Чтение онлайн

— Ладно. — Он рванул ее блузку, и пуговицы полетели в разные стороны.

О, это была очень приличная блузка. Но вместо шока, возможно, раздражения треск рвущейся ткани и ощущение его шершавых ладоней, обхвативших ее груди, лишь усилили ее желание.

Она содрогнулась, прижалась к нему, нетерпеливо застонав, затеребила замок его «молнии». Саймон дернул вниз ее джинсы, просунул руку, не отрывая взгляда от ее ясных, словно остекленевших синих глаз, и когда она взорвалась в оргазме, впился в ее губы и не отпускал, пока она безвольно не заскользила по стене.

— Держись, — пробормотал он. Проще всего было перекинуть ее через плечо и найти ближайшую твердую поверхность. Что он и сделал, и опустил Фиону на стол, сметая посуду. Все, что разбилось, легко заменить. Но он хотел видеть ее голой, а потому стянул с нее сапоги.

— Расстегни ремень.

— Что? А… — Ошеломленно глядя в потолок, она расстегнула ремень. — Я что, на столе?

Саймон стянул с нее джинсы.

— Я на столе голая?

— Пока не совсем.

Но достаточно близко к этому. Сгорая от нетерпения, Саймон расправился с собственными сапогами, рабочими штанами и оседлал ее.

— Удобно, — решил он, заметив, что ее бюстгальтер застегивается спереди, но не стал возиться с застежкой, а стянул его и впился губами в ее грудь.

— О боже. — Фиона выгнулась, заколотила кулаками по столешнице, но тут же впилась ногтями в его спину. — Слава богу. Не останавливайся, пожалуйста, не останавливайся.

Саймон целовал ее тело, покусывал, и ей казалось, что она сходит с ума. Невозможно, невероятно. Вряд ли она выдержит этот ураган желаний и удовольствий, но ее тело поглощало все ощущения и требовало большего.

Она снова услышала треск рвущейся ткани и поняла, что Саймон сорвал с нее трусики. Задыхаясь, она ловила воздух ртом, и шок только усиливал безумное наслаждение. Она пыталась произнести его имя, как-то замедлить происходящее, граничащее с насилием, чтобы отдышаться… или что-то дать ему взамен, но он уже вонзился в нее, твердый как сталь, быстрый как молния.

Он услышал ее вскрик, почувствовал, как она напряглась в оргазме, и это только подхлестнуло его. Он хотел ее давно. Желание усилилось и обострилось в последние дни, а сейчас, когда ее стройное, тренированное, соблазнительное тело дрожало под ним, желание стало почти невыносимым.

Даже когда она обмякла, он по-прежнему продолжал свое дело, пока оргазм не пронзил и не опустошил его самого.

Фиона услышала музыку. «Пение ангелов? — лениво удивилась она. — Как странно, что ангелы поют после дикого секса на столе». Она сглотнула комок в горле и прошептала:

— Музыка.

— Мой сотовый. В штанах. Не обращай внимания.

— О нет, это ангелы.

— Не ангелы. «Def Leppard» [11] .

— Как скажешь. — Фиона нашла в себе силы поднять руку, погладила его спину. — Саймон, я опять должна поблагодарить тебя.

— Не за что. Это не трудно.

Фиона хрипло рассмеялась:

— Это хорошо. Не думаю, что я внесла большой вклад.

— Я жалуюсь?

Она улыбнулась, закрыла глаза, продолжая гладить его спину.

— А где мы?

— В столовой-кабинете на первом этаже. Пока

— Значит, мы занимались сексом на твоем столе… рабочем столе.

— Да.

— Ты сам сделал этот стол?

— Да.

— Очень гладкий. — Фиона не сдержала смешок. — И удивительно крепкий.

— Я не халтурщик. — Саймон поднял голову, посмотрел на нее и улыбнулся. — Вишня с инкрустацией из березы. На опорной тумбе. Я собирался продать его, но теперь… наверное, не продам.

— Если передумаешь, я первая в списке покупателей.

— Буду иметь в виду. Он явно тебе подходит.

Фиона коснулась ладонью его щеки.

— Я не отказалась бы от воды. Как будто я забралась на Маунт-Конститьюшен [12] , не захватив воды.

— Сейчас.

Фиона лишь приподняла брови, когда Саймон скатился со стола и — голый! — вышел из комнаты. Она сама не стыдилась своего тела, но не могла представить, чтобы прогуливаться нагишом даже по собственному дому.

Правда, Саймону это чертовски шло.

Фиона села, вздохнула и невольно заулыбалась во весь рот. И замерла, потрясенная. Они только что занимались безумным сексом на столе перед распахнутыми, даже незашторенными окнами. Она видела носившихся по двору собак, подъездную дорожку, свою машину.

Кто угодно мог подъехать, подойти с пляжа, выйти из леса.

Саймон вернулся с бутылкой воды, уже откупоренной и полупустой.

— Окна, — укоризненно прошептала Фиона.

— Да. Стол, окна, потолок, пол. Держи. — Он протянул ей бутылку. — Я начал, ты можешь допить.

— Но окна. Открытые. Светлым-светло.

— Поздновато стесняться.

— Я только сейчас поняла. — Она жадно сделала большой глоток, еще один. — Ну, может, и к лучшему. Только в следующий раз… если ты заинтересован в том, чтобы следующий раз состоялся.

— Я еще не закончил с тобой.

— Очень по-саймоновски. — Фиона сделала еще глоток, медленнее. — Пожалуй, в следующий раз нам следует поискать уединения.

— Ты спешила.

— Не спорю.

Саймон улыбнулся ей.

— Отличная композиция. Хорошо бы сейчас сфотографировать тебя. Солнечные искры в разлохмаченных волосах, длинные ноги, подтянутые к прекрасной груди. Я получил бы целое состояние за этот стол.

— Даже не надейся.

— Твои тридцать процентов.

Фиона рассмеялась, хотя не была вполне уверена, что он шутит.

— Все равно — нет. Жаль, но мне нужно собираться. Пора ехать домой.

Он взял ее за руку, повернул, чтобы проверить время.

— У нас есть еще час.

— За который я должна добраться до дома, привести себя в порядок. Собаки… очень чувствительны к запахам.

— Понял. Они унюхают секс.

— Бестактная формулировка, но — да. Поэтому мне нужно принять душ. И переодеться. Ты порвал мою блузку.