Чтение онлайн

– Давай устроим пикник, – предложил он.

– Пикник? Ты чуть не сломал мне в церкви руку…

– Я никогда не делал ничего подобного.

– Ты силой заставил меня сесть.

– Не надо было так вести себя.

– Но я имею право…

– Церковь не самое подходящее место для сражений с Уэзерли, и если чего-то делать не стоит, ты этого делать не будешь.

– Я не желаю ехать на пикник с диктатором.

– У меня есть право защищать собственную жену.

– Йен, я могу сама защитить себя.

– Энн, давай ненадолго уедем отсюда.

– А как же свадебный обед?

– Они вполне обойдутся без нас. Я припас вина, а ты позаботься о еде.

– Я… – начала Энн.

Как странно, что после этой мрачной недели он вдруг приглашает ее на пикник. Йен с улыбкой смотрел на жену. Эта улыбка, шляпа, сдвинутая на сторону, придавали ему милое и лукавое выражение. Хотя Энн не покидало смутное ощущение тревоги, одно присутствие Йена уже делало ее счастливой.

– Я… возьму цыплят.

– Жду тебя у входа.

Энн смотрела ему вслед, качая головой, немного рассерженная, но улыбающаяся. Что она наделала?

Быстро сняв передник, она положила в корзинку жареного цыпленка, сыр, свежеиспеченный хлеб и несколько салфеток.

Выйдя с черного хода, Энн направилась к месту встречи и увидела, что Йен оживленно беседует с Ральфом Ренинджером.

– Добрый день, Энни. – Ральф вежливо приподнял шляпу.

– Не хотите присоединиться к нам?

– Благодарю вас, у меня дела в городе. Йен взял жену за руку.

– Мы поедем на моем гнедом.

– Но…

– Мы отлучимся на пару часов, Ральф.

Он подвел Энн к лошади, помог ей сесть в седло, а сам устроился сзади. Выехав из города, Йен пришпорил гнедого, и они понеслись к старой индейской тропе, шедшей через скалы к ручью, вокруг которого образовался настоящий оазис: берега, покрытые густой травой и кустарником, кристальная вода, скалы, защищающие от палящего солнца.

Добравшись до этого райского уголка, Йен помог жене спешиться, привязал гнедого в тени деревьев, потом усадил Энн на лежащее бревно.

– Забыл стаканы, – огорченно сказал он. – Я совсем разучился организовывать пикники.

Она с улыбкой взяла у него бутылку и выпила из горлышка.

– Ты лучший организатор пикников, нашел единственное зеленое место на этой пыльной равнине.

Когда Йен сел рядом, она положила голову ему на плечо, наслаждаясь тишиной и нежным запахом цветущих растений.

– Расскажи об Ангусе, – попросила она.

– Он мой старый друг.

– С войны?

– Да.

– На чьей стороне ты воевал?

– А ты?

– Я была пленницей индейцев. Когда в селение приехал Эдди и освободил меня, война шла уже очень далеко от нас.

– Значит, у тебя нет оснований ненавидеть повстанцев?

Энн отрицательно покачала головой.

– Будь я постарше, то вполне могла оказаться на их стороне. Иногда мне кажется, что с тех пор прошла целая вечность.

– Откуда ты родом?

– Из Сент-Луиса. Отец работал там в адвокатской конторе, а потом они с мамой решили перебраться на Запад. Мне нравился Сент-Луис, там было много людей, повозок и карет, все куда-то спешили. Но я почти ничего не помню о той жизни. Прошло столько лет. Тогда казалось, что война никогда не кончится.

– Знаю. Когда-то я чувствовал то же самое, – пробормотал он.

– Мне очень жаль, – быстро сказала Энн. – Жаль растраченного времени, растраченной жизни, людей жаль, но теперь настало время… – Она вдруг замолчала.

– Настало время?

– Идти дальше.

Он сделал глоток из бутылки и задумался, лениво перебирая ее волосы.

– У тебя странное лицо, Энн. Столько житейской мудрости в глазах, такой волевой подбородок. И вместе с тем столько невинности. Как будто, зная… научившись всем на свете уловкам, ты до сих пор…

– До сих пор?

– Чиста, словно девственный снег.

– Была. Когда-то. – Йен улыбнулся, а она сказала: – Давай поговорим о тебе.

– Обо мне?

– Начнем с Ангуса. Ты хотел рассказать о нем.

– Я знаю его почти всю жизнь. В нем течет смешанная кровь негров и индейцев племени чероки. Он учился в специальной школе в резервации, которая находилась рядом с нашим домом.

– А где это?

– В Южной Каролине.

– Но ты же ведь на четверть сиу.

– Да, по линии деда, отца матери. Родители бабушки погибли, когда на их селение напали индейцы. Девочку случайно нашли охотники сиу. Ее воспитало и вырастило это племя, и она вышла замуж за моего деда. Индейцы постоянно торговали с белыми, поэтому бабушка не забыла английский язык. Моя мать тоже выросла среди индейцев, но бабушка научила ее языку и обычаям белых. Наверное, она тоже вышла бы замуж за индейского воина, если бы не встретила моего отца. Он был землемером и работал к северу от Сент-Луиса. Когда отец вернулся в Южную Каролину, мать поехала с ним. Мой дед – человек выдающийся, ты поймешь это, когда с ним познакомишься. В свое время он был смелым воином и сражался против белых, но мой отец ему понравился. К сожалению, в последнее время деда я почти не видел.

– Из-за войны?

– Да, но вернемся к Ангусу. Когда его родители умерли, он стал жить в моей семье. Мы вместе выросли, вместе пошли на войну и оба, к счастью, остались живы.

– Он не был рабом?

– Нет, он родился свободным.

– Коко была рабыней, и свобода очень много для нее значит.

– Ее дети будут свободными людьми.

– Иногда мне кажется, – сказала Энн, – я предпочла эти места потому, что здесь больше свободы.

– Да, в этих диких местах люди кажутся себе более свободными.

– И меньше думают о законе.

– В лице шерифа Бикфорда? – жуя травинку, спросил Йен.

– Шериф – неплохой человек.

– Пока не задает тебе вопросов.

– А если он начнет задавать вопросы тебе?

– У меня есть ответы на любой его вопрос.

– И есть такой защитник твоих прав, как Ральф, да? А еще Ангус – твой главный страж. Но ты не можешь рассчитывать на его бдительность в первую брачную ночь.

– Надеюсь, Ангус проведет время, наслаждаясь обществом своей очаровательной жены.