Чтение онлайн

— Так, быстро пьем по чашечке, и я тебя увожу. Ля-ля-ля! А ну, не кукситься, выше подбородок! Все к лучшему, вот увидишь! Свято место пусто не бывает, будешь еще над собой смеяться, а мы посмеемся вместе с тобой на твоей свадьбе. Выглядишь ты ужасно, но собраться надо быстро, иначе пересчитаем все пробки. Быстренько одевайся.

— Куда? — в ужасе вздрогнула я. — Не хочу никуда! Не поеду!

— Мы поедем к одной женщине, она тебе поможет, — уверенно сказала Надежда, энергично размешивая сахар.

— К бабке порчу снимать? Нет, не поеду, ни за что, я только что в церкви была, — констатировала я, глубоко вздохнув.

— Это не бабка, и про порчу и сглаз, а также про «венчик безбрачия» и талисманы на удачу и всякую другую фигню ничего не будет. Я просто знаю, что это очень хороший специалист, — сказала она, покачивая головой в такт своим словам.

— В чем специалист?! Мне сейчас нужен только специалист по крысиному яду! Я пью антидепрессанты, хожу в церковь, советуюсь с батюшкой, встречаюсь с психологами! Мне ничего не помогает, ничего! Мне выжгли душу! Как человек может жить без души, надежды и мечты? Кому верить? Ведьма или психолог? Я разорву любого психолога, который скажет мне, что по Фрейду нужно простить папу, сесть на диету прощения или что-нибудь в таком духе! С папой у меня очень хорошие отношения! Очень! И мне не за что его прощать, папа и Алеша никак не связаны. У меня все внутри изранено так, что живого места нет! — отчаянно запричитала я.

— Ну, ты уже все обо всех и обо всем знаешь! — фыркнула Надя. — Уверяю тебя, не все. А живое место у тебя в душе есть. Это живое место — Ваня и твои родители. Ты обязана возродиться, и чем быстрее, тем лучше. Я тебя отвезу к самому лучшему специалисту, это психолог-алхимик, специалист по любовной зависимости и депрессии. Ты мне веришь, Вера? — вдруг очень серьезно спросила она и внимательно посмотрела мне в глаза.

Я снова расплакалась.

— Верю, тебе верю, — всхлипывала я.

Надюшка-голубушка обняла меня, как ребенка, и нежно покачивала, приговаривая шепотом: «Знаю, как больно, знаю… Поплачь, поплачь…»

— Ладно, твоя взяла, — шмыгая носом, отступила я, — поехали к твоей волшебнице, или как ее там, я только умоюсь и отдышусь, а то еще народ распугаю.

— Не волнуйся, ехать нам в Крылатское, а в моем джипе тонированные стекла, если ты помнишь. Так что до Крылатского проветришься.

Мы довольно быстро доехали до своеобразного дома на повороте в Крылатское, где раньше давали квартиры академической публике. Несколько лет назад я проходила курсы повышения квалификации в Кардиоцентре, а это очень далеко, зато в Крылатском жила моя дальняя родственница по маме, я изредка оставалась у нее ночевать, чтобы ближе ездить. Тогда она решила стать моим экскурсоводом по любимому своему району, и мы гоняли с ней по всему Крылатскому на ее разбитой по правому боку старенькой «девятке». Она с гордостью почему-то все время показывала на этот необычный дом и каждый раз говорила:

— Я знаю, в этом доме квартиры двухэтажные, здесь Котеночкин живет, мультипликатор. Вот хорошая фамилия для мультипликатора!

Она тогда повторила про этого Котеночкина раз сто, а также про соседство Задорнова, семьи Ельцина и прочих известных людей. Поэтому сейчас, когда мы выбрались из машины и зашли в довольно обшарпанный подъезд этого дома, мне показалось, что Котеночкин немедленно выйдет нам навстречу. Но мы беспрепятственно, без всяких мультипликаторов, поднялись в лифте и зашли в одну из квартир. Нас встретила полная румяная женщина лет пятидесяти, напоминавшая луну в полнолуние на южном летнем небе. На ней был надет большой белоснежный фартук, припудренный мукой. В квартире пахло пирогами и корицей.

