Чтение онлайн

Лекарство от РМ.

За рулем сидел Сэмм, единственный из пятерых, кто умел водить машину. Маркус на заднем сиденье осмотрел Кирины раны: похоже, партиалы успели сделать только несколько уколов, взять немного крови и подготовить ее к операции, которую так и не провели. Ожог на ноге почти зажил, но гладкая – почти без шрама – кожа собственной голени вдруг показалась Кире чужой и незнакомой: отсутствие следов раны свидетельствовало о том, что не только регенерирующее подействовало быстрее, чем обычно, но и организм Киры восстанавливался быстрее, чем у обычного человека. Совсем как у Сэмма.

Она посмотрела на него в зеркало заднего вида и заметила ответный взгляд. На мгновение их глаза встретились. Другие не знали, а Кира и Сэмм никому ничего не сказали.

Неужели я правда партиал? Почему же я об этом не догадывалась? Партиалы быстро выздоравливают, но это первая серьезная рана за всю жизнь, так что у меня не было случая проверить, насколько быстро все заживает. Я толком никогда не болела. Говорит ли это о чем-то? Кира порылась в памяти. Что еще она знала о партиалах? Они не могут иметь детей, но она пока что ни разу не беременела. Партиалы сильные, быстрые, ловкие, но, может, это касается только солдат? Девушка вспомнила, как доктор Морган кричала что-то о секретных разработках и войне между группировками. Если я не солдат, тогда кто? Сколько всего у них групп и чего они хотят? А главное, зачем партиалам засылать к беженцам тайного агента?

– Ты какая-то тихая, – заметил Маркус.

– Прости, – ответила Кира, – мне есть над чем подумать.

Маркус задумчиво покосился на Сэмма, потом перевел взгляд на Киру и осмотрел ее ногу:

– Быстро у тебя все зажило. Они точно не сделали с тобой… ничего такого?

Кира почувствовала себя в ловушке. На тесном заднем сиденье машины ее охватил приступ клаустрофобии, несмотря на открытые окна и задувающий в них сильный ветер.

– Ты о чем?

Зочи приподняла бровь:

– Мы нашли тебя голой, привязанной к столу. Как ты думаешь, что Маркус имел в виду?

– Ничего такого не было, – быстро проговорила Кира.

– Ты же сказала, тебе вкололи снотворное. Откуда ты знаешь, вдруг они сделали что-то, пока ты была без…

– Ничего не было, – Сэмм поджал губы. Взгляд его был холоден. – Я не отходил от нее ни на секунду. Ей не причинили вреда.

– Но собирались, – не сдавался Маркус, – а ты и пальцем не пошевелил, пока мы не пришли.

– Я сделал все, что мог!

– Не спорьте, – попросила Кира. – Это все связь. Он не может ослушаться приказа.

– Это не делает его присутствие здесь приятным, – заявил Джейден. Он сидел на переднем сиденье с ружьем на изготовку, оглядывая проносившиеся мимо развалины.

– Я же вам помог, – проговорил Сэмм. – Помог сбежать. Что еще вам от меня нужно?

– Успокойтесь, – вмешалась Кира. – У нас сейчас есть заботы поважнее.

– Поважнее, чем солдат вражеской армии, который везет нас неизвестно куда? – съязвила Зочи.

– Мы едем на восток, – пояснил Сэмм, – подальше от контролируемых зон.

– Ага, в неконтролируемые, – хмыкнул Маркус. – Безопасно, ничего не скажешь.

– Мы не вы, – отрезал Сэмм. – У нас нет Голоса, бандитов и прочих… бунтарей. Если там нет ни одной военной группировки, значит, нет никого. К западу отсюда полно тех, кто нас ищет, поэтому мы едем на восток, пока не будем в относительной безопасности. И тогда мы… не знаю что. Спрячемся.

– Нет, мы найдем лодку и вернемся в Ист-Мидоу, – возразила Кира.

Маркус в изумлении уставился на нее.

– Шутишь? После всего, что мы там устроили? – Он покачал головой. – Да они нас убьют.

– Не убьют, когда узнают, что я привезла. – Кира покосилась на шприц, который лежал у нее на коленях. Маркус проследил за ее взглядом, нахмурился и ошарашенно посмотрел на Киру.

– Неужели это…

Кира кивнула:

– Я в этом уверена на девяносто девять процентов.

– В чем? – спросила Зочи.

– Это лекарство от РМ, – пояснила Кира.

Джейден обернулся и уставился на нее широкими от удивления глазами, и даже Сэмм на секунду отвлекся от дороги. Машина вильнула, но он тут же выровнял руль.

Кира подняла шприц.

– Я нашла в воздухе из легких Сэмма частицу, похожую на РМ, но не вирус. Оказалось, это один из феромонов. Партиалам от него никакого толку, поскольку функция у него только одна: вступать в связь с РМ. Частицы РМ, которые я обнаружила в крови новорожденных – это дезактивированная форма вируса, возникающая в результате взаимодействия с этим феромоном.

Маркус нахмурился:

– Значит, дети умирают, потому что у нас нет партиалов?

– Именно. Но если ввести им это вещество как можно раньше – при рождении или даже до него, с помощью внутриматочной инъекции, – у них будет устойчивость к вирусу, и мы сможем их спасти. – Она крепко сжала шприц. – Когда мы убегали из Ист-Мидоу, Мэдисон вот-вот должна была родить, и, может, Арвен уже умирает. Но мы ее спасем.

Маркус кивнул; Кира буквально увидела, как крутятся механизмы в его голове, осмысливая услышанное. Спустя мгновение он поднял глаза.

– А что, похоже на правду. – Он снова кивнул. – Судя по тому, что я видел в твоих исследованиях – хотя видел я немного, – это… вполне вероятно. Но готова ли ты рискнуть ради этого жизнью?

– А ты готов поставить на карту выживание человечества?

Маркус опустил глаза. Зочи поймала взгляд Киры, но ничего не сказала.

Деревья кончились, дорога поднималась на мост через узкий рукав пролива.

– Внизу лодки, – заметил Джейден, но Сэмм покачал головой.

– Нельзя останавливаться. Как только они разберутся с другой группой партиалов, за нами вышлют погоню, причем, насколько я их знаю, преследовать будут и те, и эти. Надо отъехать как можно дальше, прежде чем они соберутся и двинутся в путь.

– Что нам действительно надо, так это избавиться от машины, – возразил Джейден. – Сперва, конечно, отъехать подальше, а потом спрятать ее и бежать, не оглядываясь. А то она так шумит, что через полконтинента слышно.