Орнамент
Шрифт:
– Алло?
– Эмма?
– Привет, Шерри
– Ты не знаешь, где могут быть наши мужчины?
– Нет. Что-то случилось?
– Хочу убить Адриана.
Эмма прикусила губу.
– Они и твой дом украсили?
– Откуда ты знаешь?
– Удачное предположение.
– Эмма не знала смеяться ей или плакать.
– Чтобы просто взглянуть на лужайку перед домом, мне нужны мои самые темные солнцезащитные очки.
– На моей стоит ночник в виде младенца Иисуса. А на подъездной дороге мог бы благополучно приземлился космический шаттл, до того ослепительно сверкает весь дом.
– О Боже!
Мобильный Эммы подал сигнал.
– Не клади трубку, у меня звонок на другой линии.
– Я убью его!
– Бекс? Они и у тебя были?
– Да.
– У Шерри тоже.
– К «Фрэнку»?
– Уже еду.
– Нажав на отбой, она переключилась на Шерри и пригласила в кафе, пообещав заехать за ней.
– Жду.
Эмма села в машину.
– Буду через несколько минут.
– Повесив трубку, она стала отъезжать от дома, задаваясь при этом вопросом:«Интересно, а в снежный шар поместиться труп Лайон-О?»
– О чем, черт возьми, они думали?!
– Бекки откусила гамбургер со свирепым выражением на лице. «Интересно, - задалась вопросом Эмма, - уж ни задница ли Саймона на месте бургера?»
– В том-то и дело. Они вообще не думали.
– Из них троих Шерри казалась самой невозмутимой и спокойно потягивала двойной шоколадно-молочный коктейль. Шерри официально признана слепой. И тот факт, что она сочла художественное оформление дома своей пары чем-то вроде бельма на глазу, говорило о многом.
– Ну и что же мы будем с этим делать?
– Без понятия.
– Даже не представляю.
Эмма впилась в бургер, усиленно обдумывая этот вопрос.
– Можно просто спустить большую часть декораций вниз.
– Ага, но подумай только...
– Шерри наклонилась с угрюмым выражением на лице, - сколько им потребовалось времени, чтобы поднять и разместить все эти штуки?
Эмма и Бекки с ужасом переглянулись.
– Ты права. Мы должны заставить их сделать это самим.
– Нет, только не это! Думаете, они бы ввязались во все это, стали бы они поднимать эти декорации, украшать все три дома в один день, если бы не думали порадовать нас? Скорее всего, они сейчас полностью вымотаны.
Бекки повалилась обратно на диван.
– Дьявол! Она права.
Эмма с трудом подавила в себе желание забиться головой об стол.
– Черт возьми!
– Угу.
– Нам остается только смириться.
– А на следующий год мы сами позаботимся об украшениях.
– Аминь!
– И три женщины чокнулись.
– Фрэнк!
– Привет Эмма, чем могу быть полезен?
– Мне... нет, нам нужны три заказа на вынос.
Тут же на стол упало три сумки.
Эмма посмотрела на потное усмехающееся лицо Фрэнка.
– Я ждал, что вы это попросите.
Ее не было дома. В гараже не стояло ее машины, на кухне не лежало сумочки. В спальне не чувствовался ее запах.
– Блин! Наверное, я слишком далеко зашел.
Она же не отковыряет ему яйца грейпфрутовой ложкой.
«Или отковыряет?»
Тут он уловил звук открывающихся ворот гаража. Макс глубоко вздохнул и налил бокал вина для своей пары. Посмотрев на красиво украшенную елку, он снова приуныл. Оставалось надеяться только на то, что вид елки смягчит ее настроение. Если это не сработает, тогда ему предстояло стать мертвым котенком.
Эмма вошла на кухню, держа в руке белый пакет. Из него вырывался запах свежего гамбургера и картошки фри, от чего живот Макса сразу же заурчал.
– Привет, милая.
– Макс.
«Хм, не слишком хорошее начало».
Этот настороженный тон может означать только одно: «неприятности».
– Вина?
– Он протянул ей бокал, неотрывно следя за тем, как она приближается и берет предложенный напиток.
– У меня неприятности?
Пригубив вино, Эмма передала пакет.
– Не буду тебя обманывать. Я задумывалась над этим.
– Она прошла к столу и села, отодвинув стул и для Макса.
– Но, нет, у тебя нет неприятностей.
– Эмма устало улыбнулась.
– Я догадываюсь, скольких нервов вам стоило то, что вы сделали для меня. Для нас.
– Она положила свою руку поверх его ладони, и у Макса кольнуло сердце.
– Однако в следующем году мы будем заниматься украшением домов вместе, иначе вам не избежать последствий.
Он рассмеялся, увидев ее прищурено-проницательный взгляд, с предвкушением заглядывая в пакет.
– Как скажешь, дорогая.