Чтение онлайн

Вот я и пошел в бар «Бродячий кот». Я знал, что сегодня за стойкой Сет. Значит, можно надраться на халяву.

— Какие люди! — обрадовался Сет. — Первый день на новом месте, а?

— Ну!..

— Что, так хреново?

— И не спрашивай.

— Да уж, сам вижу... — Он плеснул мне скотча.

Я не ужинал и устал как собака, и спиртное сразу ударило в голову.

— И что уж такого страшного? Первый день, тебе показали, где туалет, так? — Сет глянул на телевизор, где шел баскетбол, и снова повернулся ко мне.

Я рассказал о Норе Соммерс и ее шуточке с «Ньютоном».

— Вот ведь сука! С чего ты ей сдался? Ты же только пришел, ни хрена не знаешь, так?

Я покачал головой:

— Да нет, она...

И вдруг до меня дошло: я же не объяснил Сету главного! Что я считаюсь суперзвездой из «Уайатта». Черт. А без этого вся история о Норе-драконихе не имеет смысла. Мои мозги превратились в непрожаренный омлет — нет, в плавленый сыр. Выкрутиться оказалось сложнее, чем взобраться на Эверест или переплыть Атлантический океан. Я заврался. Внутри меня все стало мягким и противным. Я так устал!

На мое счастье, Сета позвали.

— Извиняй, чувак, сегодня гамбургеры в два раза дешевле, поэтому народ повалил, — сказал Сет и понес куда-то пиво.

Я задумался о своих новых знакомых, актерах из «маленькой театральной афиши», как сказал этот странный Мордден. Они толпились у меня в голове и корчили рожи. Сгрузить бы кому все это! Рассказать о Чеде, о Филе-ветеране (не помню фамилию). О «Трионе», о Джоке Годдарде в столовой... Нельзя. Я не уверен, что вовремя остановлюсь и не сболтну лишнего.

Скотч почти выветрился, но в голове все равно тревожно гудело, будто в пианино с нажатой педалью. Потом резко запищало, как зашкаливший микрофон.

Когда Сет вернулся, он уже забыл, о чем шла речь. Мы, мужики, больше думаем о себе, чем о чужих проблемах. Мужская самовлюбленность меня и спасла.

— Знаешь, бармены очень нравятся женщинам, — заявил Сет. — С чего бы это?

— Трудно сказать. Может, не все бармены, а именно ты. Я повернул к нему пустой стакан.

— И то правда... — Он налил мне еще полета, кинул пару кубиков льда. Потом пожаловался, так тихо, что я еле расслышал (вокруг все говорили, да еще орал телевизор): — Шефу не нравится, как я наливаю. Вечно вставляет в стакан линейку: тренируйся! И проверяет: «Налей! Стой, куда так много! Все разольешь забесплатно!»

— А мне нравится, — вставил я.

— Вообще-то я должен брать с тебя деньги.

— Нет проблем. Я теперь хорошо получаю.

— Не парься! Барменам положены четыре бесплатных раза за вечер. Так ты говоришь, на работе достают... Мне вот на юрфирме шею мылят даже за десять минут опоздания.

Я кивнул.

— Ну, этот Шапиро не знает, с какой стороны подойти к ксероксу. Не умеет посылать факсы. Даже с «Лексис-Нексисом» не дружит. Без меня — как без рук.

— А может, он просто сваливает на тебя черную работенку?

Сет, похоже, не слышал.

— Я тебе говорил о своем последнем проекте?

— Колись.

— Объясняю: джинглы!

— Чего-чего?

— Ну, джинглы! Рекламные мелодии. Типа этой! — Сет кивнул на телевизор. Как раз шла малобюджетная реклама матрацев с идиотской песенкой, которая меня дико раздражала. — Я познакомился на фирме с одним парнем. Он работает на рекламное агентство и все мне рассказал. Пообещал устроить прослушивание в компаниях, которые этим занимаются: например, «Мегамьюзик», «Крашинг», «Рокет». Он говорит, легче всего прорваться на рынок через них.

— Сет, ты даже нот не знаешь.

— Ну и что? Многие звезды тоже не знают! И вообще, любую вещь можно выучить за тридцать секунд. Он говорил, девчонка, которая поет для «Джей-Си Пенни», тоже без музыкального образования, зато голос есть!

Женщина рядом со мной спросила Сета:

— Какое у вас вино?

— Красное, белое и розовое. Вам какого?

Она попросила белого, Сет налил ей бокал и повернулся ко мне.

— Петь — прибыльнее всего. Нужно только сделать ролик, записать диск, и ты лучший, тебя знает страна. Сечешь? Работы — ноль, баксов — куча!

— Н-да, здорово, — протянул я без особого энтузиазма.

— Не нравится?

— Да нет, что ты! Нравится! — Я заставил себя изменить интонацию. — Проект что надо!

Последние несколько лет мы с Сетом часто придумывали такие проекты, чтобы поменьше работать. Он с удовольствием слушал, как я филоню в «Уайатте», часами сижу в сети и читаю сайты вроде BoredAtWork.com, ILoveBacon.com или FuckedCompany.com. Больше всего мне нравились сайты с кнопкой «Менеджер». Если мимо проходит начальник, кликаешь на нее, и на экран вместо всяких вкусностей выводится скучная таблица в «Экселе». Мы с Сетом хвастались друг перед другом, кто сколько просачковал. Сет был рад возможности жить полулегально. Так проще оставаться маргиналом, циником, который никому ничего не должен.

Я пошел отлить, а по пути назад купил в автомате «Кэмел».

— Ты опять за это дерьмо? — спросил Сет, увидев, что я срываю упаковку с пачки.

— Да, да, — отозвался я тоном, который ясно говорил: «Лучше не трогай».

— Только потом не проси возить за тобой кислородный баллон. — Сет достал из холодильника стакан с мартини, добавил чуть-чуть вермута. — Смотри! — Он резким движением выплеснул вермут через плечо и влил в стакан немного джина «Бомбей сапфир». — Перед тобой идеальный мартини.

Пока он выбивал чек и относил мартини посетителю, я сделал большой глоток скотча. В горле начало приятно жечь. Меня так пробрало, что я с трудом удерживался на табурете.

Я бухал и бухал, как шахтер после получки. Нора Соммерс, Чед Пирсон и компания потихоньку отошли на задний план, съежились, стали смешными и безвредными, как герои мультика. Подумаешь, первый день дерьмовый, и что такого? Всем тяжело начинать. А я лучший. То-то! Иначе Уайатт не послал бы меня туда. И Джудит, его консультант, не тратила бы на меня время. Значит, они думают, что я смогу. А то они бы меня уволили и отдали суду на растерзание. И меня бы уже поставили раком в тюрьме «Марион».