Чтение онлайн

– Криогенный газ? Такого не бывает, даже гелий твердеет при одном градусе по кельвину.

– Запросто, ионы с криогенным экранированием, отталкиваются друг от друга. Воля газ с криогенной сверхтекучестью.

– А что толку от такого криогенного газа?

– А вот это надо изучить, и конструктора, чтобы сделать это будет нам мало. В конструкторе просто нет программ, способных учесть криогенное экранирование отдельных ионов друг от друга.

– Итого, ты предлагаешь создать сверхтекучую жидкость и сверхтекучий газ, при температуре от одного кельвина и ниже, а сверхтекучесть газа достигается идеальным экранированием ионов. Такой вопрос, всё же, каково её применение?

– Криогенные ракетные двигатели с удельным импульсом в несколько десятков километров в секунду. И даже не просто двигатели, а двигатели двух фазные, типа разгон криогенный, без падения давления, и дальше нагрев...

– Что толку от таких двигателей, у нас существуют много более совершенные сейчас. Ребята, давайте не будем отклоняться от темы, наша задача создать криогенный компьютер, или дешёвую криогенную броню. Ни первым, ни вторым тут не пахнет.

– Используя сверхтекучесть нано структур можно сделать многое, и компьютер создать тоже реально, учти, что размеры процессора отдельные атомы, а скорость движения сверхтекучей жидкости огромна. Вот, молчите все, идея. Мы берём атомы, пускаем через поры пико размеров, пусть размер поры шестьсот пикометров, теперь берём сложную фтороводородную молекулу, ориентируем в потоке, и воля, молекула может течь, либо направо, либо налево, в зависимости от ориентировки, чем не двухбитный крио процессор?

– И какая скорость у твоего крио процессора?

– Ну, в данном случае восемьсот мегагерц. Но я думаю, это можно увеличить. Я не специалист по микропроцессорам, но...

– Это хороший результат землянин, его необходимо передать в центр срочно. Повтори основные постулаты.

– Что тут повторять? Всё построено на экране компьютера. Канал диаметром шестьсот пикометров, через него в состоянии идеальной текучести текут ориентированные температурой или и электромагнитным полем молекулы, они могут течь либо по каналу ориентированному влево, либо в право, а так как скорость ориентирования молекул велика и скорость течения тоже, то каждая молекула, это герц, с решением ноль или единица. Ну и данная конструкция, не оптимизирована, и может пропустить через себя миллиард молекул в секунду, то есть тысячу мегагерц, плюс минус. Вот такой криогенный механический процессор. Кстати, я вот думаю, как бы сюда впихнуть текущие электроны, то есть электрический ток...

– Ток сюда не стоит впихивать, там супер сегнетоэлектрики с идеальными проводниками вперемешку, всё сгорит нафиг.

– Всё, готово, отчёт направлен, приступаем к конструированию.

– Надо доработать криогенно устойчивый материал, это важно, я думаю...

– В соседней лаборатории, кстати, вчера освоили сернистые фосфаты под нормальным давлением, разбавленные гелием для эластичности, материал держит четыре десятых кельвина, сохраняя упругость титана. Так что... Нам бы до них дотянуться, и всё это они сделали без каких-либо постоянных токов. Предлагаю сосредоточиться на процессоре.

– У них четыре десятых, а у нас почти ноль, пять сотых держит, а силлитовские бомбы глушат почти абсолютным нулём, четыре десятки от них не спасут.

– Предлагаю сделать перекур, я устал и не выспался.

– Какие же вы люди слабые существа, слабые, слабые, я не пойму, как вы вообще стали космической расой. Треть жизни лежать с закрытыми глазами и ничего не делать, ещё два часа в сутки на поесть, сходить в туалет, и лишь половину суток вы можете работать, и то с перекурами.

– Рейны... У вас биология роботов, вам нас не понять.

– Не знаю, я могу работать месяц, ничего при этом не есть и не пить, ни отдыхать, а с вами я каждые пятнадцать часов прерываюсь на столько. Работаем, без перекуров, задолбал землянин. Садись за компьютер, и давай генерируй новую идею.

У меня уже и так немного всё плыло перед глазами, в последние месяцы я работал без роздыха день за днём, я устал, и начал физически сдавать, это было настоящее испытание моей воли, и деваться было некуда, я на секунду закрыл глаза, успокоился, глубоко вздохнул и сел за компьютер.

– Давай человек, у тебя хорошо получается...

Вдруг в центре прогремел сигнал красной тревоги, все сразу побросали свою работу, и мы включили информационный экран, там началась трансляция.

"-Около двух часов назад зонды внешней разведки засекли приближение к системе около сорока гигантских кораблей маток силлитов. Учитывая размеры кораблей, можно предположить, что каждый из них является носителем не менее чем десяти миллиардов лёгких беспилотных дронов стандартной модификации. Только что генеральный штаб объявил эвакуацию. Сам штаб в течение последних двух часов покинул систему Олви на трёх лёгких крейсерах. Так же была проведена эвакуация всех дипломатических ведомств и крупных политиков. Военные силы планеты Олви готовятся к бою, цериды приводят в состояние полной боеготовности свои ракетные крейсера. Гражданскому населению рекомендовано...".

Нас собрали в одном из залов жилого корпуса, на середину зала вышел профессор первый, остановился и объявил.

– Верховное командование пришло к выводу, что эвакуировать Белый лебедь не имеет смысла. База находится глубоко в коре планеты и надёжно защищена от криогенных атак, способна автономно работать в течение долгих лет изоляции. Для передачи сигнала и связи за пределами базы мы будем использовать нейтринные передатчики, которые свяжутся с удалённым спутниками связи, которые висят внутри звёздной системе в открытом космосе. Эти спутники, используя сверхсветовую связь, передадут сигналы в метрополию. Таким образом, мы с вами продолжим свою работу здесь даже после того, как планета погибнет в следствие криогенного удара врага. Но на время военной операции мы объявляем выходные, вы сможете по всем каналам наблюдать, как примет бой наш флот. А сейчас разойтись.

У меня не было друзей среди сотрудников Белого лебедя, хотя почему белого? Что в нём белого? Символ, глупый символ непонятно чего, я бы сказал, что он не белый, а такой нудно скучно серый, и не лебедь, а так, скучная корова. Может не корова, а свинья, но уж точно не лебедь. Да, база серая свинья. Так её и следовало бы назвать. Может быть, для остального мира мы и были олицетворением прорывных технологий в области криогенной физики, но сами для себя мы таким олицетворением не были. Я добрался до своей комнаты, лёг на кровать, закрыл глаза на секундочку, и сразу же уснул.

Пришёл в себя я от того, что меня настойчиво будил будильник, я открыл глаза и нажал на кнопку. Искусственный интеллект сообщил мне:

– Вы уснули.

– Ясно.

– Я разбудил вас, чтобы вы не пропустили штурм планеты, включить экран?

– Включай.

Я увидел бой глазами какого-то разведывательного зонда шпиона. Вот впереди огромное облако кораблей врага, их многие миллиарды. Если на каждой из сорока маток было в среднем миллиардов по десять дронов, сколько их считайте сами. Их было просто очень много, огромное облако мелких кораблей, каждый из которых был вооружён мелкими, но опасными криогенными бомбами.