Чтение онлайн

— Вам теплицу окуривать, или растения опрыскивать?

— Есть разница?

Снисходительная улыбка уничтожила Андрея Михайловича морально, но последующие пояснения того стоили:

— Для окуривания не сезон, серные шашки только осенью, поэтому возьмите чистую серу в мешке.

— Разве в шашках не чистая?

— Тридцать процентов примесей и вспомогательных веществ.

Самарин подумал и решил, что чистота ингредиентов никогда не вредила экспериментам, и согласился:

— Да, пожалуй мешков пять возьму.

— Скока-скока?

— У меня участок больше семидесяти соток.

— Тогда берите восемь, чтобы два раза не ездить.

Дополнительно Андрей Михайлович стал счастливым обладателем шести топоров, трёх двуручных пил под народным названием Дружба-2, и трёх ножовок по металлу с тридцатью запасными полотнами. Взял бы ещё, но в провинциальных магазинчиках не делают больших запасов, предпочитая разнообразие ассортимента, а не объёмы. Заинтересованная продавщица усиленно строила глазки пожилому, но хозяйственному и в чём-то даже симпатичному покупателю, и Самарину пришлось даже попросить у неё номер телефона. Нет, звонить он не собирался, но зачем огорчать невниманием хорошего человека, уже лет тридцать надеющегося на чудо? Ага, лет тридцать после окончания школы, если не больше.

От былой снисходительности не осталось и следа, и польщённая вниманием и парой комплиментов мадмуазель наконец-то представилась томным голосом:

— Меня Валентиной зовут. Можно просто Валей.

— Красивое имя. А я Андрей Михайлович.

Валя якобы эротично прогнулась, показывая рукой на полки с товаром:

— Чувствуется в вас, Андрей Михайлович, крепкий хозяин. А вот есть ли в вашем хозяйстве хорошая дрель?

— Есть две штуки. И шуруповёрт тоже есть.

— А ручные дрели? Те самые, что зажимают крепкое сверло надёжными кулачками, и крутят… крутят… крутят…

— И что вы можете предложить?

— Всё! — горячо выдохнула Валентина. — Весь ассортимент моего… хм… магазина в вашем распоряжении, Андрей Михайлович.

— Я это запомню, — пообещал Самарин, и оглянулся в поиске путей для отступления. Всё же возраст немного не тот, да и вообще…

Но дрели пришлось купить. Три штуки. И коловорот. И восемь наборов по двадцать четыре сверла.

— Вот ещё напильники хорошие, — облизнула пухлые губы Валентина. — Смотрите какие толстые и крепкие рукоятки! Как только представлю, что беру их в руки и пот эдак провожу по металлу… Медленно провожу по металлу… Туда-сюда, туда-сюда. А деталь зажимаю в тиски. Вам не нужны тиски? Слесарные, разумеется. Винт из закалённой стали и широкие губки! Они способны удержать любую деталь, увеличивая производительность труда в несколько раз!

Самарин достал платок и промокнул внезапно выступивший на лбу пот:

— Валентина, у меня на тиски денег не хватит.

— Возьмите бесплатно, Андрей Михайлович. Считайте это рекламной акцией.

— Я подумаю, Валечка. Нужно подготовиться.

— Морально?

— Ну что вы, Валечка, морально я уже готов, но хороший инструмент лучше всего проверять в мастерской. В хорошо оборудованной мастерской.

— Ах, Андрей Михайлович, вы такой мастеровитый и хозяйственный! Вам помочь донести покупки до машины? Вы ведь на своей машине?

Не дожидаясь ответа, Валентина подхватила два двадцатипятикилограммовых мешка с серой и, изящно покачивая бёдрами, пошла к выходу. Самарин взял только один мешок и поспешил следом. Не испугался бы спросонья княжич при виде такой вот валькирии.

— Которая ваша? — Валя остановила оценивающий взгляд на новенькой «Субару Форестер», припаркованной точно напротив двери.

— Чуть дальше, вон та беленькая, — показал Андрей Михайлович, в глубине души надеясь, что неказистый вид его средства передвижения умерит пыл любительницы слесарного инструмента. — У меня Нива.

Надежды не оправдались — в деревнях и маленьких городках человек, способный поддерживать в рабочем состоянии всегда ломающееся и прожорливое чудовищное изобретение вазовских умельцев, по умолчанию считается состоятельным.

— Ах, Андрей Михайлович, как я люблю полный привод, если бы вы знали!

— Я как бы тоже…

— Мы с вами родственные души, не находите?

От скрежета открываемой задней двери проснулся Тимофей и выглянул из-за спинки.

— Внук?

— Пожалуй что и внук, — согласился Самарин.

— А бабушка у него есть? — насторожилась Валентина.

— Она с нами не живёт, — успокоил её Андрей Михайлович. — Причём уже давно.

Валя кивнула каким-то своим мыслям и предложила:

— Вы внука пока умойте, а я сама всё перетаскаю. Хорошо?

— Я всё-таки мужчина…

— В мастерской вы это мне и докажете, Андрей Михайлович, — Валентина решительно пресекла попытку отказаться от помощи. — Мы договорились?

— Я позвоню. Я обязательно позвоню, — ответил Самарин, и добавил тихим шёпотом, чтобы никто не услышал. — Когда-нибудь потом.

К приезду племянника и Полины Дмитриевны, ожидающемуся рано утром, Самарин решил привести к приличному виду хотя бы лужайку перед домом. Начал готовиться вечером, для чего тщательно по инструкции из интернета отбил найденную в сарае литовку. Правда, косить траву Андрей Михайлович не умел и даже никогда не пробовал это делать, но не боги горшки обжигают! Что там уметь, размахивайся только пошире, да время от времени поправляй заточку брусочком. Фигня делов…

— Сейчас мы с тобой, Тимофей, быстренько тут управимся, — несколько самонадеянно пообещал он наблюдающему за приготовлениями княжичу. — До темноты ещё долго.

И с первого же взмаха засадил острый кончик косы в створку ворот. Насквозь толстую доску не пробил, но вытащить получилось не сразу. Но справился.

— Мать вашу! — второй взмах пришёлся по спрятавшемуся в траве муравейнику, из-за чего тот буквально взорвался. — Понастроили тут…

Потом Андрей Михайлович подумал и решил, что укос следует начинать с краю, чтобы скошенная трава не мешала следующему проходу. То есть, со стороны дороги.