Чтение онлайн

Джеймс чуть сжимает мое плечо.

– Ты слишком великодушна ко мне, - шепчет, осторожно спуская лямку майки и целуя ключицу.

– Может, ты присоединишься ко мне?
– поднимая край одеяла.

– Ваша душа действительно не знает границ, Вивиан Роуз Грей.

Я кладу голову на его грудь, прикрывая глаза.

– Просто заткнись и спи.

***

Следующий день начался гораздо лучше. Казалось, что самый главный барьер Джеймса был мною побежден, и, ощущая странное удовлетворение от этой победы, я лишь довольствовалась готовкой, получая множество поцелуев и ласковых прикосновений от парня.

– Ты можешь быть нежным, если захочешь, - шепчу, подавая ему завтрак и улыбаясь.

И уголки губ Мичи непроизвольно поднимаются вверх в широкой ответной улыбке.

Отправившись на свою работу, парень вновь поцеловал меня на прощание, а я предпочла заняться уборкой, думая, что такое простое, хоть и немного уморительное занятие поможет скоротать время мыслями и делом. Первые кружились, словно бабочки, вокруг Джеймса, заставляя меня напевать веселые песни, орудуя шваброй. Влюбленность порой может творить действительно странные вещи.

О вчерашнем вечере я старалась не думать, чтобы не разрушить это хорошее настроение, и редкие мысли о насилии мгновенно вскидывались из головы, не проходя “фейс-контроль”.

Ближе к вечеру я достигла кабинета: единственной комнаты, в которую заходить без разрешения Мичи не хотелось. Дверь оказалась не заперта, и, неуверенно зайдя внутрь, я оглядела кабинет, порядок в котором почти достигал перфекционизма. Пальцы, сжимая тряпку, прошлись по поверхности стола, комода, и, неуверенно открыв шкаф, я стала осторожно протирать пыль на полках, стараясь не читать названия папок.

Вскоре любопытство о военных операциях Джеймса пересилила здравый смысл, и, взяв пару папок, я осторожно села на кресло, начиная читать. И, сразу открыв один из вкладышей папки, я увидела знакомое лицо, которое уже почти забыла в своем сердце.

Тео. Тео Эванс.

Услышав шаги внизу, я продолжила читать статьи, и постепенно пазлы мозаики складывались в одну, общую картину.

– Это был ты, - продолжая сжимать папку дрожащими пальцами, я поднимаю на него глаза.

Улыбка Джеймса, замершего в дверях, медленно гаснет, а лицо бледнеет, парень теряется, внимательно глядя на фотографии в моих руках.

– Лисенок, - он неуверенно начинает, и я чувствую, что теперь появятся лишь оправдания.

Внутри появилось чувство странной пустоты, а все бабочки, что витали в воздухе, оказались отравлены, медленно падая на землю.

– Это был ты, - перебивая, продолжаю смотреть на парня, поджав губы и нервно сглотнув, - ты выстрелил в Тео.

– Пожалуйста, - он осторожно делает шаг вперед, - Вивиан…

– Ты собирался убить его? Или, - я замолкаю, задумываясь, и в этот момент парень делает еще пару шагов, захлопывая папку и убирая ее из моих рук.

Если бы Джеймс не выстрелил в Тео, что бы произошло между мной и Эвансом в ту роковую ночь?

– Ты сделал это нарочно, - прошептав, сглатываю, - чтобы… чтобы…

– Чтобы похитить тебя и изнасиловать, - мрачно завершает Мичи, не рискуя прикоснуться ко мне.

Я больше не задаюсь вопросом “зачем?”, тем самым, что мучил меня все это время. Я уже не вижу в этом смысла.

– Ты чудовище, - я стараюсь скрыть слезы, заглядывая в его светлые глаза и пытаясь прочесть его мысли.

Самое смешное и одновременно грустное в том, что я отрицала это какие-то жалкие несколько часов назад.

Парень осторожно тянется ко мне, но, вскочив, я делаю шаг назад, предупреждающе выставив руку вперед.

– Не трогай меня, - я говорю это тихо и сдавленно, а лицо Джеймса словно искажается от боли.

– Вивиан, я, - он вновь делает шаг, и тот образ, в который я стала верить, который стал медленно, постепенно разрушать этот образ насильника и мучителя, мгновенно разрушился, обнажив передо мной душу Джеймса.

Показав мне его настоящего зверя. Того, который успел вовремя остановиться вчера вечером.

– Не подходи ко мне! – кричу, закрывая лицо ладонями и пытаясь остановить эти глупые слезы, безостановочно стекающие по моим щекам.

Я чувствую его прикосновения, но теперь каждое из них вместо трепета в груди отражается болью, прожигая меня насквозь.

– Джеймс, прошу, - я вырываюсь из его объятий, отталкивая, - не делай это со мной.

Он опускает руки.

Смотрит на меня так, словно один лишний взгляд причиняет ему слишком много страданий.

Я хочу забыть, что видела фотографии Тео. Я желаю вернуться на несколько минут назад, до того, как это произошло. До того, как я открыла горькую, жгучую правду.

– Ты… - Мичи произносит эти слова с явной неохотой, борясь с собой, - можешь уйти. Навсегда.

Я замираю, не веря в происходящее, не осознавая, что за пару мгновений все может так сильно измениться.

И если бы несколько недель ранее я мечтала о свободе, то теперь…

Я не хотела уходить. Я не хотела покидать его, не желала оставлять Джеймса одного. Особенно после того, как он стал доверять мне. После того, как я его полюбила.

С ним стало уютно, спокойно, но… это один из тех поступков, которые могут перечеркнуть все. Которые могут вернуть былую ненависть к человеку, затмевая остальные эмоции. Другие сильные чувства.

– Навсегда? – я неуверенно смотрю на тело парня, на его руки, запоминая движения пальцев, разглядываю его лицо, сжав губы в тонкую линию.

– Ты свободна, Вив, - шепчет он так, словно вырывает эти слова из груди, будто вместе с ними исчезает часть его души.

– Пообещай, - я стараюсь слабо улыбнуться, чувствуя солоноватый привкус губ, - что я больше никогда тебя не увижу.

Я знаю, ему больно.

Я вижу это по искаженному муками на секунду лицу и попыткам скрыть свои эмоции, по его взволнованному и отчаянному взгляду, заставляющему меня покрыться мурашками, будто от холода.