Чтение онлайн

Однажды, после ужина в Малахитовой Зале, произведшей на девушку сильнейшее впечатление, Патриций сыграл для них на фортепиано. Мелодия была исполнена такой печалью, столько в ней звучало невысказанной грусти… что Веста почувствовала какую-то заповедную тайну в душе Георга, делающую Владыку несчастным. И ей вдруг захотелось стать для него тем человеком, который сможет залечить его раны, изгнать печаль из музыки и сердца.

Закончив играть, Патриций поднял взгляд на сидевших за столом Курема и Весту, улыбнулся девушке одними уголками губ, так, словно понял все, что творилось в ее душе. У Весты перехватило дыхание, ее сердце на миг остановилось. Она поняла, что без оглядки влюбилась в Георга Патриция.

Времени на ремонт корабля потребовалось не так уж и много, как предполагали друзья, – мастерские Крамиса превзошли все ожидания. Алмон с утра до вечера пропадал на ремонтных работах, контролируя процесс, так же по его по его просьбе корабль перекрасили и сменили эмблему.

Лерус с удовольствием согласился оставить у себя Ютфорда, который почему-то произвел на него впечатление спокойного, хорошо воспитанного мальчика. Сократ не стал разубеждать.

Наконец, настал торжественный, долгожданный день – завершился капитальный ремонт воздушного корабля, и путешественники, волнуясь, как перед встречей со старым другом, собрались поздороваться с ним. Каково же было их удивление, когда перед глазами возник преображенный крейсер, выкрашенный в белые и зеленые цвета, с сияющим на борту новым названием: «КИРАС» и эмблема – Зеленая Звезда.

– Алмон, потрясающе! – воскликнула Терр-Розе. – Как же нам не пришла мысль переименовать крейсер в «КИРАС»?

– Эта идея меня никогда и не покидала, я только и ждал, когда же нас разобьют вдребезги, чтобы перекрасить корабль. Неплохо, правда?

– Анаис будет просто в восторге!

Глаза полуволка сразу же стали холодного цвета.

– Давайте собираться в путь, – сказал он, – теперь нас ничто не держит.

Провожать друзей собрался весь городок. Его обитатели успели полюбить спасенных ими пришельцев, так непринужденно щеголявших в музейных нарядах.

Сократ мужественно старался не слушать нытье в сердце, когда прощался с Ютфордом и Понтом, но толстяк утешал себя тем, что скоро они снова встретятся и больше никогда не разлучатся.

Первые звезды зажигались в небе Крамиса, когда крейсер легко оторвался от площадки и стремительно исчез в вышине. Жители городка еще долго смотрели ему вслед. Немногим позже они установят на месте старта корабля скульптуру пришельца с лицом полуволка-получеловека, держащего в руке зеленую звезду.

Величественный силуэт Дворца постепенно скрывался из вида. Бросив на него прощальный взгляд, Веста повернулась к отцу, с комфортом развалившемуся на сидении автомобиля.

– Вы знаете, отец, – сказала она, – я покидаю Марс с абсолютно иным чувством.

– А я что тебе говорил? – довольно улыбнулся Курем. – Патриций – человек исключительный, в него невозможно не влюбиться. Ручаюсь, ты хотела бы поскорее вернуться обратно, верно?

– Да, отец. Признаюсь, для меня немного странно… я смогла влюбиться так быстро…. Всегда думала, что для этого требуется гораздо больше времени.

– Тебе несказанно повезло с женихом. Думаю, не стоит тянуть со свадьбой.

– Не слишком ли мы все-таки спешим?

– Я хочу, чтобы все быстрее устроилось, – категорично заявил Курем, хотя и сам не понимал, к чему такая спешка.

– В добрый час! – Алмон смотрел на удаляющийся Крамис. – Ютик, мы скоро вернемся.

– Бедный ребенок, – вздохнула Терр-Розе. Она тщательно полировала ногти, удивляясь, сколько удовольствия, оказывается, может доставлять это нехитрое занятие. – Он будет скучать.

– Уж он-то найдет, чем развлечь и себя и окружающих, – улыбнулся Дэн. – Мы быстренько обернемся, он и соскучиться не успеет. Нет, какое все-таки счастье – снова быть на корабле и чувствовать себя как дома.

– Крейсер, как новенький, – откликнулся сидящий в кресле пилота Сократ. – Крамисянцы на славу постарались.

– Удивляюсь, насколько я привык к этому кораблю, – задумчиво произнес Дэн, – как к коню боевому, что ли. Мне его так жаль было, когда он весь разбитый стоял, такой несчастный, и как будто плакал, а теперь он живой, веселый, так приятно к нему снова прикасаться, – Дэн провел рукой по пульту управления. – Все здесь такое родное.

– К машинам быстро привыкаешь, – кивнул Алмон, – особенно если она еще и жизнь тебе спасла.

– Все эти ваши сентиментальности, конечно, хорошо, – сказал толстяк, – но не хотим ли мы поговорить о деле? Как вы планируете подобраться к Марсу? Там разных патрульных, пограничных и военных кораблей столько, что звезд не видно. На Марс просто так не сунешься, надо что-нибудь придумать.

– Я уже придумал, – ответил Алмон, – в этом нам поможет лже-Анаис.

– Каким образом? – удивился Дэн. – Она ни за что не согласится сотрудничать с нами.

– А если не будет выбора? Терра, позови ее, пожалуйста.

– С превеликим удовольствием.

Королева ушла и вскоре вернулась с девушкой.

– Что нужно? – холодно спросила Анаис.

– У меня есть к тебе деловое предложение, – ответил Алмон.

– Заранее отказываюсь от всех твоих предложений.

– Не спеши, оно может тебя заинтересовать. Ты хочешь вернуться во Дворец?

Анаис промолчала, бесстрастно глядя на полуволка.

– Мы доставим тебя прямо туда, в целости и сохранности, а взамен ты проведешь нас через границы Марса.

– Я лучше удавлюсь, чем буду помогать вам, – усмехнулась девушка.

– Пойми, – вздохнул Алмон, – иногда надо слушать голос разума, особенно если разговор касается жизни. У тебя есть два выхода – либо ты поможешь нам и вернешься во Дворец, либо ты отправишься в Черный Космос, но на этот раз, к сожалению, без «лодки», я просто выброшу тебя через мусорный люк.

Анаис с бессильной ненавистью смотрела на полуволка.