Шрифт:
ДЕСМОНД КОРИ
ОРХИДЕИ ФЕРРАМОНТЕ
1
Все началось с человека по фамилии Браун.
Браун был сотрудником британской секретной службы. Много лет он аккуратно и прилежно выполнял свою работу в самых разных уголках земного шара. В конце концов его назначили резидентом в Мадрид. Не самый завидный пост - но все же Браун был доволен. Он продолжал выполнять свою работу аккуратно и прилежно, до того момента, пока кто-то не отправил его на тот свет. Очень просто. С помощью бомбы. Так бывает.
Шефа Брауна, Картрайта, этот факт не обрадовал. Для него этот взрыв означал, что он должен как можно скорее найти нового резидента. Ведь Мадрид считался особенно горячим местом. Там произошло несколько весьма необычных событий, которые приписывали одному весьма неординарному человеку по фамилии Феррамонте. Феррамонте был весьма значительной фигурой. Против него нельзя было выставить первого попавшегося, так как в этом случае грозило оказаться в роли проигравшего. Поскольку Картрайт как шеф секретной службы не мог позволить себе такую роскошь, против Феррамонте ему требовалась некий суперагент.
Насколько ему было известно, один такой супермен состоял на службе в некой довольно таинственной организации, именовавшей себя "Эминэкс": "Эмеральд Инвестигейшн энд Эксплорейшн лимитед". Их лондонский филиал размещался в Вестминстере, неподалеку от офиса самого Картрайта. Тот позвонил туда и попросил соединить с Джимми Эмеральдом.
Коллега оказался весьма любезен.
Да, он может одолжить Картрайту этого агента за шесть тысяч фунтов в год плюс накладные расходы. Картрайт нашел цену вполне приемлемой. силы.
Звали этого суперагента Джонни Фаддер.
2
Всего за сорок восемь часов между офисом Картрайта и "Эминэксом" проложили прямой провод, а на письменном столе Фаддера установили красный аппарат спецсвязи. Откровенно говоря, особого смысла в этой акции не просматривалось, - ведь обычно Фаддер проводил в своем офисе всего несколько часов в месяц. В то же самое время для Фаддера придумывали прикрытие и обставляли небольшой офис на одной из улиц возле площади Севильи.
Из квартиры Брауна туда доставили сейф вместе с несколькими тоннами канцелярских шкафов, папок, географических карт, картотек и всяческих бланков. Чтобы стирать пыль с этого хлама и подметать офис наняли невероятно толстую испанку, которой предстояло появляться там три раза в неделю.
И машина завертелась.
Тем временем Эмеральд пригласил Фаддера на конфиденциальную беседу. Для столь проницательного человека ситуация была достаточно проста, потому он и объяснил её простыми словами. Правительство, сказал он, готово выложить шесть тысяч фунтов за то, чтобы кто-то покончил с Феррамонте задача прямо-таки созданная для Фаддера с его общеизвестной ловкостью и превосходным вкусом. Цена явно превышает общепринятые тарифы.
Кроме того - продолжал Эмеральд - Фаддер сможет опираться на все силы этого ведомства в Испании, а именно: на отставного адвоката в Барселоне, некоего коммивояжера, наконец-то давшего о себе знать, и на машинистку, работавшую на полставки у консула Британского Содружества. Не забывайте ещё уборщицу.
– А как насчет испанской тайной полиции?
– осведомился Фаддер.
– В каком смысле?
– Она ведь тоже интересуется Феррамонте, и причем уже несколько недель. Ее финансовые и кадровые возможности куда серьезнее, так что весьма вероятно, - с Феррамонте разберутся они.
– Этого ни в коем случае не должно случиться, - энергично запротестовал Эмеральд.
– Речь идет о чести британской нации - а также, естественно, о шести тысячах хрустящих банкнот. Так что это исключено.
– Это усложнит дело, - подумал Фаддер и на следующее утро вылетел в Мадрид.
Бумажную работу Фаддер никогда не любил. Но первые дни в новом офисе, где ему пришлось перерыть горы документов, оказались не так уж плохи. Всегда полезно почитать отчеты о событиях, составленные человеком, который сам активно в них участвовал.
Самое главное: Феррамонте исчез, скрылся где-то в глубинке. Его шефы явно проявляли недовольство. В верхах были единодушны во мнении, что управление "М" службы внешней разведки своим замыслом прикончить генерала Франко явно перешло границы своей компетенции, и генерала - инициатора этого "гениального" плана, тихо устранили, а управление распустили. Полагали, что в процессе этой чистки Феррамонте тоже впал в немилость и был лишен официальной поддержки. Конечно, толком никто ничего не знал и, во всяком случае, представлялось безнадежным выйти на его контакты.
Наркомафия, с которой работал Феррамонте, после этого скандала всячески старалась выглядеть преуспевающим и весьма солидным предприятием, включавшим в себя целый ряд отелей и туристических бюро под руководством толстяка по фамилии Ортис. Ортисом интересовались многие. Фаддер разделял этот интерес весьма условно. Но у него на руках не было никакой другой подходящей карты.
Так что Фаддер полетел в Барселону.
Их человеком в Барселоне был Уильям Грандер. Грандер носил очки без оправы, галстук в цветах своей старой школы и, несмотря на рост метр восемьдесят восемь, умудрялся оставаться незамеченным. В Англии он был весьма преуспевающим адвокатом, пока из-за состояния здоровья не пришлось переселиться в теплые края. Теперь он время от времени подрабатывал в одной испанской фирме по экспорту фруктов и, по мнению покойного мистера Брауна, был весьма полезным агентом. После двухчасовой беседы с Грандером в кафе на бульваре Рамбас, Фаддер склонен был присоединиться к мнению покойного.
– Многого об Ортисе я вам не расскажу, - заявил Грандер, косясь на Фаддера сквозь стекла очков. Похоже, его очень донимало солнце, хотя достаточно было времени к нему привыкнуть.
– Дело вот в чем: последнее время им интересуется Интерпол, и мы, конечно, не хотели перебегать им дорогу. Когда слишком много охотников целят в одну утку, проку не будет. Пожалуй, лучше всего вам попробовать ознакомиться с материалами Интерпола.
– Я их уже запросил, - кивнул Фаддер.
– Как мне сказали, на это потребуется дней десять.
– Неудачно, - посочувствовал Грандер.
– Ничего не поделаешь...
– Значит, если я правильно понял, вы хотите узнать об Ортисе как можно больше...
– Да, пожалуйста.
– Ну, посмотрим, что у нас есть. Он не испанец, а итальянец. В цветущем возрасте - около сорока. Здоровый и в меру упитанный. После войны начал с маленького отеля в Ментоне, затем постепенно создал целую сеть отелей на французской и итальянской Ривьере, и, наконец, возглавил эксклюзивную туристическую организацию в Марселе, управляющую этими отелями. Шесть - семь лет назад переселился в Испанию. Имеет два дома в Коста-Браво и в настоящее время строит несколько гигантских отелей на Майорке. Трудно судить о фирме, которая развивается такими темпами - но, по моему мнению, он должен быть миллионером.