Чтение онлайн

– И что, действительно не знаете? – поинтересовался голос власти.

– Не знаю, – кивнул я, – но, кажется, я знаю человека, который это знает.

Все уставились на меня. Адам Форс, Лоусон-Янг, полисмен и даже Гикори. Все застыли в ожидании.

Посреди этой немой сцены вплыла Мэриголд в изумрудном шелку с золотыми кистями, отодвинув юного констебля, который пытался преградить ей путь. Следом за ней, точно хвост за воздушным змеем, тянулись Бомбошка, Виктор, Дэниэл и прочие дети.

Мэриголд осведомилась было, как поживает ее приз, но осеклась на полуслове, увидев накрытое одеялом тело на полу и толпу полицейских, ползающих вокруг него на четвереньках. Бомбошка, сообразив, что это зрелище отнюдь не для детских глаз, быстренько развернула своих отпрысков и увела их прочь, так что в магазине остались лишь Мэриголд и Виктор. Оба точно окаменели.

– Джерард, дорогой, – воскликнула Мэриголд, – что происходит? И где Уортингтон?

– Мэриголд, дорогая моя, – устало ответил я, – произошло несчастье. Пожалуйста, зайдите в гостиницу напротив и подождите меня там.

Она, казалось, не слышала и не могла отвести глаз от одеяла.

– Где Уортингтон? – Ее голос постепенно повышался. – Уортингтон где?! Господи!

Я обнял ее.

– Мэриголд, с ним все в порядке. Честное слово. Это не Уортингтон.

Она повисла у меня на плече и разрыдалась. Виктор обернулся ко мне и спросил почти шепотом:

– Это уже не игра, да?

Ответ был очевиден. Через минуту молодой констебль уже вел их в «Дракон Вичвуда».

Когда они удалились, Лоусон-Янг нарушил молчание:

– Ну, так и кто же этот Номер Четвертый?

– Кто-кто? – переспросил Шепед. – О чем вы говорите?

– На Джерарда напали четверо людей в черных масках, – пояснил профессор. – Прямо здесь, на улице перед магазином. Трое из них были Роза Пэйн, ее отец Эдди Пэйн и Норман Оспри. Сегодня утром Джерард сообщил мне, что вычислил четвертого. Итак, – спросил он, обернувшись ко мне, – кто же это был и где наши данные?

– Я думаю, что у Номера Четвертого кассеты нет, – ответил я.

– Как?! – воскликнул профессор. Он поник и ссутулился. Он так рассчитывал на меня – и теперь решил, что я всего лишь завел его в очередной тупик.

Я тут же развеял его заблуждение:

– Четвертый из нападавших был всего лишь наемным помощником и вряд ли даже знал, что именно они хотят добыть.

Однако он знал, как причинить мне наибольший вред. Сломать мне запястья.

– Однако он умеет обращаться и с бейсбольной битой, и с усыпляющим газом.

– Но кто же это, бога ради?

Профессор с трудом сдерживал нетерпение. Полицейский офицер тоже. Однако произнести это вслух было не так-то просто. И все-таки…

– Гикори, кто был этот четвертый? – спросил я.

Гикори, который все еще стоял на коленях, прижимая к уху повязку, поднял голову.

– А почему вы спрашиваете у меня?

– Вы держали меня за руку…

– Это был не я!

– Боюсь, что именно вы, – возразил я. – Вы прижимали мою кисть к стене, чтобы вашим сообщникам было удобнее раздробить мне запястье бейсбольной битой.

– Вы с ума сошли! С чего бы мне нападать на вас? Ладно бы на кого другого!

Это был трудный вопрос, и ответить на него в двух словах было бы невозможно. Гикори не стал на него отвечать, но мы оба знали, чего именно он добивался.

– Вы пошли на это ради денег? – спросил я.

Я подозревал, что причины этого были куда более сложными. Я мог творить со стеклом почти все, что мне заблагорассудится, а его возможности были ограниченны… Зависть – очень сильное чувство, и вряд ли им пришлось долго уговаривать Гикори предать меня…

Однако он все еще не собирался сознаваться.

– Нет, вы точно сошли с ума! – сказал он, встал и повернулся ко мне спиной, словно собираясь уйти.

– Шнурки, – сказал я. – Зеленые с белым.

Гикори застыл на месте и медленно развернулся.

– Вы были здесь в кроссовках с этими шнурками в тот день, когда погиб Мартин Стакли. Вы были в них и на следующий день, когда похитили кассеты из дома Мартина и огрели меня по голове оранжевым баллончиком. Дэниэл, старший сын Мартина, запомнил эти шнурки и рассказал о них полиции.

Гикори шагнул в мою сторону. Очевидно, ухо по-прежнему причиняло ему немалые страдания. Его маска раскололась.

– Больно умный, падла! – с ненавистью сказал он. – Жалко, мы тебе тогда не сломали руку!

Старший полицейский офицер отклеился от перегородки, у которой он стоял, и подвинулся поближе.

Но Гикори только смотрел на меня исподлобья.

– Ты, твои приколы, твои снисходительные комментарии! Ненавижу тебя, ненавижу эту мастерскую! Я сам нехреновый стеклодув и заслуживаю признания! – выпалил он, надменно выпятив подбородок. – В один прекрасный день, – продолжал Гикори, – имя Джона Гикори станет известно повсюду, и люди будут покупать мое стекло, а дерьмовое стекло Логана повыкинут на помойку!

«Позорище какое! – думал я. – Ведь Гикори действительно не лишен кое-каких дарований, но он просто не даст им развиться так, как они того заслуживают. Гордыня и вера в мастерство, которым он не обладает, погубят то, что у него действительно есть».

– А Роза? – спросил я.

– С-сука сумасшедшая! – прошипел Гикори, снова поднося руку к уху. – Она точно двинутая! Свяжем тебя, говорит, и используем в качестве заложника. А про то, чтобы поджаривать мое треклятое ухо, она ничего не говорила! Чтоб ей сгнить в аду!