Чтение онлайн

Энди припарковала машину задним ходом между двумя автомобилями — так, чтобы потенциальным ворам было сложно добраться до багажника. Но потом она вернулась и выехала чуть-чуть вперед, чтобы достать спальный мешок и пляжную сумку. После этого она снова пристроила машину на место, а затем зарегистрировалась в отеле, где проспала восемнадцать часов подряд.

В последний раз, когда она заснула так надолго, Гордон повел ее к врачу, потому что испугался, что у нее нарколепсия. Энди поняла, что сон в Арканзасе подействовал на нее терапевтически. Она больше не цеплялась за руль мертвой хваткой, не выла и не всхлипывала в пустой машине. Она не проверяла мобильный телефон Лоры каждые пять минут. Она больше не сходила с ума из-за денег, которые привязывали ее к «Релайанту». Она больше не волновалась, что ее будет преследовать Майк, потому что все-таки залезла под машину и как следует проверила, нет ли на ней GPS-датчиков.

Майк.

С этим глупым немым К в начале фамилии, глупым кузнечиком на пикапе и глупым поцелуем на парковке. Поцелуй был совершенным безумием, ведь Майк должен был преследовать ее, или пытать, или делать какие-то другие ужасные вещи, но вместо этого он соблазнил ее.

Хуже того, она ему это позволила.

Энди схватила последнюю коробку, остававшуюся в машине, и, склонив голову от стыда, зашла на склад. Кинула коробку на пол. Села на деревянную табуретку на трех шатающихся ножках. Потерла лицо руками. Ее щеки горели.

Идиотка, — молча укоряла она себя. — Он же тебя насквозь видел.

Печальная истина заключалась в том, что сказать о сексуальной жизни Энди было особо нечего. Она всегда рассказывала о своем романе с профессором в колледже как о каком-то утонченном опыте, но всегда опускала тот факт, что секс у них был всего три с половиной раза. И что он был укурком. И почти импотентом. И что все обычно заканчивалось тем, что они сидели у него на диване, он забивал себе очередной косяк, а она смотрела повторы сериала про пенсионеров.

И все-таки он был лучше, чем ее парень в старшей школе. Они познакомились в драмкружке, что уже должно было навести ее на определенные мысли. Они были лучшими друзьями. И оба решили, что их первый раз должен быть друг с другом.

Когда все случилось, Энди не осталась в восторге, но солгала, чтобы не обидеть его. Он тоже не был удовлетворен, но оказался не в состоянии проявить ту же тактичность.

«Ты стала слишком влажная», — сказал он ей, театрально содрогаясь. И хотя в следующем предложении он признался ей, что он скорее всего гей, Энди помнила об этом уничижительном замечании все следующие пятнадцать лет.

Слишком влажная. Она прокручивала эту фразу у себя в голове снова и снова, глядя на стену дождя за воротами склада. Сколько всего она могла бы сказать этому козлу сейчас, если бы он только принял ее приглашение в друзья на Фейсбуке!

Это закономерно привело ее к мыслям о своем парне в Нью-Йорке. Энди казалось, что он был нежным, добрым и внимательным. Как-то она ушла в ванную в гостях у подруги и подслушала, как он говорит своим приятелям:

«Она как балерина в шкатулке для украшений, — делился с ними он. — Как только ты ее укладываешь, музыка останавливается».

Энди тряхнула головой, как собака. Она снова подбежала к машине, схватила голубой «Самсонайт» и потащила его внутрь. Закрыв дверь, она переоделась в сухое. Она ничего не могла сделать со своими промокшими кроссовками, но у нее хотя бы были носки, которые не натирали ее и без того истерзанные ноги. Когда она снова подняла ворота, дождь утих. Это было ее первой удачей за последние дни.

Энди заперла ворота на один из навесных замков, которые купила в «Уолмарте». Вместо ключа она решила использовать код, в котором вместо цифр были буквы. Код в Тексакане был «ХРЕНК», потому что в тот момент, когда она его придумывала, она была настроена максимально воинственно. Для «Кук Эм энд Стор» рядом с Остином, в Техасе, она выбрала более очевидное «КУНДЕ», вспомнив тот самый разговор:

Я могу поговорить с Паулой Кунде.

Я слышала, она в Сиэтле.

В Остине. Но попытка засчитана.

В Литтл-Рок Энди решила, что не будет, как безвольная амеба, двигаться дальше в направлении Айдахо, как ей сказала Лора. Если она не смогла получить ответы у своей матери, то, возможно, сможет получить их у профессора Паулы Кунде.

Она встала на цыпочки, чтобы закрыть багажник универсала. Спальный мешок и пляжная сумка все еще были набиты деньгами, но она подумала, что может просто держать их в машине. Наверное, стоило оставить мини-холодильник и вяленое мясо на складе, но Энди уже не терпелось поехать дальше.

Двигатель «Релайанта» издал забавный тарахтящий шум, когда она отъезжала от ворот склада. Вместо того чтобы сразу направиться к границе штата, она свернула в ближайший «Макдоналдс», чтобы взять большой кофе и узнать пароль от вай-фая.

Энди выбрала парковочное место поближе к зданию. Она выбросила кофе в окно, потому что была уверена, что у нее взорвется сердце, если она выпьет еще немного. Она достала из сумки новый ноутбук и вошла в Сеть.

Энди уставилась на мигающий курсор в поисковой строке.

Как всегда, несколько секунд ее мучили сомнения, не стоит ли завести фейковый гугл-аккаунт и написать Гордону. Она придумала кучу вариантов у себя в голове — например прикинуться координатором Habitat for Humanity или старым приятелем по «Фи Бета Сигма» и составить зашифрованное сообщение, по которому ее отец поймет, что с ней все в порядке.

Просто хотел спросить — ты в курсе про те крутые купоны из «Сабвэя», которые предлагают два сэндвича по цене одного?

Увидел историю про бурбон «Ноб Крик», думаю, тебе понравится.

Но, как и в прошлые разы, Энди отказалась от этой идеи. Не то чтобы у нее было много поводов верить тому, что говорила ее мать, но даже малейшая возможность подвергнуть Гордона опасности была слишком большим риском.

Она набрала в поисковой строке адрес сайта Белль-Айл ревью.

Фотография Лоры и Гордона на рождественской вечеринке все еще была на главной странице.

Энди всмотрелась в лицо своей матери. Удивительно, как эта хорошо знакомая женщина, улыбающаяся в камеру, могла обманывать свою единственную дочь так много лет. Энди приблизила фото, потому что никогда раньше не обращала внимания на горбинку на носу ее матери. Он что, когда-то был сломан, а потом неправильно сросся?