Чтение онлайн

Мы проскочили под ней по одному.

Дальше была металлическая дверь в служебный отсек. Старый доступ, карточная щель и ручной кодовый барабан.

— Красота, — сказал Гера. — Два вида геморроя в одном.

— Не трогай руками, — сказала Анна. — У него тревожный контур на корпусе. Если дёрнешь без допуска, он тебе так свистнет, что услышат на третьем этаже.

— А приятно-то как.

Она приложила карту, потом повернула барабан, потом ещё раз карту — уже под другим углом. Замок щёлкнул.

— Заходите.

Внутри пахло пылью, мокрой проводкой и старым кофе. Настоящий служебный объект. Узкий коридор, шкафы вдоль стен, лючки с кабелем, лампы в решётках. Где-то выше гудела вентиляция.

И тишина.

— Где дежурка? — спросил я.

Анна показала налево.

— За углом. Если нам повезло, там двое. Если не повезло — трое. Один обычно на камерах, один на входе, один шляется курить к лестнице.

— Оптимистично.

— За что люблю мужчин, так это за умение называть план оптимистичным, когда он дрянь.

Вера пошла первой. Мы за ней. Двигались быстро, но без беготни. На таких объектах бегущая фигура палится лучше выстрела.

Дежурка и правда была за углом.

И нам почти повезло.

Там сидели двое. Один у мониторов, второй полулежал на стуле с кружкой в руке. Оба не ожидали гостей. Вообще.

Вера сняла того, что у мониторов, рукоятью в висок. Я подхватил второго за шею и вжал в стол. Кружка упала, кофе плеснуло на штаны и пол.

Он дёрнулся, мыкнул что-то в ладонь и сразу понял, что кричать не надо.

— Тихо, — сказал я. — Очень тихо.

— Вы кто… — прохрипел он.

— Санэпидемстанция.

— Что?

— Ничего. Спи.

Я приложил его об стол ещё раз, и он съехал под него аккуратно, как мешок.

Борисыч уже смотрел в мониторы.

— Так. У нас тут не пусто. На первом этаже трое в коридоре. На втором двое в архивном крыле. Третий и четвёртый этаж по камерам чистые, но это может значить что угодно. На крыше пост. На шестом движения не вижу.

Анна подалась ближе.

— Сервисный лифт?

— Вон он, — сказал он, ткнув в экран. — Пока стоит на нуле.

— Хорошо. Нам на второй техэтаж. Оттуда в кабельный ход.

Я уже смотрел на основной монитор. Там, выше по башне, шли окна вещательного сектора. За матовым стеклом шевелились тени. Немного. Но были.

— Он там, — сказал я.

— С чего ты взял? — спросила Вера.

— Не знаю. Просто чувствую.

Голос внутри ответил:

Высокая вероятность присутствия ключевого оператора на верхних уровнях.

— Вот и она согласна.

— Очень удобно, — сказал Гера. — Когда у тебя в голове личная сплетница.

— Я всё слышу, — ответил я.

Подтверждаю.

— Чур меня, — сказал он и перекрестился.

Анна уже вытаскивала из шкафа связку служебных накидок.

— Наденьте. На одну минуту это нас может спасти от тупого взгляда в коридоре.

— А на две? — спросил Гера.

— На две вас спасёт только чудо.

— Слабый сервис.

Мы натянули серые плащи техслужбы поверх всего. Смотрелось отвратно. Но на секунду могло сойти.

Лифт был маленький. Старый. С решёткой и дрожью в полу. Прямо как любит жизнь.

— Кто с нами внутрь? — спросил Борисыч.

— Все, — сказала Анна. — По-другому потеряем время.

— А если встанет?

— Тогда полезете в шахту. Не ной заранее.

Мы вошли тесно. Я, Вера, Борисыч, Гера, Анна. Решётка скрипнула, лифт пошёл вверх.

И вот в этот момент, пока под ногами старый трос пел свою мерзкую песню, я вдруг почувствовал странную вещь.

Снаружи — сирены, розыск, стрельба, Романов.

Внутри — узкая железная коробка, пять человек и моя голова, которая наконец перестала бежать и стала считать.

Голос внутри тихо сказал:

Сердечный ритм выровнен.

Когнитивная перегрузка снижается.

Рекомендуется сохранить состояние.

— Спасибо, — пробормотал я.

— Опять она? — спросил Борисыч.

— Ага.

— И что говорит?

— Что если я не сорвусь сейчас на злость, то, может, не совсем сдохну раньше времени.

— Мудрая женщина у тебя в голове.

— Не женщина, — буркнула Анна.

— Не спорь, — сказал Гера. — По уровню контроля уже женщина.

Лифт дёрнулся и остановился на втором техэтаже.

Решётка открылась.

Коридор был пустой. Слева архивная дверь. Справа щитовые и кабели. Далеко впереди кто-то разговаривал. Негромко. Без тревоги.

Пока всё шло слишком ровно.

Мне это не нравилось.

Анна повела нас вправо, к неприметному люку в стене. Там действительно был старый кабельный ход. Узкий, пыльный, живой только наполовину. Лезть — только по одному и почти ползком.

— Вот оно, счастье, — сказал Гера. — Я знал, что без канализации нас не отпустят.

— Заткнись и полез, — сказала Вера.

— Без нежности ты.

— Да.

Я полез первым.

Там было узко даже для меня. Кабели по правой стене, железные рёбра по левой, пыль и старый жаркий воздух. Ползёшь — чувствуешь, как башня дышит вокруг. В таких местах сразу понимаешь: здание не пустое. Оно слушает.

Голос внутри стал заметно тише. Потом снова ожил, но уже по-другому.

Совместимый контур близко.