Чтение онлайн

— Глаза закрыты, тело желает сна, — зарычал Урусандер, — но я вижу его.

— Милорд, вас называют Отцом Светом.

— Синтара, меня зовут Вета Урусандер, и единственный титул мой — командующий легионом. С чего вы взяли, будто я желаю брака с Матерью Тьмой? Что, — голос становился все грубее, — в моем прошлом заставило вас с Хунном Раалом считать, будто я желаю ее в жены?

— Ничто, — отвечала Синтара, — кроме вашей верности идеям чести и долга.

— Долга? Кто назвал его так? Не Мать Тьма. И не аристократы. Вы окружили меня ожиданиями, верховная жрица, однако рев оглушает лишь одно ухо. Со стороны второго доносится благая тишина.

— Больше не так, — возразила Синтара, и Ренарр уловила в ее повадке нечто вроде торжества. — Я вошла в контакт с Верховной Жрицей Эмрал Ланир. О нет, не я стала инициатором. Милорд, она признала необходимость равновесия, перемен ради справедливости. Он даже признает насущность союза Матери Тьмы и Отца Света. Милорд, если она не говорит от имени богини, к чему титул верховной жрицы? Так? Да, — шагнула она ближе к полководцу, — мы ищем лишь способа начать.

— Назначенный брак, — горько улыбнулся Урусандер, — завоюет мир для королевства. Избавившись от выбора, мы удовольствуемся одной тропой.

— Мать Тьма снисходит к вам. Не это ли победа?

— Но Легион Хастов готовится к войне.

Верховная жрица пренебрежительно махнула рукой. — Просто восстанавливается, милорд. Могло ли быть иначе?

— Лучше было бы закопать проклятое оружие, — заявил Урусандер. — Или переплавить. Хаст Хенаральд слишком усовершенствовал свое искусство, коснувшись тайн, кои следует оставить нетронутыми. Я осуждаю измену Хунна Раала, хотя частично понимаю его резоны. Однако доведите до вашего Смертного Меча, Синтара: есть у него священный титул или нет, ответить за преступления придется.

Ее брови взлетели: — Милорд, он не признает моего старшинства, как я ни стараюсь. Впервые услышав о придуманном им титуле, я обратилась к Старому Языку, ища альтернативы, более подходящей для храмовой иерархии. И нашла титул Дестрианта, то есть верховного жреца, не принадлежащего ни одному храму. Владения Дестрианта лежат, скорее, за границами освященной земли. — Она замолкла, пожимая плечами. — Он отказался. Если Хунну Раалу суждено ответить за преступления, лишь Отец Свет сможет вести суд.

— Не его командир?

В ответе Синтары звучал намек на сарказм. — Жду новостей о ваших попытках, милорд. Полагаю, он недавно избавился от звания капитана.

— Где он сейчас?

— Известно, что он вернулся в лагерь Легиона. Есть проблема с ротами, вышедшими на охоту за Шаренас Анкаду.

Упоминание имени Шаренас вызвало на лице Урусандера хмурую гримасу. Он снова отвернулся к окну — единственный понятный Ренарр знак смятения.

Синтара стояла, как бы ожидая прямого взгляда. В конце концов, командующий не позволил ей уйти. Вскоре ее взор коснулся Ренарр, сидевшей на стуле около письменного стола. Жрица кашлянула. — Благословение тебе, Ренарр — прости, что не заметила твоего присутствия. Все хорошо?

«Я столь незначительна, что меня не замечают? Вряд ли». — Честно говоря, я разочарована, — сказала Ренарр, — хотя воображаю, как твой ручной историк добавит этой встрече значительности, сочиняя разнообразные отчеты для потомков. Полагаю, его присутствие необходимо, учитывая нужду в каком-нибудь Священном Писании, тирадах о рождении славного Света и так далее. — Она улыбнулась. — Если не будет лень, я тоже составлю пару свитков. Было бы странно, если бы новорожденная религия не раскололась на секты. Не следует ли как можно скорее посеять семена раскола? Книга Сагандера и ее противоположность, Книга Ренарр, приемной Дщери Отца Света. Воображаю, какие начнутся священные войны, как затрясется древо, еще не пустившее корней.

Синтара вяло ей подмигнула. — Цинизм, Ренарр, есть пятно на душе. Оно несет горечь даже для тебя самой. Иди в Палату Света. Молитвы и труд избавят тебя от проблем.

«Проблем? О, женщина, ты называешь пятном мой герб? Он вычерчен в душе, и сулить воздаяние не смеешь ни ты, ни Свет, ни вами сотворенные храмы» . — Благодарю за приглашение, Верховная Жрица. Не сомневайтесь, я поняла чувство, лежащее за вашим пожеланием.

Сагандер ткнул пальцем в сторону Ренарр и почти прорычал: — Ты не дочь по крови, потаскуха. Осторожнее со словами!

Урусандер тут же обернулся. — Уберите проклятого умника из комнаты, Синтара. Что до записей о встрече, моя рука не дрогнет. Сагандер, ваши писания мне отлично известны, поскольку искажают все возможные идеи правосудия. Ваш ум не равен задаче, продиктованной желанием сердца, и годы, очевидно, ничего не дали вам, кроме многих слоев озлобленности. Вон отсюда!

Синтара упрямо распрямила спину. — Милорд, Мать Тьма ожидает нашего формального ответа.

— Мать Тьма или Эмрал Ланир?

— Хотите, чтобы Мать адресовалась лично к вам? Она говорит устами Верховной Жрицы. Иная интерпретация невозможна.

— Да ну? Невозможна? А вы говорите за меня? Или Хунн Раал присвоил себе это право? Сколько же у меня будет голосов? Сколько разных моих ликов узрит ваш драгоценный Свет?

— Хунн Раал действительно архимаг, — бросила Синтара, наполняя титул презрением. — Превращает в пародию волшебство, которое исследует. И все же источник — Свет. Мы обладаем силой, милорд, этого нельзя отрицать.

— Я возражал против пренебрежения, — рассердился Урусандер. — Ничего более. — Гнев стал ощутимым, заставляя тело командующего дрожать. — Выказал чувство горечи, молил о чем-то похожем на справедливое воздаяние за жертвы, принесенные нами ради государства. Я говорил перед знатью, требуя выделить нам земли в виде компенсации, но получил отказ. Вот, верховная жрица, семя моего негодования. А теперь… вы и многие другие оседлали мое недовольство, и нас несет на волне смерти и разрушения. Где же тут справедливость?

Ренарр пришлось признать самообладание Синтары, ибо та не отступила, не задрожала пред яростью Урусандера. — Вы обнаружите, милорд, что сами ее творите с позиции равенства — с Трона Света, который поставят рядом с Троном Тьмы. Вот почему знать ополчается против вас. Вот почему они сражаются против вашего возвышения. Но вы, Урусандер, и Мать Тьма — лишь вы двое, объединившись, сможете это остановить. С высоты трона вы вырвете у знати все, что пожелаете…

— Я желаю не для себя!

— Да, ради солдат. Верных солдат, коих, как вы сказали, нужно вознаградить.