Паранормы

Дорога пошла под уклон.

Нестор привычно сбросил скорость и внезапно обнаружил, что тормоз не действует! Как он ни нажимал на педаль, его скромная «Рено Аркана» серебристого цвета продолжала увеличивать скорость, а когда трасса вильнула влево, отказал и руль. Машина слетела в кювет и врезалась в пень, выросший перед ней сказочным великаном.

Нестор ухитрился нырнуть в сорванную могучим ударом дверцу, не успев понять, как это произошло, и его вынесло к стене колючего кустарника, исцарапавшего лицо. Пролетев сквозь эту стену, он оказался почему-то в библиотеке: ряды книжных шкафов не позволяли усомниться, что это в самом деле библиотека, освещённая тусклой свечкой, одиноко стоящей на столе.

Налетев на стул, Нестор закрутился волчком, и его подхватили под руки две тёмные фигуры. Напротив выросла ещё одна фигура в чёрном плаще с капюшоном, и на Нестора глянул зрачок пистолета.

– Ты приговорён к смерти! – раздался гнусавый голос.

– За что?!

– За несанкционированное подавление.

– Но я никого… не подавлял.

– Вспомни Дениса! Зачем ты использовал свою силу, не имея на это права?

Нестор подумал о сыне Анны Матвеевны, с которой вместе работал в нотариальной конторе. Он действительно помог двенадцатилетнему мальчишке избавиться от приставаний одноклассника, хотя об этом не мог знать никто. Свидетелей не было.

– Я хотел… решить проблему… не доводя её до полного негатива.

– Ты не имел права раскрывать свои способности. Умри же за это!

Палец палача в чёрном сдвинул курок пистолета, но за мгновение до выстрела Нестор сконцентрировался, «вылетел» из себя, «прыгнул» в голову убийцы, и тот выстрелил… в тех, кто держал Нестора под руки.

Сознание помутилось, ныряя в бездну тьмы… и парень проснулся на краю постели, в поту, свесив затёкшую ногу.

Полежал с минуту, приходя в себя, успокаивая сердце и гадая, что хотело сказать ему подсознание, о чём предупредить. Вспомнил инцидент, о котором заговорил палач в чёрном плаще.

Вся эта вполне житейская история случилась несколько дней назад. На работе он (а служил Нестор Безоружный уже пять лет как в нотариальной конторе Величко) поинтересовался причиной плохого настроения у коллеги, тридцатилетней Анны Тарасовой, и та призналась, что серьёзно расстроена. У симпатичной матери-одиночки был сын Денис, ученик шестого класса. Его, как оказалось, вот уже второй год подряд третировал одноклассник по имени Лёва, сын начальника полиции Южи. Этот Лёва был переведён в класс Дениса из другой школы по причине скверного характера и воспитания и сразу невзлюбил тихого очкарика, не способного дать сдачи.

Провожая одноклассника до дома, он издевался над ним разными способами, а иногда просто колотил, будучи не по возрасту крупным, хотя и немускулистым. За выдающийся живот и толстый зад его втихую дразнили Боровом, что только добавляло злобы в его отношение к сверстникам.

Анну Матвеевну (все в конторе звали её Анютой) Нестор уважал за доброту и отзывчивость, поэтому её слёзы подействовали на него сильно. Выслушав коллегу, он вызнал подробности конфликта и внезапно для себя самого решил помочь, тем более что мужа у Анны Матвеевны не было и воспитывала она сына одна.

Школа располагалась на площади Ленина: жёлтое трёхэтажное здание, в левом крыле которого имелась столовая. Нестор отпросился у начальницы конторы Натальи Степановны Величко, шестидесятилетней дамы с седыми локонами, и подогнал машину к школе к двум часам дня. Приоткрыл окошко, сосредоточился на подготовительном ритуале сродни медитации, помогавшем ему создавать то, что он сам называл «мысленным нокдауном». Он очень удивился бы, узнав, что феномен имеет научное объяснение и прячется под парой терминов, таких как «индивидуальное психотронное воздействие» и попроще – «засос» или «подвал». Словечко «засос» являлось сокращением слов «затемнение сознания», а «подвал» – «подавление воли».

Громко прозвенел звонок, означающий конец урока, и через несколько минут на крыльцо школы высыпала толпа учеников, порождая бурю весёлых воплей.

Вышел и Денис Тарасов: высокий худенький паренёк с соломенными волосами, в очках, с рюкзаком за спиной. А вслед за ним потопал и Лёва Шмалько. Дождавшись, пока объект его издевательств немного отойдёт от школы (Денис с матерью жили в квартале от неё, на улице Пушкина), Лёва – здоровенный не по годам бугай ростом чуть ли не под метр семьдесят, с покатыми плечами, толстозадый, толстопузый и толстомордый, привыкший к тому, что ему всё сходит с рук благодаря должности отца-полковника, догнал мальчишку и с ходу толчком в спину отправил его с тротуара на проезжую часть.

К счастью, водитель внедорожника «ниссан», едущего по улице, успел затормозить, и Денис под колёса автомобиля не попал.

Дальнейшие события развернулись в течение минуты.

Нестор «прыгнул», и его сознание овладело сферой мышления драчуна, не успевшего сообразить, что происходит.

Восприятие информации, запасённой памятью реципиента, и уяснение главных приоритетов поведения мальчишки стало делом нескольких мгновений. Нестор успел за это время и понять его характер, и осознать правила жизни семьи Шмалько (полное пренебрежение к судьбам окружающих), и определить алгоритм воздействия на его психику.

Проще всего было бы поставить блок в подсознании мальчишки на негативное отношение к Денису. Однако Нестор поступил чуточку иначе. Он не только соорудил блок «антизла», но и заставил Лёву при всех подойти к Денису и попросить прощения, что буквально вызвало у свидетелей, знавших нрав малолетнего агрессора, ощущение разорвавшейся бомбы. Ещё никогда и ни у кого Боров прощения не просил!

Вернувшись в своё тело, Нестор посидел в машине, наблюдая за детьми, живо обсуждавшими родившуюся на их глазах сенсацию, проводил глазами Дениса, вряд ли понимавшего, что произошло, и поехал на работу…

Сон с предупреждением приснился ему на следующую ночь, заставив молодого человека (двадцать восемь лет, за плечами институт лёгкой промышленности в Иванове, женитьба, короткая семейная жизнь, закончившаяся отъездом жены с любовником в Европу, мастер спорта по бегу на длинные дистанции, рост сто восемьдесят пять, скуласт, глаза серо-голубые) задуматься о причинах столь экстравагантного ментального послания. Однако предпосылок к предупреждению он не нашёл и успокоился, подумав, что просто перенервничал после разговора с Анютой, приняв её переживания как реально случившееся с ним самим.