Чтение онлайн

— Да, я как раз получила от нее письмо, — ответила Ализа.

— Они наконец добрались до места?

— Да, но они недолго там пробудут, потому что Хлоя заболела.

— А как поживает Николя? — невинно поинтересовалась Исида.

— С ним все в порядке, не считая того, что он, по утверждению Хлои, в каждой гостинице умудрился совратить дочь владельца.

— Он славный парень, — признала Исида. — Не понимаю, почему он стал поваром.

— Действительно, странный выбор, — согласился Шик.

— Не вижу ничего странного, — сказала Ализа. — Во всяком случае, это ничуть не хуже, чем коллекционировать Партра, — прибавила она и ущипнула Шика за ухо.

— Хлоя сильно больна? — спросила Исида.

— Не знаю, она пишет что-то про боли в груди.

— Она такая милая, — сказала Исида. — Не могу себе представить, что она серьезно заболела.

— Да вы посмотрите, что делается! — воскликнул Шик.

В потолке образовалось отверстие, из которого выглядывали многочисленные головы. Это отважные почитатели Партра разбили стеклянную крышу. Сзади изо всех сил наседали их собратья, и первопроходцам приходилось держаться за край, чтобы не сорваться.

— Как я их понимаю, — сказал Шик. — Ради такой лекции можно пойти на любые жертвы.

Тем временем Партр отошел от кафедры и представил собравшимся муляжи разнообразных рвотных масс. Особым успехом пользовался муляж, представлявший непереваренное яблоко в красном вине. Зал так ревел, что даже там, где находились Ализа, Исида и Шик, уже невозможно было разговаривать.

— Когда они возвращаются? — кричала Исида.

— Завтра или послезавтра, — отвечала Ализа.

— Мы их так давно не видели.

— Да, с самой свадьбы.

— Никогда не забуду эту свадьбу, — заключила Исида.

— Потому что в тот вечер тебя провожал Николя, — неожиданно вмешался Шик.

К счастью, как раз в это мгновение обвалился потолок, что избавило Исиду от каких бы то ни было объяснений. В зале поднялась страшная пыль. Белые от известки силуэты метались по залу, теряли равновесие и, задыхаясь, падали на пол, заваленный всяческими обломками. Партр прекратил лекцию и стал хохотать, как ребенок, похлопывая себя по ляжкам: ему чрезвычайно нравилось, что образовалась такая куча-мала. В конце концов, изрядно наглотавшись пыли, он начал кашлять так, что задрожали стены.

Шик лихорадочно нажимал на кнопки своего фонографа. Из него выскочил какой-то зеленый лучик, юркнул на пол и скрылся в щели паркета. За ним последовал второй, за вторым — третий. Шик успел выдернуть вилку из розетки в тот самый момент, когда из магнитофонных потрохов уже собиралась вылезти мерзкого вида сороконожка.

— Боже мой, что я наделал! Фонограф сломался. Пыль забила микрофон.

Апокалиптический разгул в зале достиг своего апогея. Партр хлебал воду прямо из графина и собирался уходить, поскольку дочитал последнюю страницу своего манускрипта. И тут Шик решился на подвиг.

— Я предложу ему выйти через кулисы, — сказал он. — Идите вперед, я вас догоню.

Проходя по коридору, Николя внезапно остановился. Солнца светили совсем не так ярко, как раньше, это было совершенно очевидно. Желтая керамическая плитка помутнела и покрылась тонким налетом, а лучи, которые прежде весело искрились, теперь безвольно падали на пол и растекались мелкими лужицами, поэтому стены заметно потускнели.

Мыши не обращали особого внимания на эту разительную перемену, и только серая мышка с черными усами вдруг сильно затосковала. Николя решил, что там, на юге, она завязала мимолетный роман и теперь переживает, что они вернулись домой раньше, чем предполагалось.

— Ты чем-то расстроена? — спросил он у мыши.

Мышь с негодованием посмотрела на бледные стены.

— Ты права, — сказал Николя. — Раньше они светили гораздо ярче. Не понимаю, что происходит.

Мышь на мгновение задумалась, покачала головой и сокрушенно развела лапками.

— Я тоже в замешательстве, — признался Николя. — Сколько ни трешь, все равно не помогает. Такое ощущение, что сам воздух здесь изменился.

Он еще некоторое время постоял в задумчивости, покачал головой и пошел дальше. Мышка скрестила лапки на груди и принялась жевать. К своему полнейшему отвращению, она обнаружила, что продавец ошибся и подсунул ей жвачку для котов. Мышка в сердцах выплюнула ненавистную резину.

Между тем Хлоя и Колен обедали в столовой.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Николя у Хлои.

— Смотрите-ка, он опять заговорил, как все, — воскликнул Колен.

— Просто на мне не те туфли, не форменные, — пояснил Николя.

— Неплохо, — ответила Хлоя.

У нее были розовые щечки. Глаза блестели. Было заметно, что она счастлива наконец очутиться дома.

— Хлое очень понравился твой пирог с курицей. Она съела половину, — радостно сказал Колен.

— Я польщен, — воскликнул Николя. — Этот пирог не по рецепту Гуффе. Это мое изобретение.

— Хлоя, что ты сегодня хочешь делать? — спросил Колен.

— Да, кстати, к которому часу готовить ужин? — подхватил Николя.

— Я хочу, чтобы мы встретились с Исидой, Шиком и Ализой, — ответила Хлоя, — и пошли на каток, а потом по магазинам и на дискотеку, а еще я хочу купить себе зеленое кольцо.

— Хорошо, — сказал Николя, — тогда я немедленно пойду мыть посуду.

— Только оставайся, пожалуйста, в штатском, — попросила Хлоя, — так всем будет проще, и нам не придется тебя ждать.

— Я возьму из сейфа трублоны, — сказал Колен, — а ты пока всем позвони, и пойдем развлекаться.

— Иду звонить, — согласилась Хлоя.

Она вскочила и помчалась к телефону. Сняв трубку, она изобразила крик лесной совы, отчего автоматически набрался номер Шика.

Николя нажал на рычаг, и грязная посуда по огромной пневматической трубе устремилась в раковину, спрятанную под ковром. Проделав эту операцию, Николя снова направился в коридор.

Серая мышка, стоя на задних лапках, передними натирала помутневшую плитку. Там, где она терла, плитка снова начинала блестеть.