Чтение онлайн

– Пока никого не нашли, – сказал он. – Вельцер не мог ошибиться?

– Нет-нет, – проговорил Муциев. – Я тоже видел.

– Это был человек? Может, какое-то животное?

Муциев обиженно улыбнулся.

– Тут есть гиены, – сказала Ангелина. – Они иногда встают на задние лапы, совсем как люди.

– Всё-таки, кажется, это был человек, – неуверенно проговорил сбитый с толку Муциев.

– Хорошо, давайте искать, – пожал плечами Сенин, всем своим видом показывая, что на успех уже не надеется.

– Мы взяли детектор движения, – сообщил Карелов.

– Да, попробуйте.

«Только бы он не пошевелился, – думал в этот момент Сенин. – Только бы сидел тихо».

Никому из своих ребят Сенин о встрече на свалке не сказал. Это, конечно, было не очень порядочно – дурачить людей, заставлять их бесцельно перекапывать мусор, но в своем ремесле Сенину доводилось играть с подчиненными в еще более неприглядные игры.

Он четко знал еще с тех времен, когда начал выполнять оперативные поручения: нельзя без достаточных оснований раскрывать свои источники никому. Только непосредственному начальнику, но начальство было сейчас далеко. И до него еще дойдет очередь. Человек пошел на контакт и просил сохранить свое инкогнито, значит, на это есть веские причины.

После обеда Сенин сходил к химикам и попросил у них комплект для абсорбционной спектроскопии. Те, конечно, удивились и спросили, зачем. Сенин их неуместное любопытство пресек вежливо, но решительно. Вспомнив курс полевой криминалистики, он обработал окровавленный клочок рубашки щелочью и восстановителем и затем на силуфоловой пластинке совершенно отчетливо увидел спектр гемохромогена. Это была, вне всякого сомнения, кровь, а не краска и не соус.

Немного позже Сенин собирался получить доказательство того, что это человеческая кровь. Для этого требовалась преципитирующая сыворотка, которая наверняка была в милицейском хозяйстве Ангелины. Но с нею Сенину пока откровенничать не хотелось. По крайней мере, до разговора с биотехником.

Секреты секретами, но идти в ночь, на встречу неизвестно с кем без подстраховки Сенин не собирался. Поэтому, едва в небе обозначились сумерки, он передал своим, чтоб собрались вместе и приготовились к инструктажу. Он хотел сказать им, что сегодня никаких гулянок не будет. Чтобы все оставались на связи и были готовы срочно выехать. А куда – это пока не разглашалось.

Сенин вошел в комнату, где его ждали бойцы, и тут же почувствовал, что с ним творится что-то не то. Ему неожиданно захотелось присесть. Пытаясь совладать с собой, Сенин выдавил несколько слов: получилось что-то вроде «будьте наготове, я должен уйти…» Полный бред, но голова вдруг отказалась работать.

Сенин сосредоточился. Он уже видел, что парни смотрят на него с изумлением.

– Сегодня… – выдавил он. – Не вздумайте ничего делать. Я буду там…

Он посмотрел на ладони, которые вдруг нестерпимо зачесались, и увидел, как под кожей бегают маленькие круглые комочки – быстро-быстро, словно молекулы в броуновском движении.

– Что это такое? – растерянно проговорил он и протянул ладони.

Бойцы хлопали глазами – они ничего не видели и не понимали, что происходит.

– Это будет сегодня… – с трудом выдавил Сенин и неловко облокотился на стену. Потом вообще завалился.

Все вскочили. У Сенина перед глазами всё еще мельтешили эти странные комочки, теперь они бегали по потолку, по стенам. Он всё видел, слышал и вроде бы понимал, но не мог пошевелиться и сказать хоть слово.

Потом появился врач – здоровенный, лысый, с сердитыми глазами.

– Всё ясно, несите ко мне, – сказал он.

Сенин увидел, что его кладут на носилки. Он напрягся и из последних сил выдавил:

– Меня ждет человек… за периметров… это важно.

– Да-да, всё нормально, – успокоил его врач и похлопал мощной ладонью по груди.

В медблоке Сенина раздели. Врач выгнал бойцов и быстро осмотрел его. Потом спросил:

– Ты меня еще слышишь?

Сенину было неимоверно тяжело говорить, он лишь прикрыл веки в знак согласия.

– Вы меня поражаете, ребята, – со злостью сказал врач. – Как можно было прилететь сюда без прививок? Тебе говорили про вакцинацию?

– Я… – прохрипел Сенин. – Я проходил…

– Проходил? Если б проходил, не валялся бы здесь сейчас. Как тебя вообще на борт пустили?

– Я… я… – хрипел Сенин.

– Ладно уж, молчи. Ты подцепил рыбью чесотку. Интересно, где…

«На свалке», – мысленно предположил Сенин. Врач приставил к его лицу маску на длинном шланге.

– А ну, вдохни сильно несколько раз.

Сенин послушался. В голове как-то сразу посвежело, мышцы по всему телу заметно напряглись.

– Легче?

– Я… мне не сделали какую-то прививку, – смог выговорить Сенин. – Санитар сказал, нет сыворотки. Большая партия переселенцев. Он сказал… сказал, чтобы я здесь привился.

– Ну, и что же ты?

– Суматоха, – Сенин попытался виновато улыбнуться.

– Суматоха… – передразнил его врач. – Ничего, зато теперь никакой суматохи тебе не будет. Недельки эдак две…

– Две?! – Сенин попытался подняться. – Я не могу… это важно…

– А кто тебя спрашивает? Да и куда торопиться? Следующий транспорт раньше чем через месяц отсюда не уйдет.

– Черт… – Сенин свалился на подушку.

– Не падай духом, парень. Вылечим. И не таких лечили. Рыбья чесотка – дело, конечно, нехорошее. Симптомы неприятные. Но ты, думаю, не расклеишься, а?

– Передайте моим, что старшим назначен Карелов. И еще… – Он скосил глаза на углы, где из щелей свисали клоки «мочалки». – Можно вот это убрать?

– Да можно, – пожал плечами врач. – А что, так сильно мешает?

Сенин снова начал терять силы. Врач заметил это и, что-то пробормотав, вышел за дверь.

«Спать, – думал Сенин. – Спать, только спать… Завтра поднимусь. Конечно. Отдохну и обязательно встану…»

Но ни завтра, ни послезавтра Сенин не встал. Зато сполна ощутил, что означает термин «неприятные симптомы».