Чтение онлайн

— Знать сохраняет имения и богатства, — пояснила Синтара. — Бросить всё на одно поле… нет, они не глупцы, историк. Будет нелегко отнять у них привилегии. Спорим, они решат тянуть время. Когда мы скопимся в городе, когда пройдут дни и месяцы, они начнут сеять раздор.

— Верность Легиона…

— Кончится, когда Легион распадется, — бросила она. — Едва это случится, начнут расти жадность и предприимчивость. Друзья рассорятся.

— Нужно будет расширить границы, — заявил Сагандер. — Показать, что земель еще достаточно.

Шелтата Лор фыркнула. — Историк, посмотрите на карту, прежде чем болтать глупости. Наши границы не без причины очерчены так грубо. Вокруг бедные земли, диких стад давно нет. Где бы поселенцы ни пытались пахать — без толку. На севере Джелеки, их уже отогнали очень далеко — начнем войну, сир, и встретим самого отчаянного врага, что будет сражаться до смерти, не сдаваясь в плен. Но, о чудо, у нас уже нет Легиона. Восток подчиняется тлетворному влиянию Витра, на юге обитают Форулканы. Запад? А, вам слишком хорошо знаком этот путь, верно?

Сагандер кривил губы. — Не делай вид, будто знаешь больше взрослых, дитя. Я отлично осведомлен об ограничениях географии. Нужно давить на юг и запад. Прежде всего возьмем земли Азатенаев, ибо, скажу по секрету, они сами их забросили. Форулканы же побеждены. Живут в страхе перед нами. — Он повел рукой. — Возможные сражения предоставим Легиону Хастов.

— Как же, — улыбнулась Шелтата. — Думаю, будет весьма полезно понаблюдать за ними сегодня. За отбросами и каторжниками.

— Тогда нужно всего лишь вырубить леса, распахав щедрые поля.

— А судьба отрицателей?

— Ты, похоже, была невнимательна, — ощерился Сагандер. — Почти все убиты. Нет, их время окончилось. Как многие лесные твари, они вымирают.

— Признаетесь в отсутствии жалости, историк?

— Жалость? Напрасная трата сил.

— Вовсе нет, — возразила Шелтата, — когда речь заходит о вашей хромоте.

Сагандер сверкнул глазами.

— Тише, Шелтата, — устало вздохнула Синтара. — Каждому из нас выпала своя роль, давайте же обдумаем ее. Посмотри лучше внутрь себя, найди свое предназначение. — Она улыбнулась юной женщине. — Вижу, как ты раздвигаешь ноги в коморке храма. Подарить тебя Матери Тьме?

— Ну, Синтара, кому дано знать? Хотя… я отыщу вашу прежнюю коморку. Полагаю, простыни придется тщательно отстирать, отбить самые грязные пятна. Если это вообще возможно.

В холодной ярости Синтара выбросила щупальце дикой колдовской силы, чтобы ударить Шелтату по лицу. Но эманацию отчего-то отклонило, направив в дверцу повозки. Дерево взорвалось, осыпая щепками Синтару и Сагандера. Закричав, верховная жрица схватилась за лицо, чувствуя торчащие из кожи обломки. Ошеломленно отвела ладони, уставившись на залившую их кровь.

Сагандер тем временем хватался за горло, в которое угодил большой обломок дверцы; кровь пульсировала, стекая на колени. Синтара уставилась на историка. Слишком много крови, ужас в глазах…

Невредимая Шелтата тоже смотрела на Сагандера, без всякого выражения, смотрела, как тот давится и тонет в алой жидкости.

Карета качнулась и встала, лошади ржали в ужасе. Разбитая дверь открылась, скрипя петлями; внутрь заглянула Инфайен Менанд. Тусклые глаза оглядели повреждения. Она вытащила оседавшего на сиденье Сагандера. На глазах Синтары бросила старика на мостовую, едва взглянув вниз — и снова сунулась в карету.

— Не ослепли? Везучая вы. Но высвобождать магию в повозке? Что овладело вами, Верховная Жрица, что привело к этакой глупости?

Пока Синтара силилась найти ответ — все еще потрясенная кровью на руках, щеки залил холодный пот — Шелтата Лор ответила: — Капитан, думаю, мне лучше поехать верхом, пусть нога еще болит.

Инфайен моргнула, всматриваясь в молодую женщину. — А ты невредима. Забавно.

— Гнев помешал ей прицелиться. Ну, не подадите руку, капитан?

Поглядев на Синтару и пожав плечами, Инфайен помогла Шелтате вылезти из кареты.

Оставив Синтару наедине с ранами, с мокрой подушкой напротив. С сиденья еще капало.

Почти истерически Синтара закричала, подзывая служанок.

* * *

Ренарр осталась в седле, а лорд Урусандер спешился и присел около мертвого историка. С высоты Ренарр разглядела, как Хунн Раал скачет от авангарда.

Шесть жриц окружили повозку, из которой еще слышался резкий, звеневший гневом и потрясением голос Синтары. Капитан Инфайен Менанд помогала Шелтате влезть на лошадь, женщина хромала, но казалась не пострадавшей от ужаса, случившегося в карете.

Ренарр прищурилась, всматриваясь. Хунн Раал осадил коня подле Инфайен. Они тихо переговорили, потом Смертный Меч спешился и подошел туда, где Урусандер встал над трупом.

— Командир? Верховная жрица?..

Урусандер нахмурился. — Говорят, ее едва задело. Пустяки.

— Лицо, полагаю, порезано? — Тон Хунна Раала намекал на веселье. — Уже послал за целителем Денала — нельзя же позволить погибнуть такой красоте, верно же? Особенно в столь важный день.

Кажется, Урусандер не спешил отвечать, рассматривая Раала. — Важный, капитан? Бедняга Сагандер стал первой трагической, бессмысленной жертвой сего дня. Боюсь, далеко не последней.

— Кровь — цена всему, — пожал плечами Раал. — Всему важному. Ну, командир, разве мы не солдаты? Нам ли не знать истину?

— Волшебство взяло первую жертву, но, кажется, жертву случайную. Заучите урок, капитан. Контроль остается иллюзией — магии все равно, как ее используют.

— Стали знатоком, командир? — Хунн Раал улыбнулся.

— Нет, просто всё очевидно. Я не готов пожертвовать рассудком и способностью мыслить. Конечно, Хунн Раал, у вас были десятки лет, чтобы ослабить мозги. — Махнув рукой, Урусандер отвернулся и сел на коня. Не видя, как Смертный Меч сверкает глазами, но тут же вновь ухмыляется.