Чтение онлайн

Шериф провел Фиону в гостиную просторного Дома с потрясающим видом на озеро.

— Мэри-Энн, это Фиона Бристоу. Из Поисково-спасательной кинологической службы.

— Бен… шериф Тайсон сказал, что вам нужны папины вещи, чтобы навести собак на след. Я приготовила его носки и пижаму, в которой он спал этой ночью.

— Как он чувствовал себя перед сном?

— Хорошо. Прекрасно. — В голосе женщины прозвенели едва сдерживаемые слезы. Рука метнулась к горлу и снова опустилась. — Он весь день хорошо себя чувствовал. Я не знаю, когда он ушел. Он иногда забывается, путается. Я не знаю, как давно его нет. Он любит гулять. Поддерживать форму, как он говорит. Мама умерла в прошлом году, а до того они вместе ежедневно проходили по несколько миль.

— Где они любили гулять?

— Вокруг озера, в лесу неподалеку. Иногда они приходили навестить нас. Это их дом. Когда мама умерла, а у папы начались проблемы с памятью, и мы сюда переехали. Этот дом больше нашего, и папа очень его любит. Мы не хотели лишать его любимого гнезда.

— Где вы жили раньше?

— О, милях в трех отсюда.

— Он мог забыться и попытаться найти вас там?

— Я не знаю. — Мэри-Энн прижала кулак к губам. — Мы живем здесь почти год.

— Мы проверили прежний дом Мэри-Энн, — сказал Тайсон.

— Может, у ваших родителей было какое-то любимое место, любимый маршрут?

— Очень много. Еще пять лет назад папа мог ориентироваться в лесу в темноте, с завязанными глазами. Он учил Джарета, нашего сына, ходить в походы, разбивать палатку, ловить рыбу. Он объявлял «День сбеги-поймай» — сбеги с уроков и поймай рыбку. И они с Джаретом… О боже, погодите.

Мэри-Энн бросилась прочь.

— Как у него со слухом? — спросила Фиона Тайсона.

— Он носит слуховой аппарат, и нет, не надел его. Очки он захватил, но…

Мэри-Энн бегом вернулась в гостиную.

— Его рыболовные снасти! Он взял свои снасти, даже старую рыбацкую шляпу. Я не подумала… я не знаю, почему я не подумала об этом сразу.

Вооруженная необходимой информацией, Фиона разрабатывала со своей командой стратегию поиска, распределяла сектора.

— У него три любимых места для рыбной ловли. — Она показала эти места на карте, которую прикрепила к доске Мэй. — Но иногда, по настроению, он ищет новые. Он в хорошей физической форме и очень активен. И хотя его болезнь приводит к дезориентации, он вполне мог уйти далеко. Он принимает лекарства от гипертонии и, по словам дочери, возбуждается и огорчается, когда ие может что-то вспомнить. Тогда у него начинаются проблемы с равновесием. Он нуждается в слуховом аппарате, но забыл его дома. Теперь о состоянии атмосферы. Воздушные потоки, поднимающиеся вверх по склону, естественная тяга, верхняя граница леса рассеивают запах в нескольких направлениях.

А главная проблема, как видела ее Фиона, заключалась в том, что Уолтер — в отличие от детей и более слабых стариков — вряд ли выбирал легкие пути. Он вполне мог предпочесть крутой утес пологому склону.

«Вероятно, когда он отправился в свое путешествие, у него была определенная цель, — думала Фиона, пока Ньюмен принюхивался, — но затем, скорее всего, старик забыл о ней и заблудился».

Как ужасно оглядеться и не увидеть вокруг ничего знакомого, когда раньше ты знал здесь каждое дерево, каждую тропинку, каждый поворот?

Ньюмен взял след и побежал вдоль отводной канавы. Когда они вошли в густой подлесок, Фиона стала искать следы — клочок одежды в колючках, согнутые или сломанные ветви.

Ньюмен насторожился и выбрал довольно крутую тропинку. Когда подъем закончился, Фиона напоила напарника и сама попила воды. Сориентировалась по карте и компасу.

Может, старик плутал и петлял, удаляясь от озера? Может, свернул к старому дому дочери? Может, хотел предложить внуку «День сбеги-поймай»?

Фиона попыталась увидеть деревья, скалы, небо, тропинки глазами Уолтера. Заблудиться здесь для него все равно что заблудиться в собственном доме. Что бы он почувствовал? Страх? Отчаяние?

Он мог рассердиться и пойти дальше или испугаться и растеряться еще больше, бесцельно ходить кругами.

Фиона снова дала Ньюмену принюхаться.

— Это Уолт. Найди Уолта.

Она перелезла вслед за Ньюменом через груду валунов в направлении сектора Чака, отметила и сообщила на базу свои координаты. На спуске Ньюмен насторожился и бросился сквозь кустарник.

Фиона вытащила скотч, чтобы отметить это место, и посветила фонариком, разгоняя темно-зеленый мрак.

— Что ты нашел?

Сначала она увидела взрыхленную землю, как будто старик упал здесь на четвереньки, и тут же в свете фонарика заметила на колючих кустах несколько обрывков красной ткани.

— Хороший мальчик. Хороший мальчик Ньюмен. База, это Фи. Я в пятидесяти ярдах от западной границы своего сектора. Мы нашли в кустах красные лоскутки и следы падения. Прием.

— База, это Чак. Мы только что нашли его шляпу. Фи, Квирк насторожился в твоем направлении. Идем на восток. Мой парень что-то почуял. Я… Погоди! Я его вижу! Он внизу. Здесь крутой обрыв. Мы спускаемся. Он неподвижен. Прием.

— Чак, я иду к тебе. Мы поможем. Прием. Ньюмен! Найди Уолта. Найди!

Двигаясь на запад, Фиона игнорировала переговоры по рации, пока снова не включился Чак.

— Мы с Уолтером. Он без сознания. Пульс нитевидный. Рана на голове, много ссадин… на лице, на руках. Глубокий порез на ноге. Нужна помощь. Прием.

— Держись, — раздался голос Мэй. — Помощь на подходе.

….Конечно, поиск был утомительным, но хот-дог, перехваченный в Диар-Харбор, немного восстановил силы. Команда выполнила свою работу, выполнила хорошо, думала Фиона, поворачивая к дому. Остается надеяться, что Уолтер выкарабкается.

— Мы сделали что могли, верно, приятель? — Фиона протянула руку, погладила Ньюмена. — Ты сделал все, что мог. Теперь мы тебя отмоем…

Она притормозила, остановила машину. Второе кизиловое дерево, красивое, как на картинке, стояло напротив первого. И оба были аккуратно присыпаны мульчей.

— Ой-ой, — вздохнула Фиона, приложив ладонь к заколотившемуся сердцу. — Прямое попадание.

Пек и Богарт, безумно радуясь ее возвращению, подбежали к машине и отбежали к дому, словно говоря: Домой! Скорее домой!