«Наверное, не ведьма. Слишком приятная», — механически констатировала я про себя и немного расслабилась. Запах в квартире настраивал меня на добрый, позитивный лад.

— Здравствуйте, здравствуйте. Меня зовут Софья Сергеевна, я добрая волшебница, ты — Верочка, я уже знаю, но сначала — чай, — улыбнулась Луна и пригласила нас в кухню, неторопливо и уютно пролетев по чистейшему светлому полу в мягких тапочках с рыжими помпонами. — А после чая я покажу вам квартиру. Она действительно двухуровневая, но не очень-то удобная, честно сказать, — добавила Софья Сергеевна. — Держу ее для проведения встреч с хорошими людьми, и до дачи рукой подать.

Мы с Надей с любопытством вертели головой, но увидели только множество книг на застекленных полках до самого потолка. Я успела разглядеть — Юнг, Мераб Мамардашвили, Ирвинг Ялом, Перлз…

На кухне царила старая Англия — мебель цвета слоновой кости, стилизованная под камин вытяжка, бесчисленное множество аккуратно подписанных баночек со специями и кореньями. Стол сервирован посудой в розочках для чая и заставлен тарелочками с аппетитными пирожками. На мягких стульях высились еще и дополнительные уютные круглые подушечки, вышитые крестиком. Где-то очень тихо играла лютня. Меня охватило чувство какой-то глубокой сладости, покоя и тепла. Может быть, я еще выживу?

— Руки можете не мыть, я дам вам специальные горячие салфетки с розовым маслом, почти как в японских ресторанах. Ароматерапия! — улыбнулась добрая волшебница, вынимая розовые теплые салфетки и протягивая нам. — Сначала чай с пирогами, а потом все остальное, идет?

Мы с Надей переглянулись и рассмеялись, устраиваясь за столом.

Чай оказался тоже необыкновенным: с насыщенным крепким вкусом, легкой ноткой бергамота и оттенком тимьяна. Приятно пить чай нужной крепости и температуры из тонкого фарфора, закусывая пирожками с яблочной начинкой, сидя рядом с надежной подругой Надеждой и доброй волшебницей Софьей. Мы с аппетитом уплетали угощение, не касаясь цели нашего визита. Хозяйка дома заботливо подливала нам чай и дождалась того момента, когда мы с Надей разомлели и насытились.

Тут Софья Сергеевна вдруг стала серьезной, в одно мгновение превратившись в преподавателя университета. Она пригладила волосы, стянутые в аккуратный пучок, сняла белый фартук и сказала:

— Вера, я кое-что знаю о вашей ситуации. Наденька мне рассказала и о вас, и о том человеке. Алеша его зовут, кажется, да?

Я кивнула, вздохнув.

— Мы представляем направление, которое очень мало известно у нас в стране. Это ноэтическая динамика, учение о сознании. Поэтому вы можете быть совершенно спокойны: приворотов, отворотов и всего этого чернокнижного хозяйства не будет. Мы сделаем некоторые легкие процедуры, и ваше сознание приведет вас туда, куда нужно. Пойдемте в комнату, на второй этаж. Надеюсь, вы больше меня не боитесь, поэтому Надюшу мы можем отпустить.

Я совершенно спокойно последовала за Софьей Сергеевной, звонко чмокнув на прощание Надю в теплую и румяную щеку.

— Все будет отлично, вот увидишь, — шепнула мне она и показала большой палец.

Мы с Софьей Сергеевной поднялись по скрипучей лестнице. Верхняя комната оказалась просторной. Потолок представлял собой голубое небо с нежными пушистыми облачками, а стены были покрашены необыкновенно яркой синей краской, которой красят стены и окна только в южных странах, из мебели были только несколько глубоких кресел с подлокотниками, два мольберта, большая коробка с пастельными мелками, плетеная корзинка с разноцветными клубками шерстяных ниток и CD-плеер на современной подставке с набором дисков на хромированной стойке.