Чтение онлайн

— Мне не велено портить ей внешность, но внутренности я ей так попорчу, что всю жизнь мочой будет харкать и слезами ссать.

Он отправился куда-то, судя по скрипу лестницы, на третий этаж дачи, очевидно, делать приготовления к исполнению своей жуткой угрозы.

— Ленка, смотри за этой сучкой, чтоб не дергалась, — крикнул он Мещеряковой с порога.

— Почему ты позволяешь такому тупому быдлу называть себя Ленкой и вообще устраивать тут погромы и разборки? — тихо, но твердо спросила я, глядя ей прямо в глаза.

— Тебя это не касается. Ты напала на меня ни с того ни с сего, а ребятки, слава богу, вовремя подоспели…

— Так, значит, эти уголовнички — твои друзья и подельники, вы заодно в одной малине пасетесь! — презрительно воскликнула я.

— Ничего подобного! Они просто знакомые моего… ну, в общем, Алексея.

— Хорошие же знакомые у твоего любовничка. Он, похоже, и сам такой. Снаружи только ласковый.

— Не смей нас оскорблять, свинья! Я порядочная девушка, и Алексей тоже… мужчина честный!

— Ха-ха-ха! Этот «честный мужчина» наставляет тебе рожки и денно и нощно, а ты пухнешь с тоски, поджидая, пока он соизволит заняться тобой.

— Я его невеста, год назад он давал мне клятву верности во время обручения, в знак чего вот это, — она кивнула на саквояж…

— Какой верности, дурочка, — не унималась я, — он в твое отсутствие со шлюх не слезает, ему, бедному, работать некогда.

— Откуда ты можешь это знать?

— Тебе говорит что-нибудь имя «Эстелла»?

— Ну, — она призадумалась, — как-то я увидела у него на столе визитку с телефоном и спросила, что это за женщина. А он рассмеялся и сказал, что это деловой партнер с экзотическим именем.

— Ага! Так вот с парочкой этих «деловых партнеров» лет восемнадцати с рыжими волосами он вчера вел конкретные переговоры, и когда я позвонила по сотовому, то слышала вполне деловые фразы. Сейчас воспроизведу: «о-о-м-м, а-а-ох-у-ум…» Вам они, должно быть, знакомы по аналогичным переговорам!

Она позеленела, побледнела, вскочила со стула, расплескав коктейль из бокала, дрожащего в руке.

— Значит, эта «Эстелла»?..

— Да, да, блядюшник чистейшей воды! Эх ты, наивная девчонка! — Я сочувствующе смотрела на Елену, которую и впрямь было жалко. Но предаваться сантиментам было некогда, потому что один из братков с минуты на минуту должен был вернуться, а второй, лежащий возле стены, стал подавать признаки жизни. Надо было ковать железо, пока горячо.

— Елена, и ты после таких унижений собираешься еще пострадать за этого человека перед лицом закона? Ты связалась с подонками и бандитами! Пока не поздно, помоги мне, и я вытащу тебя из этого дерьма! — мой голос звучал неподдельно искренне и жарко.

— А почему я должна тебе верить? Может, у тебя какие-то свои виды на Лешу, и ты из-за этой истории с пистолетом хочешь его шантажировать? Да мало ли что у тебя на уме, — Елена покусывала губы и явно пыталась в быстром темпе мысленно решить для себя сложную задачу.

— Еще раз повторяю тебе, — я уже чуть не слезу пускала, — оцени теперешнюю ситуацию. Твой Алексей нанял этих бандюг, чтобы расправиться со мной, потому что я, по его мнению, сую нос куда не надо. Но я подстраховалась, и, что бы со мной сейчас ни сделали, преступников найдут. А ты пойдешь соучастницей. Ты настолько дорожишь Кульбицким, чтобы сидеть из-за него в тюрьме? Выход для тебя один — поверить мне и помочь! — кажется я кричала слишком громко, но это, как ни странно, убеждает.

Елена ненадолго задумалась, потом, очевидно приняв решение, тряхнула головой и спросила:

— Что надо сделать?

— Тебе придется взять на себя (в самом прямом смысле) того подонка, который сейчас придет меня калечить. Ну, без комплексов. Отомстишь, по крайней мере, своему Алексею, трахнувшись с его «шестеркой». А когда он на время отключится, надо будет исхитриться вытащить ключ от наручников из его кармана и освободить меня. Дальше — по обстоятельствам.

Я, правда, не учла еще второго братка, который уже оторвал голову от пола и силился встать. Его надо было срочно вырубать. Без всякого сожаления я б удушила эту скотину — но нельзя.

— Лена (меня, кстати, зовут Татьяна), возьми табуретку и стукни этого кренделя по маковке, — попросила я.

Елена, понимая, что другого выхода как бы и не существует, с мольбой глянула на меня:

— Я не могу… я боюсь…

— Тогда они меня убьют, а потом могут убить и тебя, как свидетеля. С подонками нельзя церемониться, бей!

Она схватила тяжелую табуретку и, зажмурившись, со всего размаху опустила на голову братка.

«Крак» — и товарищ опять затих.

«С самого начала не повезло бедолаге», — только успела подумать я, как распахнулась дверь и на пороге возник второй… Он зловеще улыбался, держа в руках бутылку из-под колы с какой-то бурой жидкостью. Денатурат какой-то, что ли?

— Ну что, сучка, портрет я твой портить не буду, а чтобы ты знала, как уважать солидных людей, залью тебе вовнутрь кое-какую продукцию. Елена! Ну-ка, помоги мне ее раздеть и поставить раком, зачем портить бабе желудок через рот, когда можно через другую дырку! — он довольно заржал.

Я ужаснулась. Посмотрела на Лену — теперь все зависело от ее поведения, сумеет ли она и захочет ли угомонить этого садиста и извращенца.

Елена правильно оценила ситуацию. На ее милой мордашке появилось сладко-зовущее выражение, и она томно произнесла:

— Ну охота тебе, дорогой, заниматься сейчас этой тварью. Браток вон никак в себя не придет, лучше уж мы его полечим… А вставить этой дуре хоть бутылку, хоть что хочешь — ты всегда успеешь. Она сидит тут надежно и никуда не денется. До вечера еще далеко, когда Алеша приедет. А у меня к тебе есть интересное дельце, — тут она подошла к бугаю, положила ему руки на плечи и волнующе стала глядеть в глаза за прорезью маски.

Мужик явно не ожидал такого поворота событий и соображал, что же ему делать. Я не сомневалась, что кобелиное начало возьмет верх над опасениями и доводами рассудка. Так оно и получилось. Бандюга осторожно отстранил от себя явно истекающую страстью Елену (хоть бы подумал, кретин, с чего это вдруг баба на него «запала») и поставил бутылочку на стол. Затем подошел ко мне, проверил крепость веревки на ногах, пнул лежащего и не подающего признаков жизни напарника, хмыкнул и неожиданно ласковым тоном сказал Лене: