Чтение онлайн

Рин и Эля, не сводя друг с друга зачарованных глаз, одновременно окунули руки в теплую, искрящуюся жидкость, куда до этого были скинуты оба их браслета, а еще с десяток золотых монет. Под восторженные охи Мелиссы по запястью принца и его избранницы потянулись первые тонкие линии связывающей их метки. Кожу Эйлис пронзали тысячи иголочек, принося ощущение теплой ласки, как будто по ней скользила мягкая кисть. Добравшись до плеча, вязь остановилась, продернулась сиянием и застыла золотой татуировкой.

Рин, не сводящий глаз с молодой теперь уже жены, медленно поднес ее ладошку к губам и прикоснулся к тонкому запястью.

— Да, целуй же ее быстрей, Высочество, очередь желающих задерживаешь, — не выдержав торжественности момента, решил вмешаться Рауль, за что получил со всех сторон: от Мелиссы каблучком по ноге, от Асгара затрещину, от Сиэра обещание надрать… уши.

Смущенные молодожены под пристальным вниманием друзей и охранников не стали затягивать поцелуй, уступая место возле источника бастарду с блондинкой.

— Если ты ляпнешь что-нибудь в своем репертуаре, Рауль, я… я…, - Мелли даже покраснела от напряга придумать достойную кару своему благоверному.

— Передумаешь выходить за меня замуж? — коварно ухмыльнулся граф Орлант, за что был схвачен за руку и окунут по самое плечо в источник. Баронесса Диарк свою добычу из зубов, то есть рук выпускать не намеривалась.

И теперь уже Эйлис восторженно вглядывалась в таинство соединения двух… задир и пакостников. Их татуировки дошли до предплечий, и были чудо как хороши! Хотя бы в том, что благодаря магии источника, запечатавшего браслеты, этот наглый котяра уже не сможет ходить налево и придется ему до конца времен увиваться вокруг стройных ножек Мелиссы.

Возмущенное треньканье подвесок хрустальной люстры, истошный визг фрейлин, улепетывающих так, что из-под многослойных юбок панталоны сверкали, побледневшие до синевы лица лакеев, которые до икоты боялись сдвинуться с места, опасаясь мести своей повелительницы больше, чем лютовавшего в гостиной Королевы Гориции графа Эльтийского.

— Регина Вельтлант! Где. Моя. Дочь?! — Северный Барс ненавидяще смотрел на Королеву, которая невозмутимо обмахивалась веером и с откровенной скукой на идеально красивом лице ждала, когда у злюки Эруана проснется врожденная аристократическая учтивость по отношению к монаршей особе… или, на худой конец, инстинкт самосохранения, ибо мораторий на смертную казнь в Гориции так за века правления никто и не удосужился ввести. — Имей в виду, Величество подколодное… я не прощу! Если с ней что-то случится по твоей вине, весь Север станет под мои знамена… Эйлис доехала до твоего Дворца и пропала. Ты несешь ответственность за кандидаток и безопасность их жизней. Итак, где она?

— Где-то! — женщина взмахнула зачарованной кружевной вещицей, рассыпав мириады бриллиантовых искорок вокруг себя. — Вероятно, там же, где и мой обалдуй со своим приятелем-шутом… а в каких злачных местах твоя дочь болтается, когда должна на Отборе отжигать, мне не-из-вест-но! Мог бы своей Лисе бестолковой хоть раз ошейник-привязку нацепить, раз не удосужился ей грамотную охрану организовать.

В ответ ей обычно сдержанный граф выдал такую забубенистую тираду, что ею можно было без помощи магии любое поднятое кладбище упокоить. Но Королева ни капельки не напряглась, лишь изогнула тонко подрисованную бровь. Она знала, что, как бы граф Эльтийский не исходил то кипятком, то паром, ничего, кроме спускания с цепи заскучавшей от затянувшегося перемирия своры «волков», он выдвинуть в качестве ультиматума не посмеет. Тем более, ей, тем паче, после того, что было между ними в прошлом. Или, скорее, не было… а всё из-за его благоверной женушки-северянки, чтоб ей на том свете прапрапрабабка Вельтлантов встретилась! Такого мужчину у самой Королевы увела из-под носа по молодости, а потом еще и помереть вздумала некстати… Он же после нее ни на одну женщину толком не взглянул, а на нее, Регину, так вообще, как на пустое место смотрит. Приперся на ее голову скандалить, волчара! А у нее душа, может, за Рина болит…

