Перелом
Шрифт:
— КэПэ, хана. Разнесли гаубицами. Связь –легла… В эфире сплошные помехи… Коротко сообщил подчиненным Филиппов. Немчура лупит пока издалека,но чую,полезут опять… У вас по роте –чего. И у соседей?
Дьяков молча развернул карту, здесь не штаб дивизии,никаких электронных планшетов и копировальных машин –нет.
— Первая рота,здесь, минометчики Бондаря, вот здесь…Связь с ними устойчивая, проводная правда…
— И то хлеб. Надо связаться узнать, что по «бэ-ка» и координаты уточнить…Сказал Филиппов.
— Так точно,сделаем. Думаю с минами –все хорошо… но…
— С «бурсами» -засада. Влез в разговор Матусевич,командир бронебойщиков и местный, уманский,выходец из еврейского местечка…Осталось четыре штуки,, один из наводчиков, Жека Свиридов, убит утром…
— Ничего Миша. Сам за прицел ляжешь, если что. У тебя это,хорошо получается. Насчёт «бурсов»,свяжусь с интендантом,но боюсь, что они закончились на уровне дивизии. Как последние отстреляешь, уводи людей в тыл. Мне пустое геройство ни к чему…
— Так точно, Сергей Федорович. Козырнул Матусевич
— Теперь о тебе…Сергей повернулся к неизвестному танкисту…Ты –кто?
— Старший унтер-офицер, Подшивало Николай Опанасович…Командир танка, третьего взвода,первой роты 37 отдельного танкового батальона…четвёртого Сумского стрелецкого полка…Отчеканил танкист…
— Их взвод нашей роте, придали. Уточнил Дьяков.
— Рота, капитана Забелина?
— Так точно господин майор…но с Игорь Святославовичем,связи уже сутки нет…
— Понятно…Танки во взводе на ходу есть?
Подшивало,замотал головой.
— На ходу –ни одного. Один вчера сгорел, сучий «мессер» точно ракету в башню всадил, командир взвода, фельдфебель Мурашко, Царствие ему небесное со всем экипажем погорел…Сегодня, танк унтера Солодова, получил фугас с гаубицы, господин майор. Солодова наповал, парней в медпункт,танк –в ремроту,тягачом отволокли…Успели… ему катки выворотило и ствол как топором,срубило…
— Не понял, унтер-офицер…А с твоим то что не так…
— Двигатель…Поршень,сука прогорел…Запорол я двигатель… С тоской, сказал танкист.
— Ну не ты…механик у тебя, чудило…
— Нет, у меня механика. Ему еще вечером вчера, ступню оттяпало. Я за него рычаги дергал… А Яшка –башнер, стрелял…
— Так что с танком…?
— Окопали. Орудие в норме, оба пулемета,тоже. Фрицы полезут,угостим как следует. Пехоту огнем поддержим, но без маневра…
Филиппов повернулся к Загряжскому
— Мне нужно восстановить связь со штабом полка. Срочно, кровь из носу…Любой ценой.
— Все понял. Есть! Хмуро козырнул Загряжский, полез в низкий ход сообщения.
— Извините, геноссе генерал, но я не вижу ни малейшего намека на усталость русских войск. Взятые ночью пленные –это солдаты из маршевого батальона. Которым только что пополнили потрепанные за день соединения. И противостоящая нам, стрелецкая дивизия снова достигла почти штатной численности…
— Но техники у них значительно меньше…
— Это терпимо для русских. Они на своей территории и за три месяца создали значительный резерв боевой техники, вооружения и боеприпасов. Который сейчас тратят…
— Не говорите ерунды, генерал Гофман… Вспыхнул, командующий 8 полевой армии, генерал Отто Вёлер. Ресурсы русских не безграничны и потери изматывают их…
— Ерунда??? За двое суток, наступления третий танковый корпус Брайта, наступая классической прусской «косой атакой» продвинулась на десять километров, завязала бои за Ободовку. Это опорный пункт в узком дефиле, так еще и на реке с заболоченными берегами. Мы фактически лишены возможности маневрировать и тараним оборону противника в лоб… При этом — потери, на треть, превышают расчетные геноссе генерал…
Отто Вёлер, сморщился.
— Вы же отлично знаете, Гофман, что за рекой Берландинкой, фактически выход на оперативный простор. Противнику, придется оборонятся, имея фронт, уже рассеченный на двое течением реки Не считая озера и цепи водохранилищ… Это будет означать, полный разгром 29 корпуса противника в ближайшие 72 часа, несмотря на их яростное сопротивление…
— Мы так и не обнаружили русские механизированные корпуса. Исходя из их умения их маскировать ожидаю не менее девяти танковых бригад на нашем направлении не считая мотопехоты.
— Это сейчас, не важно. Когда мы выйдем к Южному Бугу, они проявят себя, бросая свое бронетанковые силы в атаку, стремясь не допустить выхода в тыл армии генерала Улагая…
Начальник разведки, группы армий «Юг» и бывший однокашник по юнкерскому училищу Отто Вёлера, еще раз покосился на карту…
— Теряем темп…Наступление Фитингофа, на севере,по факту, уже провалилось продвижение за двое суток, менее семи километров. У русского командования есть время как оборудовать запасной оборонительный район, так и подтянуть подвижные соединения.
— Тем хуже для них, Гюнтер. Сейчас, вторая модель «Леопарда»- лучший в мире танк, по защите, вооружению и маневренности. Глупо не использовать это превосходство и не навязать русским –встречный бой. В глубине их, уже прорванной,обороны…
— Дмитрий Иванович. Шифровка из штаба фронта. «Молния»
Новый адъютант генерал-майора Громова, лейтенант гвардии Константин Нагой,чей род ведется еще от бояр времен Рюриковичей, перевелся в механизированный корпус из Гвардейской стрелковой дивизии,сугубо охотником.