Чтение онлайн

Асафьев выслушал.

– Подожди...

Стал кому-то докладывать. Никак генерал его из кабинета не выпускает. Вместо секретутки держит.

– Алло, майор, слушаешь?

– Слушаю... Слушаю...

– Приказывают тебе действовать по обстановке...

– Кто приказывает?

– Наш начальник управления с вашим начальником управления. Вместе здесь сидят. Осуществляют общее руководство.

– Вот спасибо. Я так ждал этого приказа! Так им и передай... – Лоскутков зло нажал клавишу отбоя и убрал трубку в карман бушлата.

– Не стрелять... – сказал он снайперу. – Он может быть и нашим человеком. А кроме того, нельзя стрелять в него на глазах у основной группы. Тогда они сразу поймут, что их уже обложили. А это им знать слишком рано. Могут наших спецназовцев заподозрить.

Кто никогда не видел разворошенный муравейник, тот не поймет, что творилось в этот день в городе.

– Бабка, ты что, совсем из ума выжила?

В трамвай и так невозможно втиснуться. А бабка невероятного возраста, одной рукой держа узловатую грубую клюку, которую ей, вероятно, лет пятьдесят назад вырезал живой еще дед, и расчищая этой палкой путь в толпе, тащит в вагон узел из кухонной скатерти. В узле – последние пожитки. Купить новые она уже никогда не сможет. И бабка тащит, надрывая последние силы. Но никто не рвется помочь ей. Каждый сам загружен до последней степени.

– Граждане пассажиры, – голос у водителя трамвая усталый и злой, – освободите двери, я не могу ехать с открытыми дверями. Посмотрите, сколько вагонов стоит... Со всех маршрутов сюда послали... Все уедете.

Но людям не важно, что стоят пустые вагоны. Людям важно попасть в этот, который уходит сейчас.

– Во дает мужик! – восхищается жердеобразный парень, у которого с собой только лишь «дипломат». – В каждой руке по два чемодана! Такое и в цирке не увидишь.

Но никто не смеется и даже не оборачивается.

По дороге один за другим проезжают в сторону центра города грузовые автомобили. Большинство из них с военными номерами. Спасатели эвакуируют двор за двором. Подсаживают людей в кузов, помогают поднять вещи. Но машин не хватает, как и самих спасателей. Ту же работу выполняют курсанты военных училищ.

– Быстрее, быстрее, Коля... – кричит женщина и стучит по кабине водителя грузовика. – Подождите, сын у меня еще там остался, подождите...

Сын на ходу цепляется за задний борт. Чужие руки подхватывают паренька и забрасывают в кузов.

– Все, поехали... – кричит мать водителю.

Особняком стоят частные машины. Их много, и они загружены до последней степени. Некоторые успели уже сделать по нескольку рейсов. Хозяева стремятся вывезти все, что можно.

Есть и другие водители, эти не слишком спешат. Они приехали на своих машинах из других районов, которым затопление не грозит. И прогуливаются между подъездами, покручивая на пальце брелок с ключами, торгуются. Когда можно заработать, они не повезут даром.

– Ублюдок... – плюнула пожилая женщина вслед современному биндюжнику. – Был бы мой сын жив, он бы научил тебя порядочности...

– А что у вас с сыном? – спросила другая женщина.

– В Чечне погиб. В прошлую войну... Когда толстопузые кошельки себе набивали...

– А мой сейчас там...

Суета, испуг, ощущение потери, ощущение боли...

Страх висит в воздухе...

Не хватает машин и людей, просто катастрофически не хватает машин и людей...

Чиновник из областной администрации приехал на джипе. Ситуация ему не понравилась.

– Я заместитель губернатора. Кто здесь отвечает за порядок? – спросил, сурово хмуря брови.

– Да пошел ты... – сказал вспотевший, несмотря на мороз, курсант с автомобильными эмблемами на петлицах. – На, помоги лучше грузить, больше от тебя толку будет... – и сунул в руки чиновнику тяжелую стопку с плотно увязанными папками. Сам убежал за новым грузом. Здесь вывозили документы районного загса. Несколько таких стопок прошли через руки чиновника, но от очередной он ловко увернулся, спрятался за кузов и в обход добрался до джипа. Больше он салона машины не покидал и руководил по сотовому телефону.

А люди никогда и не предполагали, что в их районе живет такое громадное количество людей и что у этих людей так много имущества. Народ бегал, суетился, уходил, возвращался и снова уходил. Все бегали и суетились... Все уходили и возвращались...

Страх и суета царствовали над дворами. Страх заставлял отсюда уезжать, но привязанность к нажитому заставляла возвращаться за новыми и новыми вещами...

Замок на двери очень сложный. Я с трудом справился, даже имея в руках ключ. Очевидно, местные слесари сильно постарались, наставив дополнительных секретных приспособлений на стандартный сейфовый ригельный замок. Непонятно только, зачем им это нужно, если непрошеные гости приходят к ним через окна.

Гаврош-Мария с Умаром ворвались с автоматами наперевес и сразу бросились в разные стороны. За ними, почти профессионально прячась за косяк – прикрывает, застыл водитель «КамАЗа». Должно быть, у парня есть школа боевых действий. Соображает и действует недурно. Следует к нему присмотреться внимательнее. Он может оказаться здесь таким же опасным, как сама командир. И не забыть бы сообщить об этом подполковнику, который на ребят из группы Марии уже насмотрелся и сделал соответствующие правильные выводы.

– Как? – спросила Гаврош, убедившись, что в них никто не стреляет.

– Нормально. – Я сунул ключ в карман и выглянул на улицу. Автобус приближается. Скоро принимать гостей. – Сейчас Исмаил подъедет. Подполковник пока обеспечивает внешний вид помещению. Чтобы не было истерик.

– Плевала я на истерики... – Мария забросила автомат под мышку. Очень привычно это сделала. – Рино, подбери автоматы охраны.

Значит, этого парня зовут Рино. Странное имя. Или это кличка? Кто он по национальности? Белобрысый, высокий, длинноносый. Ладно, будем жить, разберемся...