— Хватит грызться! — в комнату пружинистой походкой проскакал король Гориции, которого таки распирало от новостей. Он даже не заметил, что у графа напрочь свело скулы от желания хорошенько встряхнуть его драгоценнейшую супругу. Аустин навис над Региной и елейным голоском пропел. — Эти двое… поженились! Так что, родственнички, трепещите! Ах, гляжу, вы оба не в курсе?! Вы газеты хоть иногда читаете? Сочувствую, граф, и вам, моя дорогая, искренне соболезную… Можете попрощаться с остатками спокойствия… Итак, сплетня дня — дочь Северного Барса вышла замуж за наследного кронпринца Гориции. Реджи, любимая, ничего не хочешь объяснить? Граф, я вижу по реакции, что вы ни при делах…

— Они совсем сдурели? — граф обескураженно посмотрел на своего короля. — Ладно, моя дочь и не на такую выходку способна, но Ринэйрт вроде всегда отличался здравомыслием.

— «Городские кх-хэ… хроники Дитуры», первая полоса, — король брезгливо бросил на стол измятую, порванную и снова тщательно склеенную местечковую газетенку, изданную на плохо обработанной бумаге и расточающую непередаваемый аромат свежей типографской краски. На передовице красовался цветной магснимок какой-то парочки, лица которой были смазаны, но рыжие волосы девушки и фамильный упрямый подбородок Вельтлантов не оставлял сомнений, кто эти двое отличившихся. В звенящей тишине Аустин пророкотал. — Сегодня в полночь кронпринц Ринэйрт вышел замуж, тьфу, грых, женился на некой Эйлис Дерхо Эльтийской. Вам двоим эти имена ничего не говорят? Ринэйрт и Эйлис?

— Удавлю засранца, — Королева бегло просмотрела хронику событий в газетенке и взвыла, ломая об колено злосчастный веер, стоивший, между прочим, совершенно нереальных денег. — Как он посмел! И где нормальная свадьба?! Нет, что он себе позволяет?! А как же помолвка, ее не было?!

— Убью поганку, — граф, без спросу выхватив из дрожащих рук Регины злосчастный клочок прессы, спешно прочитал сообщение, — вот этими собственными руками! А где мое благословение?! Где знакомство с родителями жени… Тьма! За что ты меня наградила такой дочерью?!

— Убивать вместе будете, — резюмировал Его Величество с неподдельным сочувствием поглаживая супругу по вздрагивающему плечику, — когда их найдете. В Столицу, как я понял из утреннего доклада, они не собираются.

— Ну-у, у детей медовый месяц, вроде как, — неуверенно пробормотала Королева и сама прошла к столику с напитками, где выбрала себе графин с крепким вишневым ликером. Плеснув на донышко бокала, она прищурилась, потом слегка скривилась и долила до ободка, — пусть развлекаются. А вот когда вернутся… Барс, ты моего сына подержишь? Пока я его лично пороть буду…

— Только после того, как ты мою дочь — ехидно заявил граф, пристроившись к напиткам в кресле с другой стороны и набулькивая себе аналогичную дозу успокоительного в виде коньяка. — Что ж, Регина, девчачье имечко для первенца сейчас подберем? — он по-свойски подмигнул опешившей Королеве и залпом опрокинул в себя лекарство. — Что первым будет сын, можете даже не рассчитывать, эта заноза рыжая точно девочку родит. Из принципа.

— Сами пусть называют, — негромко проворчал король, давясь слюной и гордостью и не сводя алчущих глаз с пузатой бутылки, — и ещё, Барсик наш Северный, раз уж у нас проблемы разрешились, ты когда армию северян под командование возьмёшь? Новость номер два, нам Орантия объявила войну… Хочет проиграть и в качестве откупного снова подсунуть свою аллергичную принцессу…