалась единственная площадка размером с вертолетную, но в ее центре кто-то умудрился поставить железнодорожный контейнер. Чертог завис прямо над контейнером. Если Эльф собиралась здесь припарковаться (а она, судя по тому, как тщательно всматривалась вниз, хотела сделать именно это), придется прыгать, и прыгать придется мне, поскольку моя крылатая спутница из чертога не выходила. В очередной раз возник вопрос: на фига же ей крылья? Слетала бы, куда ей надо, и не пришлось бы гонять туда меня, совершенно не желавшего этим заниматься.

Освещение мягко мигнуло – не больно для глаз, но достаточно, чтобы заметить.

– Проблемы с энергетической установкой? – предположил я.

Надо бы узнать, на каком топливе работает чертог и как часто ему следует заправляться.

– Чертог не ломается и сам заботится о подпитке энергией, проблемы в этой сфере невозможны. Мигание – введенный в настройки сигнал, что обнаружены технические средства визуального контроля.

– То есть, чертог предупредил, что снаружи включено видеонаблюдение и нас могут запечатлеть?

– Именно. – Эльф объявила в пустоту салона: – Режим подавления. Обстановка номер пять, ангар, под разгрузку.

Чертог раздулся, опустился на контейнер и поглотил его, окружив со всех сторон невидимыми стенами.

– «Режим подавления» – отключение видеокамер и других систем слежения?

– Постановка помех, полное отключение или сохранение последней картинки перед нашим появлением – вплоть до отбытия.

Замечательная функция. Спецслужбы мира отдали бы за такое все золото мира.

– А если сюда посмотрит человек, например, спрятавшись где-нибудь там? – Я указал на непонятные кабинки, пристройки и стальные конструкции, выполнявшие в здании роль вентиляции, антенн и еще Бог знает чего.

– Режим подавления включает в себя применение Сонного луча ко всем свидетелям. Но если бы кто-то посмотрел, для него контейнер исчез. Пойдем, нужно физически поработать.

Нашей задачей оказалось быстро перегрузить содержимое контейнера в стенки чертога. Грузом были легкие разноразмерные коробки в праздничной упаковке. Похоже, мы похищали подарки местного Деда Мороза, не зря же Эльф обмолвилась, что упомянув его, я мыслил в верном направлении.

– Воруем? – прямо спросил я, бросая коробки в отворенную створку, где они исчезали в невидимой кладовке.

Интуиция подсказывала, что содержимое контейнера пойдет на благое дело, но то, каким способом оно добывалось, давило на совесть.

– Груз изначально предназначен для нас. Скоро все объясню, а сейчас давай помолчим.

Из глубины контейнера мы перекидывали коробки в два приема: Эльф бросала мне, стоящему в распахнутых створках, я отправлял дальше. Как только последняя коробка перекочевала на борт чертога, Эльф заперла контейнер и скомандовала взлет. Обстановка вернулась к обычному виду, но внешние размеры чертога, как понимаю, теперь стали больше, грузу следовало где-то разместиться.

– Пока темно, нужно успеть как можно больше. – Эльф вынула из стены одну из коробок и глянула на бирку, приклеенную поверх яркой подарочной упаковки. – Здесь адреса, нам нужно доставить подарки по назначению.

– То есть, Дед Мороз – это ты, а я, видимо, его олень?

– У Деда Мороза нет оленей, он со Снегурочкой ездит на тройке лошадей, олени и эльфы – спутники Санта Клауса. Теперь скажи, кто из нас двоих больше подходит на роль Деда Мороза?

Гм. До сих пор думалось о функции Деда Мороза, но не о нем самом. Стало понятно, для чего мне сшили костюм. В таком случае, красавица-Эльф идеально подходила на роль Снегурочки. Крылья спрятать под серебристо-голубую шубку, на голову надеть отороченную белым мехом шапку…

– Переодевайся, – распорядилась Эльф. – Как говорил… кхм, как говорил один мой знакомый, корпорация «С Новым Годом!» начинает работу.

Когда в образе Новогоднего деда я вышел из своей половины, Эльф ничуть не изменилась, менять образ она не могла или не собиралась. Похоже, наш истинно сказочный Дед Мороз обойдется без компании, то есть мне придется работать в одиночку.

Чертог отлетел недалеко от Рованиеми, даже к облакам не поднимался. Судя по всему, мы по-прежнему находились в Финляндии.

– Во всех странах, где есть резиденции Деда Мороза и его аналогов, в сети существуют особые странички, – говорила Эльф, пока мы медленно снижались к скромному частному дому в затерянном между лесов и озер маленьком городке, – там публикуются детские письма с заявками на подарки. Каждый желающий может выступить в роли доброго волшебника – за свой счет исполнить чью-то мечту. Дети счастливы, взрослые получают удовольствие от того, что смогли сделать кого-то счастливым. Но не все так просто, как кажется. Известно с библейских времен: людям нужно давать не рыбу, а удочку, иначе они привыкают получать, а не зарабатывать. Среди детей есть много увечных и больных, часть из них больна неизлечимо – с точки зрения современной человеческой медицины. Помочь всем я не в состоянии, и такую помощь люди не оценят. Силу дает борьба, а где нет борьбы, не будет и сил для новых свершений. У тебя есть знакомые параолимпийцы?

– Нет. Параолимпиада – это которая для инвалидов?

– Можно сказать и так, хотя мне такое определение не нравится. Параолимпиада – соревнование сильных духом. А термином «инвалиды» раньше называли отставных военных, новое наполнение слово обрело позже, «инвалид» стало синонимом человека убогого и, фактически, списанного со счетов. Поверь, на самом деле это не так. Я знаю множество людей, кого болезнь или отсутствие частей тела не сломали, они начали жизнь заново и добились большего, чем большинство других моих знакомых. Дело не в здоровье и не в количестве глаз или конечностей, дело в нас самих, в том, что внутри нас и что нельзя замерить научным путем или удалить. Человек – с руками-ногами-глазами или без них – сам кузнец своего счастья. К Деду Морозу и его иностранным собратьям обращаются с просьбами многие дети из тех, кому в жизни, как считают окружающие, не повезло. Подачка подарками в виде сладостей или новых игрушек – именно подачка, она никого ни к чему не подвигнет, не приведет к нужным мыслям и выступит в роли временного заменителя реальности. Подталкивание к уходу из грубой настоящей реальности в прекрасную мнимую равносильно подсаживанию на наркотики. Маленькие люди, еще не знающие жизни, стараниями взрослых убеждаются, что чудес не бывает. А если невозможное невозможно – зачем что-то делать и к чему-то стремиться? Я решила сломать неправильную систему и взялась делать особую и, как мне кажется, чрезвычайно важную работу – доставлять подарки «волшебным» способом, чтобы сохранить у детей веру в реальность того, что все вокруг считают невозможным. Я поставила условием, что подарки должны быть только развивающими и подвигающими узнавать что-то новое, делать усилия… В общем, жить дальше.

– «Поставила условием» кому?

– Работникам благотворительных фондов, которые распределяют подарки.

– Ты им открылась?!

– Правду обо мне знает единственный человек в мире. Ты. А те, кто занимается обеспечением, не знают обо мне ничего, кроме главного – что в течение оговоренных нескольких дней подарки исчезают из контейнера, а через некоторое время в соцсетях дети в разных странах мира пишут об осуществлении мечты.

«Правду обо мне знает единственный человек в мире. Ты». Лестно, и все же чистой воды вранье. Правды я не знаю. Меня кормят обещаниями рассказать правду, но не рассказывают.